О фашистах и сколопендрах

Вадим Новиков Forbes Contributor
Нужно ли судиться с авторами оскорбительных текстов

На прошлой неделе в интернете появился новый яркий автор. На сайте проправительственной организации «Молодая гвардия» некто под именем Владислава Ловицкого обрушился на журналистов либерального толка. Они, утверждал колумнист, «раздувают пламя фашизма» и объединены «лютой, звериной ненавистью ко всему живому, ко всему новому и прогрессивному». В газете «Коммерсант», по наблюдениям молодогвардейца, «в один клубок сплелись ядовитые гадюки, отвратные сколопендры, мерзкие мокрицы от журналистики всех мастей».

Эти тирады вызывают самые разные чувства — от искреннего смеха до негодования. Но сколь бы ни разнились чувства, в том, что статья оскорбительна и направлена на возбуждение вражды по отношению к своим героям, сомнений быть не может. Основания для обращения в суд налицо. Российский Уголовный кодекс запрещает такие действия (ст. 130 и 282 УК). Но стоит ли судиться?

Данная проблема стоит у самых истоков либеральной идеологии. Люди расходятся в представлениях о том, что считать хорошей или стоящей жизнью, и склонны не соглашаться друг с другом. Многие уверены, что другие находятся на прямой дороге в ад и, хуже того, влекут за собой других. Столетия религиозных войн и преследований в Европе показали, насколько серьезными последствиями заканчиваются попытки решить эту проблему путем насаждения единства взглядов. Либеральным решением этой проблемы стала идея терпимости (нейтральности государства по отношению к разным жизненным укладам) и разработка политического порядка, поддерживаемого людьми вне зависимости от их представлений о наилучшем образе жизни. «Ни один человек не должен за свои религиозные взгляды лишаться своих земных благ», — описывал в «Посланиях о веротерпимости» эту идею Джон Локк. Если люди верят, что, исполняя свои обряды, «они будут угодны богу и обретут спасение, то следует предоставить их самим себе и их богу».

Причина, почему не желательно, чтобы государство преследовало Ловицкого или организаторов выставки на Селигере, где ряд политиков, журналистов, правозащитников и общественных деятелей был изображен в фашистских фуражках, та же, что и во времена религиозных войн, — это противоречило бы свободе совести. Если организаторы лагеря из движения «Наши» или создатели сайта из «Молодой Гвардии Единой России» уверены, что именно избранные ими «обряды» угодны их «богам», если именно в них состоит «свободное почитание бога по принятому обычаю», то, запрещая их, мы поставим под сомнение их жизненно важные интересы.

Можно возразить, что свобода совести не означает свободы бессовестности. Однако что именно требует или должна требовать совесть — в этом, вероятно, и состоит основной повод для разногласий. В конце концов, Ловицкий считает, что «очернение режима», а тем более признания в этой деятельности свидетельствуют о крайней «степени морального уродства». Как писал Локк, «любая церковь для себя ортодоксальная, для других — заблуждающаяся, или еретическая». Поэтому если свобода совести не означает одновременно и свободы практиковать то, что другие считают бессовестным, мало проку в такой свободе.

Либералы, которые готовы лишать сограждан «земных благ» за бессовестные поступки, отступаются от характерной либеральной задачи построения государства, нейтрального по отношению к жизненным укладам. Хуже того, такой либерализм становится вместо решения проблемы человеческого разнообразия частью этой проблемы, превращая либералов в еще одну группу людей, обращающихся к государству с требованием сделать их образ жизни и мыслей обязательным.

Преследуемое меньшинство, а либеральная оппозиция находится сейчас именно в этом положении, должно требовать не уголовного преследования своих политических оппонентов, а, напротив, отмены соответствующих уголовных статей, которые сейчас в первую очередь развернуты против него. Даже отвлекаясь от чисто моральных оснований терпимости, стоит помнить, что за применением этого принципа стоят и прагматические соображения. Терпимость — это аналог соглашения о прекращении огня, и достижение такого соглашения в интересах всех меньшинств, не только либеральных, намного более реалистично, чем попытки добиться капитуляции всех своих идеологических противников.

Автор — старший научный сотрудник Академии народного хозяйства

Новости партнеров
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться