Прощай, оружие: как бизнес может спасти мир от войны - Мнения
$57.01
61.65
ММВБ2032.54
BRENT51.51
RTS1125.58
GOLD1248.62

Прощай, оружие: как бизнес может спасти мир от войны

читайте также
+6 просмотров за сутки«Яндекс» увидел риски для бизнеса в СП Сбербанка и Alibaba +50 просмотров за суткиСуд Вены распорядился экстрадировать украинского бизнесмена Фирташа в США +3 просмотров за суткиЦукерберг: Facebook поможет бороться с терроризмом и предотвращать эпидемии +18 просмотров за суткиCEO российских компаний назвали три главные угрозы для бизнеса +14 просмотров за суткиКаждое пятое предприятие в России приостановило инвестпроекты из-за санкций +2 просмотров за суткиСбой матрицы: чем грозит технологический прогресс Подушка безопасности: зачем стартапу инвестор С бонусом на выход: пять правил, которые помогут топ-менеджеру принять жизнь после отставки «Хотели встроить камеры в фигуры, чтобы играть, как в «Гарри Поттере» +22 просмотров за суткиБывший глава Yota Devices решил заработать на хоккее Триумф Германии: страна стала крупнейшим рынком недвижимости Европы Приватизация-2016: убрать из министров Недоверие и закон: что тормозит индустрию автопилотов? Вечные ценности: семь спортсменов с пожизненными спонсорскими контрактами Дорогой человек: почему Роналду зарабатывает больше всех в спорте Банки с квантовой защитой: физики против хакеров Выборы в США: почему никто не смог предсказать результаты? Домик удачи. Как зарабатывать на пряниках 100 млн рублей в год Партийный список: Кто оплачивает китайский футбольный бум Импортозамещение топ-менеджмента: зачем нужны экспаты в управлении Трамп против песо: как заработать на выборах в США
Мнения #бизнес 10.02.2016 02:00

Прощай, оружие: как бизнес может спасти мир от войны

Андрей Бремзен Forbes Contributor
Фото REUTERS / Brian Snyder
Чем больше в мире игроков, не заинтересованных в вооруженных конфликтах, тем больше оснований надеяться, что таких конфликтов не последует

Нравится нам это или нет, но мы живем в век глобализации. По данным Всемирного банка, доля внешней торговли в ВВП США за последние 20 лет выросла в полтора раза, а в ВВП Германии — почти вдвое. Есть основания рассчитывать, что этот показатель продолжит расти. Нет ли в этом опасности? Не возникает ли избыточной зависимости стран — активных участниц глобальной интеграции друг от друга, и, что особенно тревожно, от инструментов глобализации — крупных транснациональных корпораций?

Теоретическим анализом международной торговли экономисты систематически занимаются не менее 200 лет. Фундаментальный прорыв на этом направлении принадлежит великому Давиду Рикардо, который еще в 1817 году показал, что от международной торговли могут выиграть все ее участники, даже те, кто не обладает абсолютным преимуществом в производстве никаких товаров и услуг (ключевым фактором торговли является сравнительное, а не абсолютное преимущество).

Мой преподавательский опыт показывает, что принцип сравнительного преимущества Рикардо объяснить непросто и с первого раза даже неглупые люди его могут не понять. Гораздо устойчивее восприятие торговли как игры с нулевой суммой (то есть ситуации стратегического взаимодействия, в которой выигрыш от торговли одних стран автоматически означает эквивалентный проигрыш других), соответствующее доктрине меркантилизма, характерной для XVIII века. Как отец пушкинского героя не мог его понять, отдавая земли в залог, так и сегодня многие всерьез верят, что раз России достались огромные пространства и суровый климат, затрудняющие производство и транспортировку практически всех товаров и делающие их глобально неконкурентоспособными, то следует максимально ограничить импорт, а то никакого производства в стране вообще не останется.

Возможно, именно такими настроениями отчасти объясняется то, что доля внешней торговли в ВВП России за 20 лет практически не изменилась. Так не бывает: чтобы была возможность что-либо импортировать, придется что-то экспортировать, а значит, непременно найдется товар или группа товаров, которые России удастся производить пусть не абсолютно, но относительно (то  есть в терминах альтернативных издержек) дешевле партнеров по торговле. Ничего страшного, если такими товарами окажутся углеводороды — любые ограничения на их экспорт так же губительны для экономики, как и любые другие протекционистские меры.

При развитии глобализации неизбежен бурный рост транснациональных гигантов.

Вообще вопрос об оптимальном размере фирмы (почему одни большие, а другие маленькие; следует ли фирмам стремиться к расширению сферы своей деятельности, к поглощению смежников?) является центральным для всей неоинституциональной (то есть, в сущности, для всей современной) экономической теории со времен работы Рональда Коуза 1937 года. В своем стремлении к оптимизации географического разделения труда (производить трудоемкие компоненты там, где дешевле труд, а капиталоемкие — там, где дешевле капитал) корпорации стараются не считаться с государственными границами, а в последние десятилетия, сопровождающиеся рекордным снижением издержек на транспортировку и связь — и с естественными границами континентов. Позвоните в колл-центр крупной американской корпорации в рабочее время — очень может быть, что девушка, которая вам ответит, будет находиться в Индии. Платить ей премию за работу по ночам дешевле, чем нанимать девушку в Алабаме.

Представляют ли транснациональные корпорации политическую угрозу? Если смотреть на бизнес как на одно из подразделений всемогущего государства, которое в любой момент может сделать с бизнесом все что угодно вплоть до национализации, то да — национализировать транснационального гиганта невозможно. Но это не единственный возможный взгляд.

Если смотреть на крупный бизнес как на одного из влиятельных игроков, с которым надо договариваться, то такие компании вряд ли представляют большую угрозу, чем столь же крупные национальные компании или, например, региональные или ведомственные иерархии.

Более того, с общественной точки зрения у транснациональных корпораций есть несомненное преимущество — они крайне заинтересованы в мире без войн.

Чем больше в связи с глобализацией оказывается игроков, не заинтересованных в вооруженных конфликтах, тем больше оснований надеяться, что таких конфликтов не последует.

Один мой приятель всерьез, кажется, считает, что каждой крупной стране надо во что бы то ни стало поддерживать собственный гражданский автопром, чтобы в случае войны или хотя бы масштабной изоляции страны было на чем передвигаться. Боюсь, что в случае ссоры одновременно со всеми странами, производящими автомобили, отсутствие последних будет далеко не самой важной проблемой. Ford и Toyota — наши союзники, а не враги.