Рейтинг или кошелек: почему Владимир Путин дорожит резервами | Мнения | Forbes.ru
$58.96
69.35
ММВБ1930.71
BRENT52.89
RTS1027.85
GOLD1284.25

Рейтинг или кошелек: почему Владимир Путин дорожит резервами

читайте также
Почему Банк России не будет снижать ключевую ставку в феврале? Что может скрываться за желанием Минфина скупать валюту? Валютные интервенции Минфина. Пора ли покупать доллары? Центробанк как зеркало экономической политики Стоит ли "тянуть как можно дольше" с отменой контрсанкций Конец эры бюрократов: семь причин, по которым 80% чиновников окажутся на улице Замкнутый круг или кому на самом деле нужна чистая вода? Скандальные права: авторские общества могут заменить государством Новая пенсионная реформа: откуда брать деньги на будущее +4 просмотров за суткиЧто неладно с новой российской «большой приватизацией» +3 просмотров за суткиЧто случилось с «Мякинино»: почему поссорились метрополитен и Агаларов Наследство соцлагеря: почему накопленные пенсии все равно отнимут «Офшорная психология»: почему «Роснефти» разонравилось быть госкомпанией Москва без москвичей: как столичная власть нас автоматизирует Почему бензин дорожает, если нефть дешевеет Мельдониевая гордость: спорт как продолжение войны иными средствами Здесь будет город-суд: почему в Москве стало больше градостроительных конфликтов Движение – все, цель – ничто: почему не работает система госзакупок Жить стало лучше, жить стало красивее: что происходит с благоустройством в Москве Сами среди чужих: к чему ведет особый путь России Per aspera кадастра: почему новая система оценки недвижимости может не сработать

Рейтинг или кошелек: почему Владимир Путин дорожит резервами

Фото REUTERS / Alexei Nikolsky / RIA Novosti / Kremlin
Пока у правительства есть деньги, президент может спокойно заниматься внешней политикой

Любителям конспирологии преподнесли отличный подарок. Не удивлюсь, если в рунете вскоре появятся трактаты о том, как Джейкоб Ротшильд поддержал Владимира Путина.

Финансовый дуайен не будоражил западный истеблишмент заявлениями в духе Дональда Трампа. И уж точно не стоит ждать появления Банка Ротшильдов в Крыму. Вообще, с формальной точки зрения лорд Джейкоб отозвался о России не слишком комплиментарно, причислив нашу страну наряду с Бразилией, Казахстаном, Нигерией и Украиной к тем заемщикам, которые рискуют оказаться в долговой яме из-за падения цен на нефть и укрепления доллара.  

Но именно этот нелицеприятный отзыв от одного из крупнейших финансистов мира Кремлю сейчас очень кстати.

Ведь, по данным Bloomberg, сохранность резервов стала в последнее время чуть ли не идефикс для главы государства. Ради чего Путин готов, дескать, пожертвовать и стабильностью рубля. А некоторые наблюдатели даже сделали отсюда вывод, что Кремль не исключает вовлечения России в полномасштабный военный конфликт. Хотя в таком случае принцип экстерриториальности точно перестанет действовать и любые зарубежные авуары, в том числе и резервы ЦБ, будут заморожены.

Ротшильд дает совершенно иную и более прозаичную картину. Российский внешний долг, каким бы сравнительно небольшим он ни казался сегодня, завтра рискует превратиться в серьезную проблему. И это произойдет тем скорее, чем меньше у Неглинной останется валюты.

Безусловно, есть логика в рассуждениях тех оппонентов Эльвиры Набиуллиной, которые утверждают, что, пополняя резервы, ЦБ сам же препятствует отправлению рубля в абсолютно свободное плавание. Тут либо капитал приобретется, либо рыночная невинность соблюдется. Одно из двух.

Но когда в дело вмешивается политика, экономическая логика замолкает. На отношении граждан к президенту скачки курса, всплески инфляции, падение реальных доходов и прочие недвусмысленные приметы глубокого экономического кризиса почти не отражаются. Согласно недавнему опросу ВЦИОМ, 74% россиян готовы проголосовать за Путина на ближайших выборах главы государства. А в октябре 2012-го таковых было лишь 40%. По данным «Левада-Центра», за год несколько снизилась доля одобряющих деятельность президента — со знаменитых 86 до 81%. Зато число граждан, поддерживающих правительство, упало гораздо больше — с 60 до 51%. И 65% респондентов ВЦИОМ считают, что кабмину надо менять экономическую политику.

Казалось бы, для власти только лучше, что бытие избирателей не определяет их сознание/отношение к первому лицу. Что экономический негатив оседает на нижних этажах, не достигая верхнего.

Но, получается, король делает свиту, а не наоборот.

Вместо властной вертикали — довольно шаткая конструкция, больше напоминающая неправильную пирамиду. Прямая демократия, фактическое сведение на нет любых посредников между правителем и народом, конечно же, помогают в борьбе с геополитическими или экономическими вызовами. Но лишь при условии, что национальный лидер day-to-day погружен в решение соответствующих задач. Например, в 2008-2009 годах Владимир Путин, будучи премьером, фактически перевел экономику в режим ручного управления. Однако к тому моменту как страну накрыла очередная кризисная волна, путинским приоритетом стала внешняя политика. А нынешний премьер Дмитрий Медведев не в состоянии воспользоваться антикризисным ноу-хау старшего товарища.

Едва ли не единственная возможность предотвратить разрастание этой дыры — сохранять резервы как своеобразное путинское «альтер эго». Актив президента – опросы ВЦИОМ. Актив остальной «вертикали» — авуары ЦБ и Минфина. Пока у власти (той ее части, которая не отождествляется с первым лицом) есть деньги, она может считаться властью.
Президентский пресс-секретарь Дмитрий Песков не лукавит: Фонд национального благосостояния, конечно же, не является «личной копилкой» Путина. Но в случае исчезновения ФНБ и других резервов, президент де-факто окажется один на один со всем букетом национальных проблем.

А чудеса можно творить только тогда, когда рутиной занимаются другие.

Точнее, когда есть кому заниматься рутиной. И главное, есть средства, позволяющие расширять рутинную проблематику, а не плодить новые поводы для геройства. Иначе велик риск сотворения и новых, конкурирующих кумиров.