Forbes
$64.89
72.66
ММВБ1993.35
BRENT49.68
RTS973.43
GOLD1321.50
25.06.2013 00:07
Елена  Березанская Елена Березанская
редактор Forbes 
Александр Левинский Александр Левинский
обозреватель Forbes 
Поделиться
0
0

Как миллиардер Александр Лебедев оказался на задворках бизнеса и политики

Как миллиардер Александр Лебедев оказался на задворках бизнеса и политики
фото Дмитрия Тернового для Forbes
Как бывший советский разведчик сначала стал одним из богатейших предпринима­телей России, а потом лишился большей части активов и денег

На радость иностранным инвесторам ноябрь 1993 года выдался в Санкт-Петербурге сухим и солнечным. Западных банкиров, прилетевших на конференцию, посвященную вложениям в российскую экономику, принимали в Смольном мэр города Анатолий Собчак и его заместитель Владимир Путин. Вечером инвесторов ждал ужин в кают-компании революционного крейсера «Аврора». Приглашения гостям города, авиабилеты и гостиницы, презентацию и банкет на воде организовала «Русская инвестиционно-финансовая компания» (РИФК) начинающего финансиста Александра Лебедева. 

Жизнь сулила ему радужные перспективы. Незадолго до этого подполковник Первого главного управления КГБ (разведка) вернулся из Лондона, где служил под дипломатическим прикрытием. В британской столице он получил редкие для постсоветской России знания о долгах стран третьего мира и завел широкие знакомства среди западных инвесторов и будущих российских олигархов. 

В конце 1990-х, используя связи и опыт работы с государственными и коммерческими долгами, Лебедев сколотил миллиардное состояние, он был одним из богатейших бизнесменов России времен Бориса Ельцина. Уже при президенте Путине Лебедев начал строить авиационную империю и здесь достиг немалых успехов. Его состояние составляло на пике, в 2006 году, $3,7 млрд, однако в 2013-м едва дотянуло до $600 млн. 

За 20 лет в бизнесе Лебедев лишился не только большей части активов и денег, он не сумел сохранить отношения с деловыми партнерами, своими менеджерами, госчиновниками и даже друзьями. И теперь находится по большей части в кругу врагов и недоброжелателей, а еще ему грозит тюремный срок за хулиганство. 

«Для меня этот человек не существует, я вычеркнул его из своей жизни», — сказал в недавнем интервью глава ВТБ Андрей Костин, бывший друг и партнер Лебедева. По словам еще одного его бывшего партнера, предпринимателя Олега Бойко, он дружил с Лебедевым, пока у того «не начались проблемы с головой». 

Какие бизнес-операции организовывал разведчик и к чему они приводили?

Операция «Миллион»

В конце 1980-х — начале 1990-х годов Лондон был Меккой для будущих российских олигархов, а советское посольство — местом встречи. Предприниматели из России приезжали в Лондон, чтобы обзавестись связями в деловых кругах, нанять юристов для регистрации офшорных компаний, да и просто пошиковать. И второй секретарь российского посольства Лебедев, вхожий в местный истеблишмент и имевший служебную машину, был им весьма полезен. В Лондоне он общался с Владимиром Потаниным, Михаилом Прохоровым, Михаилом Ходорковским, Олегом Бойко, а Александр Мамут, одноклассник Лебедева по московской английской спецшколе №17, и вовсе ночевал у него дома на диване. Тем не менее, окончив в 1992 году дипломатическую работу, работать на кого-либо из новых знакомых Лебедев не пошел. У него были иные мысли насчет будущей карьеры. 

В свое время Лебедев получил блестящее образование. После престижной спецшколы сын известного профессора физика-оптика и преподавательницы английского языка в МГИМО поступил в этот вуз на факультет экономики. Затем окончил Высшую школу КГБ и отправился служить в Лондон. Во внешней разведке он оказался в экономическом отделе аналитического управления, созданном по личному распоряжению председателя КГБ Юрия Андропова. Аналитики занимались изучением товарных рынков (золото, нефть, зерно), а Лебедев дополнительно изучал рынки государственных долгов. 

«Мы были совдеповскими чиновниками, которые в лучшем случае учили английский язык в школе, а он — видный джентльмен, дипломат, правильно говорит, отличный английский, знание экономики», — вспоминает бывший сотрудник Госбанка СССР и президент банка «Империал» Сергей Родионов.

Усадьба Лебедева находится в поселке Раздоры на Рублевском шоссе.

Бывший разведчик Лебедев решил сделать деньги на торговле различного рода долгами. Для бизнеса нужны были деньги, а еще неплохо было бы подыскать надежных партнеров. В партнеры напросился бывший сослуживец Лебедева дипломат Андрей Костин, которому надоело протирать штаны в МИДе, влачившем жалкое существование после развала СССР. С деньгами было сложнее, но Лебедев вспомнил о лондонском знакомце, владельце питерского кооператива «Гамма» и лондонской фирмы First Pacific Романе Швецком. Он начинал тогда ввозить в Россию бытовую и оргтехнику. По словам Анатолия Данилицкого, бывшего пресс-атташе посольства России в Лондоне, а затем топ-менеджера компаний Лебедева, Швецкий заработал к началу 1990-х годов не меньше $10 млн и «на него смотрели как на олигарха». 

В 1992 году Швецкий зарегистрировал в Лондоне компанию The Milith и внес в ее уставный капитал £13 000 за себя и по £5000 — за Лебедева и Костина. «Расшифровывалась эта аббревиатура как «Million Like That», — рассказывает Лебедев в интервью Forbes и прищелкивает пальцами. В свободном русском переводе это означает «Миллион как с куста», и Лебедев уверяет, что название придумал Костин, слывший еще в посольстве большим шутником. 

В феврале 1993 года The Milith учредила в Москве ту самую фирму РИФК, которая занялась консультированием иностранных банков и организовала в Санкт-Петербурге конференцию для западных инвесторов.

Операция «Долги»

The Milith вполне оправдала бодрое название. На работу в РИФК Лебедев с Костиным пригласили своих бывших коллег Данилицкого и журналиста, а заодно и сотрудника КГБ Юрия Кудимова. Еще одним ценным сотрудником компании стала Елена Дубинина, жена Сергея Дубинина, тогда и. о. министра финансов России, который в советские времена был преподавателем Костина на экономфаке МГУ. 

Коммерческая задолженность бывшего СССР оценивалась в баснословные по тем временам $4 млрд — столько Россия была должна заплатить иностранным компаниям, поставлявшим свою продукцию в Советский Союз. Западные фирмы отказывались продолжать торговлю с Россией, требуя погашения долгов, но денег в бюджете было недостаточно. И желание иностранцев получить хоть что-то стало источником фантастических заработков Лебедева. «Johnson & Johnson или Novo Nordisk отказывались поставлять медикаменты, пока не погашен долг, — рассказывает Лебедев. — Я предлагал им не стоять в очереди годами, а продавать долги с дисконтом». 

При этом Лебедеву не приходилось тратить ни одного собственного доллара, ведь деньги на выкуп долга у коммерческих кредиторов предоставлял Минфин из расчета 50% от номинала, а покупались они зачастую не выше 10% от номинала. Иными словами, на выкуп долга, например, в $10 млн государство перечисляло $5 млн, Лебедев платил иностранцам $1 млн, а $4 млн составляли комиссионные. 

Андрей Вавилов, тогда первый замминистра финансов, член правительственной комиссии по государственному внешнему долгу, утверждает, что не помнит, на каких условиях выкупались долги у иностранцев. Он допускает, что дисконт мог составлять 90%, поскольку «это был долг самого младшего порядка», погашаемый в последнюю очередь. 

Официально к выкупу долгов было допущено четыре уполномоченных банка: «Империал», «Национальный кредит», «Менатеп» и «Столичный». И Лебедеву с Костиным пришлось проворачивать операции через один из них. Их партнер Швецкий, фирмы которого покупали валюту в «Империале», познакомил Лебедева с президентом банка Сергеем Родионовым. Так в 1993 году, практически сразу после создания РИФК, Лебедев стал наемным менеджером — начальником управления зарубежных инвестиций «Империала», а Костин — его заместителем. Правда, работали они, как выяснилось через пару лет, в основном на себя. 

«Его компания [РИФК] стала зарабатывать намного больше, чем его управление в банке. Это был конфликт интересов, который разрешился естественным образом, Лебедев ушел», — рассказывает Родионов. 

Ушел Лебедев в другой банк, теперь уже свой. Весной 1995-го он купил у Олега Бойко Национальный резервный банк (НРБ). Лицензия и красивое имя, созвучное Федеральной резервной системе США, обошлись Лебедеву примерно в $400 000. 

В первые годы НРБ по сути представлял собой инвестиционную компанию, но банковская лицензия позволила ему стать уполномоченным и на рынке облигаций внутреннего валютного займа (ОВВЗ). Эти бумаги были выпущены Минфином взамен долга Внешэкономбанка СССР перед российскими внешнеторговыми предприятиями, которые и стали первыми держателями «вэбовок». Облигации обращались на вторичном рынке, время от времени Минфин проводил дополнительные размещения бумаг. Лебедев утверждает, что именно он подсказал в свое время Минфину красивую идею секьюритизации долга. 

В марте 1996 года правительство поручило Минфину выпустить два новых равных транша ОВВЗ (6-й и 7-й) на общую сумму $3,5 млрд с погашением в 2006 и 2011 годах. В апреле 1996-го Минфин подписал с НРБ договор и продал банку Лебедева почти 30% бумаг новых выпусков в среднем за 20% от номинала. Всего НРБ заплатил Минфину $190 млн. В конце мая 1996-го новые ОВВЗ впервые появились на вторичном рынке, и цена 6-го транша составила 32% от номинала, а 7-го — 24% (в соответствии с существующими процентными ставками). Весь пакет НРБ стоил уже $266 млн, не напрягаясь (like that!), банк заработал за месяц $76 млн. Эти данные содержатся в материалах Генеральной прокуратуры по уголовному делу в отношении руководства НРБ. Дело было закрыто. 

Страницы1234
Поделиться
0
0
Загрузка...

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое

Forbes сегодня

26 августа, пятница
Forbes 08/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.