Цены на нефть: что делать с российским бюджетом

Марсель Салихов Forbes Contributor
Терновой Дмитрий для Forbes
Минфин и Центробанк в силах справиться с проблемами 2015 года, но долгосрочная бюджетная политика должна стать более консервативной

Цены на нефть продолжают снижаться. На прошлой неделе цена нефти сорта Brent опускалась до $78/баррель. Относительно быстрого восстановления цен на уровень $90-100, на которое рассчитывали многие эксперты (и я, признаться, в их числе), не произошло. Прогнозировать цены на нефть – дело неблагодарное и систематически, по всей видимости, невозможное. Однако цены на нефть – один из основных параметров, который оказывает влияние на всю российскую экономику. Поэтому обойтись без этого не получается.

Проект федерального бюджета на 2015-2017 годы, который уже одобрен Госдумой в третьем чтении, исходит из того, что среднегодовой уровень цен на нефть в 2015 году составит $100/баррель – на 20% выше текущего уровня. Нефтегазовые доходы федерального бюджета составляют около половины доходов.

Насколько серьезны проблемы для бюджета?

Президент Владимир Путин уже популярно объяснил, почему доходы бюджета не пострадают: «То, что раньше продавали за доллар и получали в ответ 32-35 рублей, теперь продаем за тот же доллар, но получаем 45-48 рублей. Так что доходы в бюджет даже увеличились». Разумеется, это чисто формальное объяснение. Оно означает, что Минфину можно в спешке не перевносить бюджет на следующий год. Чисто арифметически завышенный прогноз по цене на нефть компенсируется заниженным прогнозом по курсу. Среднегодовой прогноз по курсу на следующий год – 37,7 рублей за доллар, то есть ниже на те же 20%. Текущая цена Brent в рублях – около 3600 рублей/баррель, это больше 3200 рублей/баррель, которые, к примеру, наблюдались летом 2012 или весной 2013 года.

Однако государство принципиально ничем не отличается от других экономических агентов. На номинально то же самое количество рублей – в условиях более высокой инфляции и более дорогой валюты – оно сможет купить меньше товаров и услуг. Это неизбежно. Центральный банк с политикой плавающего валютного курса не может совершить «чуда» и наполнить покупательную способность рубля. Он может лишь облегчить адаптацию экономики, в том числе и государственного бюджета, к сильному внешнему шоку.

Более серьезным риском является то, что бюджетная конструкция на ближайшую трехлетку довольно оптимистично предполагает, что экономика в следующем году вырастет на 1,2%, и темпы роста устойчиво увеличиваются до 3,0% к 2017 году. Темпы экономического роста в стране являются основным параметром, который влияет на главные не-нефтегазовые доходные источники консолидированного бюджета – НДС, НДФЛ, налог на прибыль и проч. Снижение импорта из-за падения рубля также уменьшит поступления бюджета от импортных пошлин.

Основные угрозы для исполнения планов по доходам федерального бюджета связаны не с поступлением нефтегазовых доходов, а с тем, что темпы роста ВВП будут ниже, и это не позволит выполнить планы по не-ненефтегазовым доходам. Частично этот эффект поможет компенсировать более высокий уровень инфляции (прогноз на следующий год в бюджете – 5,5%, но ожидаемое значение – около 6-8%). Однако повышение инфляции будет означать и дополнительные расходы для бюджета. По всей видимости, потребуются дополнительные трансферты Пенсионному фонду для индексации пенсий и региональным бюджетам.

Проект бюджета исходит из того, что дефицит в 2015 году составит 430,7 млрд рублей (-0,6% ВВП). Это немного, поэтому даже недобор 0,5-1,2 трлн рублей из-за более низких темпов роста может быть легко покрыть за счет роста внутреннего долга. Потребность банковского сектора в залоговых инструментах для получения рефинансирования в ЦБ позволяет легко профинансировать расширение внутреннего государственного долга. Однако это также формальная сторона вопроса.

Суть – неадекватность текущей бюджетной политики изменившимся экономическим условиям – не решается «косметическим» мерами денежно-кредитной политики.

Идеи бюджетного стимулирования экономики за счет наращивания госдолга упираются в низкую эффективность государственных расходов. Показательно то, что масштабный «бюджетный стимул» 2008-2009 гг., профинансированный даже не за счет долга, а сформированных ранее резервов, – не смог спасти экономику от сильного спада.

Сделать вид, что ничего не происходит, не получится. Необходимо пересматривать общие долгосрочные подходы к бюджетной политике, основываясь на более консервативных допущениях относительно внутреннего экономического роста и возможного ухудшения внешних условий. Государство довольно быстро научилось жить на широкую ногу – постоянно увеличивая ряды бюрократии с растущими аппетитами на оплату труда, финансируя дорогостоящие «игрушки» с малопонятными перспективами с точки зрения экономического роста, раздавая несбыточные обещания различным слоям населения. Надо учиться жить по средствам. Это придется делать либо осознанно и целенаправленно, либо экономические реалии вынудят сделать то же самое более тяжелым образом.

Новости партнеров