Forbes
$63.94
68.54
ММВБ2150.29
BRENT53.59
RTS1059.49
GOLD1169.83
Валерий Игуменов Валерий Игуменов
бывший заместитель главного редактора Forbes 
Елена  Березанская Елена Березанская
редактор Forbes 
Поделиться
0
0

«Самый бедный олигарх»: кто выручает Игоря Зюзина после истории с «доктором»

«Самый бедный олигарх»: кто выручает Игоря Зюзина после истории с «доктором»
фото Андрея Рудакова
«Мечел» в среду обновил исторический минимум стоимости акций — бумаги за день подешевели более чем на 40%. Forbes изучил, как компания Игоря Зюзина провела 5 лет на грани банкротства

Акции «Мечела» на торгах в среду обвалились в цене более чем на 40%, обновив исторический минимум января 2009 года. К 18:45 мск бумага компании стоила на Московской бирже 54,9 рубля. Обвал случился на фоне сообщений о том, что «Мечел» договорился с кредиторами о ковенантных каникулах, что рынок расценил как подтверждение информации о слабом финансовом положении компании. В октябре Forbes изучил, как металлургический гигант Игоря Зюзина провел пять лет на грани банротства и почему история с «доктором», которого грозился вызвать Владимир Путин, не потопила компанию.

В свой личный черный четверг, 24 июля 2008 года владелец компании «Мечел» Игорь Зюзин получил удар чудовищной силы. На совещание «О мерах по развитию черной металлургии и обеспечению металлопродукцией внутреннего рынка» он решил не ходить, сказавшись больным. Зюзин знал, что его выбрали для показательной порки за высокие цены на сырье для металлургов, и решил, что так будет лучше, говорит его знакомый. Вышло гораздо хуже.

Сразу после протокольного вступления председательствующий на совещании глава правительства Владимир Путин вспомнил о заболевшем Зюзине и о том, что его «Мечел» продавал сырье на экспорт по ценам в два раза ниже внутренних. «А маржа где в виде налогов для государства?» — обведя всех фирменным взглядом василиска, спросил Путин. «Я думаю, Игорь Владимирович должен как можно быстрее поправиться. Иначе к нему доктора придется послать и зачистить все эти проблемы», — глядя исподлобья, продолжил Путин, добавив, что просит обратить на «Мечел» особое внимание Федеральную антимонопольную службу. «А может быть, даже и Следственный комитет прокуратуры». Котировки акций «Мечела» в РТС в тот же день рухнули на 38%.

Все знали, что документы к этому совещанию для Путина готовил сидевший по правую руку его новый заместитель Игорь Сечин. Все помнили, что разгром ЮКОСа начался с налоговых претензий. Рынок посчитал, что услышал приговор «Мечелу». Но с тех пор прошло больше пяти лет, а компания Игоря Зюзина работает до сих пор: правда, только благодаря непрерывной посторонней помощи. На сленге инвесторов и биржевых аналитиков такие компании называются «зомби». В металлургии снова кризис, все сталелитейные компании теряют в выручке и прибыли, но «Мечелу» хуже всех: у него рекордно высокая долговая нагрузка. Так почему компания, долг которой превышает $9 млрд, а рыночная капитализация за последние 5 лет упала в 15 раз (до $1,6 млрд), до сих пор жива и кто помогает ей удержаться на плаву?

Большие надежды

А ведь именно 2008 год должен был стать годом «больших свершений» для «Мечела»: с помощью продажи «префов» и IPO «дочки» «Мечел-Майнинг» компания надеялась привлечь до $4 млрд, которые позволяли фактически закрыть вопрос с большим долгом — $5,4 млрд на конец 2008 года. Из-за агрессивной скупки активов долг с конца 2004 года вырос почти в 10 раз.

В октябре 2004 года «Мечел» провел IPO на Нью-Йоркской фондовой бирже. Момент для выхода на биржу был очень удачным: только за 2004 год цены на горячекатаный прокат, например, выросли в полтора раза, до $600 за тонну, коксующийся уголь подорожал на 24%, до $57 за тонну. «Мечел» радовал инвесторов прекрасными показателями: выручка по итогам 2004 года — $3,6 млрд, EBITDA — $1,7 млрд, чистая прибыль — $1,3 млрд, долг — всего $565 млн. Созданная годом ранее «Стальная группа «Мечел» (изначальное название компании) считалась одной из самых консервативных в финансовом смысле — ее владельцы старались не привлекать кредитов. В конце 2004 года у «Мечела» вообще не было чистого долга, денег у компании было вдвое больше, чем долгов. 

В деньгах создатели «Мечела» Игорь Зюзин и Владимир Иорих не нуждались: став партнерами в 1995 году, они зарабатывали на торговле кузбасским углем, затем начали скупать акции угольных предприятий. Иорих в середине 1990-х уехал в Германию, взяв на себя привлечение кредитов и сбыт угля на Западе, Зюзин остался отвечать за другие аспекты работы их трейдинговой компании «Углемет». Они отлично дополняли друг друга: жесткий, порой агрессивный, но умеющий работать «на земле» Зюзин и очень осторожный, рассудительный Иорих, мастер построения сбытовых и финансовых схем. В конце 1990-х они купили контрольный пакет компании «Южный Кузбасс», затем — «Междуреченскугля» и ряда более мелких компаний. К 2001 году Зюзин и Иорих контролировали предприятия с добычей 12 млн т угля в год и три обогатительные фабрики. А затем решили стать еще и металлургами.

В 2001 году партнеры купили контрольный пакет акций Челябинского металлургического комбината (ОАО «Мечел»), на тот момент восьмого по величине производителя стали в России, но главного отечественного производителя специальных сталей для оборонной, атомной и других отраслей. Зюзин и Иорих предложили владельцу завода, швейцарской Glencore примерно втрое больше, чем готовы были заплатить конкуренты, — $133 млн за контрольный пакет. В следующие три года угольщики стали основными владельцами еще четырех сравнительно небольших металлургических заводов в России, трех — в Восточной Европе, железорудного Коршуновского ГОКа, морского порта Посьет, а также 17,1% акций «Магнитки». В 2003 году Зюзин и Иорих объединили все свои угольные, металлургические и горнодобывающие активы в «Стальную группу «Мечел», ставшую пятым по величине производителем стали и четвертым — угля. И уже через год вывели ее на биржу.

По словам представителя одного из западных банков, подготовкой к IPO в большей степени управлял Иорих. За два года до выхода на биржу «Мечел» нанял специалиста по IPO Яна Кастро из юридической фирмы Latham & Watkins, который до этого занимался размещением на NYSE МТС и «Вимм-Билль-Данна». По словам Эда Кауфмана, в то время управляющего директора Brunswick UBS, организатора IPO «Мечела», жесткие требования NYSE к отчетности не пугали владельцев «Мечела» — и Зюзин, и Иорих хотели сделать компанию как можно более прозрачной. В октябре 2004 года 11,5% ADS на акции новой компании были проданы на NYSE за $335 млн, вся компания была оценена в $2,9 млрд. В том же году основной владелец «Магнитки» Виктор Рашников выкупил у «Мечела» акции ММК за $870 млн. После IPO у Зюзина и Иориха осталось по 42,97% акций компании. 

Рекорд за рекордом

«Главная стратегическая цель группы «Мечел» очень простая: компания должна получать все больше и больше прибыли — на радость инвесторам, в том числе и нам», — говорил Иорих в интервью «Ведомостям» в начале 2005 года. Но следующий год разочаровал: цены на сталь начали снижаться, EBITDA «Мечела» в 2005 году упала на 20%, до $726 млн, чистая прибыль — на 29%, до $381 млн. К тому же «Мечел» показал самую низкую в отрасли рентабельность: 19% против 26-28% у конкурентов и 47% у лидера, НЛМК.

И в 2006 году Иорих решил уйти, продав свой пакет «Мечела»: около 15% он реализовал на рынке, остальные акции купил Зюзин, занявший для этого у банков, по оценкам, почти $1 млрд. К концу года Иорих вышел из состава акционеров «Мечела», с ним ушел и Ян Кастро — они основали в Швейцарии фонд Pala Investments, занятый теперь инвестициями в горнодобывающую отрасль. Говорить с Forbes оба отказались.

Оставшись владельцем 71,6% акций «Мечела», Зюзин повел совсем другую игру — начал агрессивно расширять бизнес за счет заемных средств. Если в 2006 году компания потратила на покупку новых активов всего $156 млн и около 4% своих акций, то в 2007 году — $2,47 млрд (в основном на покупку «Якутугля» и «Эльгаугля»), в 2008-м — $2,1 млрд (большую часть — на покупку британской Oriel Resources, в состав которой входят ферросплавные, хромовые и никелевые активы в России и Казахстане). 

Казалось, рынок благоволил Зюзину: все это время цены на продукцию «Мечела» били рекорды. Только с января по май 2008 года тонна коксующегося угля подорожала почти втрое, до $300, цены на стальной прокат достигли рекордных $1200 и более за тонну. Весь «Мечел» с начала 2008 года по май подорожал почти вдвое, а с момента IPO — более чем в 8 раз.

Не то чтобы Зюзин не думал, как будет отдавать долги. В апреле 2008 года «Мечел» создал горнодобывающую дочку «Мечел-Майнинг», 20% которой планировалось осенью того же года продать на IPO за $1 млрд. А в июне 2008 года компания хотела продать 55 млн привилегированных акций (13,2% от уставного капитала), выручив за них до $3,3 млрд. 

Но рост капитализации «Мечела» вскружил Зюзину голову: как рассказывает бывший сотрудник Morgan Stanley — организатора размещения «префов» на Лондонской бирже, владелец «Мечела» потребовал неслыханных условий. «Зюзин требовал, чтобы мы разместили «префы» с премией к обыкновенным акциям — такого не бывает в принципе, но он настаивал, и размещение не состоялось. И слава богу — это спасло нашу репутацию и избавило от исков инвесторов», — говорит он. На следующий день после несостоявшегося размещения Путин призвал послать к Зюзину «доктора», что перечеркнуло планы «Мечела» по продаже любых ценных бумаг. 

Страницы123
Поделиться
0
0
Загрузка...

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое

Forbes сегодня

7 декабря, среда
Forbes 12/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.