Forbes
$65.95
73.69
DJIA18432.24
NASD5162.25
RTS927.57
ММВБ1944.62
21.07.2014 05:30
Марсель Салихов Марсель Салихов
руководитель экономического департамента Института энергетики и финансов 
Поделиться
0
0

Почему России не нужно искать симметричный ответ на санкции США

Почему России не нужно искать симметричный ответ на санкции США
фото Макса Новикова для Forbes
Эффект «бумеранга» ударит по России больнее, чем по Америке. Яркий тому пример — стратегическое сотрудничество «Роснефти» и Exxon Mobil

США нанесли третий «санкционный» удар. На этот раз американцы решили не мелочиться и стрелять «крупным калибром». В прицеле оказались крупнейшие российские компании энергетического («Роснефть», «Новатэк») и финансового сектора (ВЭБ, Газпромбанк).

В этом основное отличие от предыдущих раундов санкций. Раньше основными целями были физические лица, а не компании, что само по себе ограничивало силу воздействия, по крайней мере, на российскую экономику. Сейчас это не так, речь идет уже о серьезных вещах. Введение санкций, как и все, что связано с событиями на Украине, имеет сильную эмоциональную составляющую. Однако необходимо понимать некоторые факты.

Санкции против «Роснефти», «Новатэка», Газпромбанка — это не те же самые санкции, что были введены ранее в отношении АБ «Россия», «Стройтрансгаза» или предприятий оборонки. Они более «слабые». Стандартным санкционным инструментом США является включение лица — физического или юридического — в так называемый список SDN (Specially Designated Nationals List). Это означает блокирование его активов, которые находятся на территории США или под управлением граждан США, а также запрет на осуществление любых финансовых операций любыми представителями  США в отношении данного лица.

Для «Роснефти» включение в список SDN означало бы невозможность, к примеру, получить оплату в долларах за поставленную нефть, а для Газпромбанка — невозможность провести для своих клиентов долларовые операции. Очевидно, что это стало бы сильнейшим ударом по бизнесу. Но «Роснефть», «Новатэк», Газпромбанк и ВЭБ не включены в список SDN и могут продолжать осуществлять обычные коммерческие операции. Однако для «лиц США» санкции запрещают участие в любых операциях с новым долгом со сроком погашения свыше 90 дней, а также операции с их новым акционерным капиталом, собственностью и долями участия в этой собственности.

Основные проблемы с ограничениями на привлечение внешнего финансирования связаны не с тем, что компании не смогут, к примеру, организовывать размещение своих бумаг в США (хотя и этого, конечно, не получится в текущих условиях). Главное, что американские инвесторы и управляющие компании не смогут покупать тот же корпоративный долг или участвовать в синдицированном кредитовании — неважно, где происходит размещение облигации или какое финансовое учреждение организовывает «синдикат». Это будет нарушением режима санкций. Cовсем недавно французский BNP Paribas согласился выплатить $9 млрд за нарушение аналогичного режима санкций: финансовые учреждения предпочтут «дуть на воду», но не рисковать навлечь на себя гнев Минфина США. В большинстве сегментов финансовых рынков именно американские компании являются крупнейшими игроками. К примеру, управляющие компании из США на конец 2013 года управляли активами в $40 трлн — это более 60% всего мирового рынка.

Сейчас они не смогут использовать эти средства для вложений в российские бумаги «пострадавших» компаний.

Это означает, что стоимость и возможности заимствований сильно ухудшатся. В четверг, после объявления о санкциях, рыночная доходность корпоративных долларовых облигаций «Роснефти» выросла на почти один процентный пункт. В марте-апреле после первых санкций рыночная доходность еврооблигаций российских компаний ТЭК выросла на 150-200 б. п. «Точечные» санкции против компаний, по всей видимости, приведут к аналогичному или даже большему росту стоимости заимствований. Для компаний это будет означать дополнительные процентные платежи на обслуживание долга и, соответственно, снижение прибыли.

Сильно осложнится привлечение средств именно в долларах — так как оно подразумевает участие американских финансовых институтов в обеспечении расчетов, даже если сами они не выступают держателями долга. По состоянию на конец II квартала четыре компании имели облигационные выпуски и займы, номинированные в долларах, почти на $90 млрд, из них $61,7 млрд приходится на «Роснефть», $3,8 млрд — на «Новатэк». «Роснефть» имеет высокий уровень долговой нагрузки, однако большая часть долга — это долгосрочные синдицированные кредиты, а также средства, полученные в качестве предоплаты от покупателей. Американские санкции затрагивают лишь новый долг, поэтому они усложняют рефинансирование текущей задолженности. В 2015 году четыре компании должны рефинансировать $16,5 млрд «долларовой» задолженности, из которых $14 млрд приходится на «Роснефть». Однако «Роснефть» уже накопила $20 млрд для этих целей и имеет возможность привлечь средства от тех же китайских покупателей.

Поэтому введенные санкции не угрожают непосредственно финансовому положению затронутых компаний. Непосредственного риска дефолтов нет. Однако амбициозные инвестиционные проекты столкнутся с трудностями.

К примеру, «Роснефть» придерживается стратегии активного сотрудничества с международными компаниями, в том числе и со своим стратегическим партнером — Exxon Mobil. В последние годы были созданы несколько совместных предприятий, которые должны реализовать новые проекты. В 2013 году «Роснефть» и Exxon Mobil подписали соглашение об участии американской компании в освоении семи участков на российском шельфе. В рамках этих соглашений американская сторона должна профинансировать проведение дорогостоящих работ по геологоразведке на миллиарды долларов. К примеру, соглашение 2011 года предусматривает вложение около $3,2 млрд в геологоразведку и освоение — в этом году планируется пробурить первую скважину на шельфе Карского моря. В прошлом году «Роснефть» и Exxon Mobil подписали соглашение о создании Арктического центра, американская компания должна профинансировать его на $450 млн.

Означают ли введенные санкции против «Роснефти», что Exxon Mobil не сможет обеспечить финансирование этих совместных предприятий, даже если готова к этому? К сожалению, пока точного ответа на этот вопрос дать невозможно — необходим полноценный юридический анализ подписанных соглашений с учетом особенностей «санкционного» законодательства США, так как подобные секторальные санкции, ограничивающие финансирование, используются американцами впервые.

Однако даже в наиболее благоприятном сценарии это будет означать затягивание сроков с проведением работ и дополнительные издержки для всех участников.

Сейчас много говорится о «симметричном ответе» со стороны России. Однако возможности ответить симметричным образом у России крайне ограниченны и даже их не надо использовать. Аналогичный эффект бумеранга ударит по России больнее, чем нанесет ущерб США. К примеру, было бы большой ошибкой «изгонять» американскую Exxon Mobil из России в отместку на действия американской администрации. Санкции санкциями, а подобное сотрудничество должно обеспечивать будущее на десятилетия вперед.

Поделиться
0
0
Загрузка...

Другие колонки автора

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое
Рамблер/Новости
Forbes 08/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.