На игле: какое наследство оставляет Бернанке | Forbes.ru
$58.9
69.48
ММВБ2148.6
BRENT64.61
RTS1144.35
GOLD1246.37

На игле: какое наследство оставляет Бернанке

читайте также
Сила доллара: какую политику выберет ставленник Трампа Уроки «черного понедельника». Возможно ли повторение биржевого краха спустя 30 лет? +3 просмотров за суткиНачало игры. Как торговали акциями в 1917 году Перипетии российского фондового рынка: откуда он возник Почему финансовый рынок игнорирует новые антироссийские санкции Долгосрочные инвестиции: как утроить капитал на горизонте 10 лет? +1 просмотров за суткиПредвестник финансового шока: что ждет глобальный рынок во второй половине года? Без риска и эмоций: как изменилось поведение частных инвесторов? +1 просмотров за суткиСыграть на минимуме: какие точки роста есть на просевшем фондовом рынке? 320% годовых: на каких госкомпаниях можно хорошо заработать Председатель правления НРД Эдди Астанин: «Финансовая индустрия — это киберпространство» Миссия Трампа: списание балласта нереалистичных ожиданий +1 просмотров за суткиМанипуляции и обман: как не попасть в ловушку охотника на простаков Неприлично дорого: 13 компаний, от которых без ума инвесторы От риска к разумности: как поменялся российский фондовый рынок за 10 лет? Город золотой: что ждет Лондонский Сити после Brexit +3 просмотров за суткиТрудности перевода: куда инвестировать валютные сбережения В погоне за трендами: куда инвестировать, когда экономика растет? +4 просмотров за суткиКак заработать на глобальных рынках в 2017 году? ФРС подождет Трампа: что будет со ставкой? Без резких движений: о чем говорит реакция S&P 500 на инаугурацию Трампа

На игле: какое наследство оставляет Бернанке

Олег Буклемишев Forbes Contributor
Бен Бернанке фото Rex Features
Чем грозит США сворачивание программы количественного смягчения

Никаких неожиданностей: выступая в Конгрессе на прошлой неделе, глава Федеральной резервной системы (ФРС) Бен Бернанке посулил рынкам максимально гибкую политику, то  есть продолжение пиршества монетарного стимулирования «с учетом экономических и финансовых тенденций». Фондовые индексы откликнулись новым ростом.

Между тем поведение американского фондового рынка, задающего тон остальным мировым площадкам, становится все более загадочным, если не сказать парадоксальным. Рынок, вопреки очевидному, уже не раз приветствовал ухудшение экономической статистики, а на явное улучшение показателей, наоборот, реагировал однозначно негативно.

Аналитики склонны объяснять это как раз влиянием программ монетарного стимулирования, осуществляемых ФРС уже в течение нескольких лет. Согласно логике главы ФРС, предоставление дополнительной ликвидности путем выкупа с рынка казначейских и ипотечных ценных бумаг в рамках реализуемой ныне программы QЕ3 должно рано или поздно вывести экономику на траекторию самопроизвольного роста. Поэтому прекращение этих операций обусловлено выходом на целевые ориентиры безработицы (7%) и инфляции (2%). Вот и получается, что теперь улучшение данных по безработице никого на рынке уже не радует: игроки видят за этим не будущий экономический рост, а скорую перспективу остановки программ «количественного смягчения».

И, напротив, появление негативных статистических индикаторов воспринимается как гарантия продолжения стимулирования.

С одной стороны, такая постановка вопроса выглядит логично. Статистические показатели характеризуют экономическую ситуацию в общем и целом, многие из них влияют на финансовое положение корпораций косвенно, неравномерно, да еще и с определенным временным лагом. А массированные впрыскивания ликвидности на фоне близких к нулю процентных ставок должны обеспечивать устойчивый приток инвестиций в рискованные активы и, стало быть, немедленное повышение курсов акций.

Но с другой стороны, не может не настораживать тот факт, что нормальные механизмы экономического роста слишком долго не удается запустить даже под столь мощным воздействием монетарного допинга. Не вошли ли ведущие экономики в длительную эпоху, которая характеризуется замедленными темпами развития и, соответственно, рыночной стагнацией? И не обернутся ли тем самым обильные денежные вливания пузырями на разных рынках, которые немедленно сдуются, как только стимулирование прекратится?

Кстати, влияние количественного смягчения на котировки фондового рынка, вопреки бытующим представлениям, вовсе не аксиома: по крайней мере ряд исследований не подтверждает непосредственной зависимости. Вновь эмитированные деньги по большей части оседают в избыточных банковских резервах, не поступая в экономику и на финансовые площадки. В США эти резервы в последнее время растут с месячным темпом $80 млрд, что по странному совпадению примерно эквивалентно объемам количественного смягчения ($85 млрд в месяц). Наблюдавшийся же рекордный рост фондового рынка в значительно большей степени объясняется увеличением корпоративных прибылей, нежели монетарным стимулированием. Конечно, помимо всего прочего, количественное смягчение дополнительно подавляет процентные ставки и тем самым способствует росту прибыли, но в условиях, когда ставки и так близки к минимальным отметкам, влияние данного фактора не слишком велико.

Тем не менее рынки уже «подсели» на монетарное стимулирование: если не материально, то в терминах ожиданий точно.

Стоило Бернанке в конце мая высказаться, что количественное смягчение может начать сворачиваться уже до конца текущего года, как игроки начали стремительно забирать деньги с торговых площадок (по оценке Bloomberg, за месяц под влиянием паники было выведено почти три триллиона долларов).

Однако, судя по всему, прекращение программы количественного смягчения страшно не само по себе, в нем видится первый провозвестник гораздо более болезненного для рынков начала очередного цикла повышения процентных ставок. По стресс-оценке Банка международных расчетов (BIS), рост ставок на 3 процентных пункта обойдется финансовой системе в триллион долларов капитальных убытков по ценным бумагам с фиксированным доходом (правда, почти половина этой суммы придется на центральные банки). Конечно, это маловероятный сценарий, однако комбинация нескольких факторов риска — особенно на фоне внедрения повышенных норм капитализации в соответствии с Базелем-III — способна привести к сопоставимым последствиям.

Не менее опасно предстоящее повышение ставок для корпоративного сектора.

Выход из стимулирующих программ способен не только разбалансировать рынки, но и подорвать только-только наметившиеся слабые признаки экономического роста. Так, выстраивая весьма изощренную монетарную стратегию, руководители ФРС неожиданно для себя попали в ловушку. Неслучайно Бернанке в своем выступлении в Конгрессе говорил о сохранении стимулирования и после сворачивания количественного смягчения, обещав найти ему адекватную замену.

Пока большинство аналитиков прогнозирует повышение ставок не ранее 2016 года, но тут все карты путает субъективный фактор: второй четырехлетний срок Бернанке на посту главы ФРС заканчивается в январе, и, вполне вероятно, он не будет бороться за сохранение должности. С преемниками же пока нет никакой ясности; новый человек на этом посту может рассматривать стимулирующую политику ФРС совершенно в ином ключе. Кажущаяся рыночная стабильность в любой момент может привести к взрывному росту волатильности и обвалу котировок ценных бумаг. В этой связи постановка Россией в рамках встречи министров финансов «большой двадцатки» вопроса о перспективах сворачивании программ монетарного стимулирования была правомочна, но, к сожалению, не могла принести какие-либо осязаемые плоды.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться