Амнистия без свободы: власть и бизнес опять не поняли друг друга | Forbes.ru
сюжеты
$56.67
69.48
ММВБ2286.33
BRENT68.73
RTS1270.92
GOLD1331.99

Амнистия без свободы: власть и бизнес опять не поняли друг друга

читайте также
+37 просмотров за суткиЕсть все условия для возврата бизнеса в Россию. Силуанов об амнистии капиталов +98 просмотров за суткиТихая гавань: Британские Виргинские острова исключены из списка офшоров +41 просмотров за суткиАмнистия капиталов 2.0: как государству не повторить прошлых ошибок +143 просмотров за суткиСписание долгов и амнистия капиталов. Чего ждать налогоплательщикам в 2018 году +36 просмотров за суткиЛиквидировать офшоры. Что будет с зарубежными счетами +13 просмотров за суткиЕвросоюз воюет с офшорами. Как меняются правила игры для бизнеса +41 просмотров за суткиФНС без границ. Что нужно успеть сделать владельцам зарубежных счетов до 2018 года +57 просмотров за суткиКак налоговики «обманули» юристов. Россия начнет получать информацию об офшорах «Рукописи не горят». Чем опасны для состоятельных людей «райские документы» Памятка офшорному аристократу. Семь налоговых ошибок при работе с зарубежными активами +6 просмотров за суткиОфшорная карта: сколько россияне хранят в налоговых гаванях +4 просмотров за суткиПриключения российских резидентов: где хранить активы во время деофшоризации? Кто увел $2,5 трлн? Средства россиян в офшорах в разы превышают резервы России Бенефициары на чемоданах: как антикоррупционые меры заставляют мигрировать владельцев офшоров +3 просмотров за суткиПоздний «Ренессанс». Почему классический private banking в сложной ситуации? +31 просмотров за суткиНет связи: автоматический налоговый обмен не сможет стать глобальным Вслед за Абрамовичем: Григорий Березкин стал резидентом России Двойная выгода: как вывести активы из офшора без налогов Как выбрать инвестора от пре-seed до раунда А Возвращение на родину: как Россия ведет деофшоризацию зарубежных активов Зарубежная прописка: Андрей Мельниченко является нерезидентом

Амнистия без свободы: власть и бизнес опять не поняли друг друга

Егор Батанов Forbes Contributor
Фото Григория Собченко / Коммерсантъ
Попытку выманить российских собственников из офшоров следует признать неудачной

По нашим данным, к середине сентября 2015 года в рамках амнистии капиталов по всей России было подано около 140 деклараций. Всего 140 человек что-то задекларировали, и это в стране, где каждый второй предприниматель с годовым оборотом от 100 млн рублей владеет офшорной компанией для тех или иных целей. Уже на тот момент было очевидно, что амнистия провалилась и, если властям она действительно нужна, ее придется продлевать и корректировать. Заявление о таких планах не заставило себя ждать.

Причины провала известны любому профессионалу, связанному с этой сферой деятельности.

Закон, который регулирует амнистию, порядок декларирования активов и зарубежных счетов и, самое главное, гарантии защиты, написан настолько плохо, что создается впечатление, будто это сделано специально. А ведь идея сама по себе неплохая: многие предприниматели обращались к консультантам в надежде «начать жизнь с чистого листа».

Когда я приступил к анализу окончательного, уже после всех поправок, текста закона об амнистии капиталов, то сразу стали понятны основные пункты, которые не позволят воспользоваться гарантиями широкому кругу заинтересованных лиц.

Во-первых, это отсутствие среди названных уголовных составов мошенничества (ст. 159 УК РФ) и его «младших братьев» (статьи 159.1 – 159.6 УК РФ). В реальности закон покрывает только так называемые «налоговые составы» (статьи 198-199.2 УК РФ), один валютный (ст. 193 УК РФ) и половину от статьи 194 УК про таможенные платежи. Логика законодателя, на первый взгляд, понятна: мы не собираемся давать гарантии мошенникам и «злодеям», однако, как это часто бывает, нормы абсолютно разошлись с традицией российского правоприменения.

Тут есть два существенных факта. С одной стороны, часто уголовное дело по экономическим преступлениям возбуждается именно по ст. 159 УК, так как формулировка состава очень широкая. Уже в ходе расследования дела правоохранительные органы в случае необходимости производят переквалификацию под более подходящий состав.

Именно 159-й статьи больше всего боятся предприниматели в России.

Очевидно, что человек не будет рассказывать государству о фактах своей хозяйственной деятельности, если защита от такого уголовного преследования не предоставляется. Аналогично, но в меньшей степени все сказанное касается и таких составов, как «Присвоение или растрата» (ст. 160 УК РФ), «Легализация (отмывание) денежных средств и иного имущества» (статьи 174, 174.1 УК РФ) и некоторых других.

С другой стороны, есть такая вещь, как возмещение НДС из бюджета. Если при возмещении были допущены грубые нарушения, способные перевести вопрос в уголовно-правовую плоскость, то опять же будет применяться не статья 199 УК РФ («Уклонение от уплаты налогов»), а все та же статья о мошенничестве, хотя, казалось бы, правонарушение носит абсолютно налоговый характер и должно попадать в предмет амнистии. Это очевидное для практикующих налоговых юристов и адвокатов упущение.

Во-вторых, закон об амнистии оставляет без защиты еще одну очень важную область – текущий бизнес в России. Амнистия распространяется только на физических лиц, то есть самого предпринимателя и других граждан, которых он прямо назовет в декларации. Но если у него сейчас есть в России какие-то компании, к которым могут быть предъявлены налоговые, валютные или таможенные претензии в связи с подлежащими декларированию операциями, то эта часть бизнеса оказывается в зоне риска.

Если кто-то годами выводил капитал со своего завода в офшоры, то какой ему сейчас смысл раскрывать эти активы за рубежом, если государство потом взыщет половину этой суммы с завода как юридического лица, что, скорее всего, приведет к его банкротству?

Помимо этих двух грубых упущений, существуют проблемы значимые, но устранимые. Самый яркий пример — ситуация с правами требования. Закон об амнистии капиталов дает, с одной стороны, широкий, но с другой — закрытый перечень того, что можно считать амнистируемым имуществом, и в него не попали имущественные права требования. Это означает, что если офшоры, принадлежащие бенефициару, выдали все полученные деньги взаймы российским компаниям, то бенефициар в рамках амнистии не сможет перевести на себя права требования по таким займам.

Решение очевидно: нужно «переупаковывать» эти долги в векселя, облигации или другие ценные бумаги, так как на них закон об амнистии распространяется. Однако это требует времени и дополнительных усилий, а таких технических проблем в законе еще несколько.

Что мы имеем в итоге? Попытка использовать и кнут (закон о контролируемых иностранных компаниях — КИК), и пряник (закон об амнистии капиталов) оказалась слишком поспешной.

К регулированию КИК по-прежнему много вопросов, а вот амнистия не удалась совсем.

Остается только надеяться, что при устранении пробелов и продлении сроков амнистии чиновники начнут прислушиваться к бизнесменам и доверять им, их объединениям, а также профильным практикующим профессионалам. Срок действия амнистии стоит продлить хотя бы до 1 января 2016 года.

Шанс на успех есть, со стороны бизнеса существует определенный запрос на амнистию и желание максимально переместиться в «белую» зону. Но чтобы удовлетворить этот запрос, надо устранить хотя бы существенные недостатки закона. С техническими, если будет время, предприниматели и юристы справятся сами.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться