Россия без государства: демоны, лежебоки и самообман | Forbes.ru
$58.65
69.34
ММВБ2134.52
BRENT62.93
RTS1146.85
GOLD1255.48

Россия без государства: демоны, лежебоки и самообман

читайте также
+15 просмотров за суткиГостайна против санкций. Силовикам и госкомпаниям разрешили засекретить данные о поставщиках Не много ли силы? За 15 лет число силовиков выросло более чем вдвое Итоги года: кого из чиновников и силовиков задержали в 2016 году +2 просмотров за суткиБуря в бокале: на рынке бордоских вин намечается очередной передел статусов Бизнес победившей культуры: почему стратегические вопросы вторичны Музыка после Освенцима: почему «Пассажирка» Вайнберга нужна в современной России Ставка на кулака. Российская экономика возвращается в традиционную нишу +1 просмотров за суткиНовый омбудсмен Анна Кузнецова как символ нашего времени Чему учат топ-менеджеров обыски в компании Вексельберга +7 просмотров за суткиЧеловек в медицинском эксперименте: пределы контроля +1 просмотров за суткиПрививка перемен: зачем начальникам учиться +1 просмотров за суткиПочему в России недоступна информация о преступлениях +1 просмотров за суткиМедведев лучше, чем не-Медведев После Рио: стоит ли бизнесу поддерживать спортивные федерации Государство-мафия: возникнут ли в России новые «силовые предприниматели» Благословенная пустота: в чем польза плохой исторической памяти "Изобретатели велосипедов": как устроены семейные офисы российских миллиардеров Процент идиотов: что общего у селфи с терроризмом Похороны "Гелендвагена": как парк "Никола-Ленивец" стал убежищем от страха и войны Биополитика насилия: что флешмоб женщин рассказал нам о России Не готовы к обороне: почему России невыгодно воевать

Россия без государства: демоны, лежебоки и самообман

Фото Andrey Rudakov / Bloomberg via Getty Images
Государственное строительство невозможно, пока мы судим друг друга по истории отношений с властью

«Письмо вождям Российской Федерации» Олега Кашина, бесспорно, главный политический текст года. Редкое сочетание права на такое сильное и по-настоящему общественно значимое высказывание, данное личными обстоятельствами, и мастерства, которое позволило сделать это высказывание цельным и законченным, создает огромное напряжение вокруг текста. Текст отвечает требованию момента, позволяя очень многим людям вытолкнуть из себя накопившиеся гнев, разочарование и боль, которые вдруг обретают форму слов, предложенных Кашиным. Он наконец превратил немые эмоции во что-то вроде политической программы.

Или обвинительного заключения.

Получается, что мы все можем выйти к Кремлю и вытолкнуть из себя: «Обвиняем! Уходите!» Нам кажется, что вожди делают из хороших людей плохих, растлевая их и поднимая наверх только тех, кто растлился в достаточной степени. Но даже мы — люди, не желающие попасть наверх, живущие своими обычными маленькими жизнями, — тоже растлены вождями и теперь не знаем, где добро, а где зло. Кто хороший человек, а кто плохой. Можно ли убивать или нет. И именно в этом — в сознательном растлении, насаждении пороков, лжи, лицемерия — вина наших вождей. Они — демоны. Они построили в России царство тьмы. Поэтому уходите, чтобы мы могли начать строить Россию с нуля, просто чтобы как-то в ней жить. Не искушайте судьбу и дайте нам начать это строительство как можно быстрее.

Эта тема подана в тексте через две противопоставленные фигуры: честного следователя Сердюкова, который раскрыл дело Кашина, и карьериста Соцкова, который когда-то был хорошим человеком, но потом был растлен, прошел кремлевский отбор (козлищи — welcome, агнцы — вон) и теперь топит дело в процессуальном болоте. Соцков нужен вождям, Сердюков — нет. И здесь мы сталкиваемся с проблемой. Если система всегда приветствует только предварительно созданных ею же козлищ и изгоняет агнцев, которые недостаточно испортились, как вообще в деле Кашина мог появиться следователь Сердюков?

Зачем система, которая не хочет иметь дело с хорошими людьми, все же их использует?

Ответ может быть таким: вожди хотели разобраться, хотели узнать, кто напал на Кашина, и для этого отобрали честного следователя, агнца. Когда он все раскрыл, необходимость в нем отпала. Появился карьерист. Но такой вывод, кажется, уничтожает аргумент про сознательное и тотальное растление. Получается, что вождям все-таки иногда нужны хорошие и честные люди, например, когда вожди хотят узнать правду. А когда они хотят эту правду скрыть, они просто зовут плохих и бесчестных. Что же на самом деле делают с нами вожди в таком случае? Портят всех без разбора или только кого-то выборочно?

Или, возможно, вообще никого не портят, а просто пользуются нами?

Этот поворот позволяет нам двинуться дальше, двинуться совсем в другую сторону. Вместо политически перспективного образа демонов, парящих над страной и отравляющих атмосферу, похищающих невинность, мораль, ценности, мы можем говорить о лежебоках. Которые, потягиваясь на теплой печи, лениво перебирают наши души, прикидывая, какой именно человеческий материал, уже данный, уже существующий, существующий без всякого усилия по его изготовке со стороны вождей, нужен им для решения каких-то их лежебочных задач. Например, кажется понятным, что лежебоки хотят и дальше лежать на печи, в комфорте, безопасности, дергая за ниточки пороков и добродетелей. Они хотят, чтобы лежать было помягче, чтобы золота на печи и вокруг печи было побольше. Чтобы те, кто глядит на них из избы, где стоит печь, и снаружи, через покрытые копотью окошки, ими восхищались. Продолжать можно долго, но смысл, кажется, понятен. Нет демонов. Есть люди, потакающие своим желаниям за наш счет. Они подзывают нас к своей печи и шепотом договариваются с каждым из нас: со следователем Сердюковым, со следователем Соцковым, со мной, с вами, с Кашиным, с Турчаком и так далее. В наших карманах лежат миллионы таких контрактов: контрактов на деньги и власть, на право быть плохим и право быть хорошим на определенных условиях, на право соблюдать или не соблюдать законы, на право получить немного правосудия или немного отмщения.

Так, кажется, будет вернее: вожди — не демоны, не растлители, а люди, пекущиеся только о себе и позволяющие всем остальным быть такими, какие они уже есть.

И использующие разный человеческий материал для сохранения и умножения своих благ. Здесь перед нами встает вторая проблема. Нет демонов. Нет растленного ими общества. Нет построенного «ложью и лицемерием» царства тьмы. Есть только селекция пороков и добродетелей, которую беспрестанно ведут вожди. Но что тогда есть наша страна? Как назвать избу, в которой есть печь, есть лежебоки и все остальные: толпа разных людей, каждый из которых с нетерпением ждет, когда его подзовут к печи. Чтобы или демонстративно повернуться к ней спиной, отказавшись от очередного контракта, или, радостно семеня, заключить его. Можно ли назвать эту избу государством? Здесь нам на помощь снова приходит текст Кашина. В котором слово «государство» употреблено всего один раз, когда Кашин пишет о том, что Россия досталась вождям «со словом «федерация» в названии государства». И это скрытое отрицание, нежелание называть страну, в которой мы живем, «государством» само по себе намного вернее и точнее рассуждений про политику и мораль, про смещение нравственных ориентиров и фабрику по производству порока. В России нет государства, этот тезис давно сформулирован, например, Глебом Павловским. И только из этой точки можно и нужно говорить и о претензиях к вождям, и о строительстве новой или государственном оформлении уже существующей в каком-то другом качестве России. Вожди обещали нам государство и не построили его.

И никто, кроме нас, его не построит, даже если вожди завтра сами слезут с печи. 

Важно понимать, что процесс государственного строительства невозможен до тех пор, пока мы судим стоящих рядом с нами по истории их отношений с печью и теми, кто на ней лежит. Пока не хотим видеть, кто мы есть сами по себе, а вместо этого требуем друг от друга представиться через формулы «я вождям/печи друг» или «я вождям/печи враг». Мы не можем даже заикаться о нашем общем будущем, пока мы не смотрим друг на друга. Мы должны признать, что все наши обиды и жертвы, все политические преступления, все предательства, все упреки и все подозрения, вся «рукопожатность» и «мурзилочность» должны остаться в прошлом вместе с печью и ее вождями. Будущее не начинается с разделения людей на плохих и хороших. На растленных и просто травмированных. На лучших учеников вождей и их самых жестких критиков. Оно начинается с взгляда, повернутого от печи к соседу. Со смещения фокуса. С изгнания вождей из собственных голов, а потом и из наших разговоров. Там, где наконец появится такой очищенный от тезисов о вождях разговор о нашем будущем, само собой появится и место, где мы сможем построить российское государство.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться