«В каждой бочке затычка». Правила бизнеса Владимира Потанина
Владимир Потанин / Фото Jason Alden/Bloomberg via Getty Images

«В каждой бочке затычка». Правила бизнеса Владимира Потанина

Анастасия Куц Forbes Contributor
Владимир Потанин Фото Jason Alden/Bloomberg via Getty Images
Основной владелец «Норильского никеля» о благотворительности, отношениях с Олегом Дерипаской и о том, почему про Россию не стоит говорить плохо в его присутствии

По легенде весной 1991 года Владимир Потанин пришел в Международный банк экономического сотрудничества (МБЭС) открывать счета для своей компании «Интеррос» и столкнулся с высоким худым менеджером МБЭС. Это был Михаил Прохоров. Так возникло одно из самых длительных и успешных бизнес-партнерств в России, развалившееся — не без скандала — только в 2007 году. Впрочем, в результате «развода» с Прохоровым Потанина последний получил нового партнера. Едва ли желанного. 25% в ключевом активе Потанина–Прохорова ГМК «Норильский никель» у последнего выкупил алюминиевый король Олег Дерипаска. Корпоративная война между Дерипаской и Потаниным длилась несколько лет, завершившись подписанием «мирового» соглашения при участии Романа Абрамовича. После этого в «Норникеле» установился мир — для того чтобы обернуться новой войной в начале 2018 года. Возможно, акционеры ГМК никогда не смогут жить в мире: слишком разные характеры. Какой он у Владимира Потанина, попытался понять Forbes, вспомнив наиболее яркие высказывания бизнесмена.

Я всегда был социально активным, и в школе, и в институте, и на работе — в каждой бочке затычка. От художественной самодеятельности до спорта и субботников — мне все это нравилось. А в 1990-е годы наступил период становления бизнеса, построения собственной компании, и я выпал из социальной жизни.

Я упорно пытаюсь донести до соотечественников мысль, что кичиться богатством, выставляя его напоказ, неправильно и аморально.

В высшей лиге любого вида человеческой деятельности выживают и занимают лидирующие позиции лишь те, кто обладает серьезными волевыми качествами и целеустремленностью.

Если же упустить момент, не делать ничего — ни плохого, ни хорошего, об успехе можно забыть. Стояние на месте — уже поражение.

Способность держать слово и в полном объеме выполнять взятые обязательства очень ценится в бизнесе. При объявленной стратегии и высоких целях путь к ним оценивается по каждому шагу.

Почему-то учителей, врачей, военных и пожарных мы уважаем... только вот на предпринимателей смотрим с подозрением, словно на мироедов, которых надо гнобить.

Для перемен надо для начала отделить честных предпринимателей от прочих, не грести под одну гребенку. Люди ведь допускают, что среди порядочных и добросовестных врачей попадаются шарлатаны, но не судят по ним обо всех медиках, правда? Наряду с честными полицейскими встречаются коррумпированные. Тем не менее альтернатива всегда есть. В случае с бизнесменами ее практически нет. Принадлежность к нашей профессии — клеймо. Что, конечно, неправильно и плохо.

Успех и экономическое процветание России напрямую зависят от того, появится ли в нашей стране класс уважаемых бизнесменов. Наверное, мои слова покажутся вам высокопарными, но дело обстоит именно так. Предприниматели могут работать лично на себя, на государство или частную компанию, но все вместе они двигают экономику вперед.

Возможно, покажусь вам носителем непопулярных, нелиберальных мыслей, но в самом деле не считаю, что на встрече крупного бизнеса с главой государства надо спорить.

Знания бывают вредны. Если они лишние.

Мне не нравится, когда про Россию говорят плохо. У американцев есть на сей счет выражение: моя страна, может, и не права, но это моя страна. Иными словами, шли бы вы все в баню…

История нашего конфликта с Олегом Дерипаской очень показательная. Ее можно прямо для учебника использовать. Те, кто конфликтует, в бизнесе не зарабатывают. Зарабатывают те, кто умеет договариваться.

Будет шторм, будем как-то карабкаться, переживать, уклоняться от прямых ударов. Помните историю про двух лягушат в кувшине с молоком? Один утонул, а другой сбил молоко в сметану и вылез.

Когда люди говорят, что «из-за этого цены на нефть упадут», им тут же могут ответить: «Вот из-за этого могут вырасти». Мы не знаем будущего.

Предприниматель, как и хирург, должен уметь делать больно. Не все на это способны, и далеко не каждому это по душе.

Мама старалась меня приобщить к искусству, едва ли не насильно отправить в музей, в театр, чтобы я не только футболом и хоккеем интересовался, кругозор расширял. Они и за границей меня к культуре подталкивали.

В 2010 году я объявил, что большую часть состояния оставлю на благотворительность. Объяснил мотивы своего решения, такие как защита своих наследников от демотивации больших денег и создание собственного наследия, своей семьи... И все забыли. Потом появилась клятва дарения Баффета и Гейтса, и началось массовое присоединение к этой кампании. Ну что делать, я тоже присоединился. Мы не гордые, нам не шашечки нужны, а доехать. Мы свое возьмем. Теперь они знают, что мы тоже занимаемся благотворительностью и понимаем, для чего и как это надо. А если это отбросить, важно, что у нас с Гейтсом и Баффетом совпадают общечеловеческие представления.

Благотворительность — это не то же самое, что дать кому-то денег. Это более системное продуманное действие. Оно должно носить преображающий, воспитывающий характер и не наносить вреда тому, кому помогаешь. Действовать нужно обдуманно, системно и, я бы даже сказал, деликатно. Это бизнес, full-time job.

При подготовке статьи использованы материалы Forbes, газеты «Ведомости», ТАСС

Новости партнеров