Корпоративные войны: как манипулируют российской судебной системой

фото РИА Новости
Риски вовлечения судов в корпоративные конфликты остаются высокими

Российское законодательство в сфере корпоративных отношений в последние годы совершенствовалось. Создавалась более взвешенная система прав и обязанностей участников корпоративных отношений. В частности, вступившая в силу 1 сентября новая редакция Гражданского кодекса РФ значительно повысила уровень свободы корпоративных отношений, в том числе предоставив акционерам непубличных компаний возможность изменять для своих обществ многие нормы законодательства, право требовать исключения акционера из общества, расширила сферу применения акционерных соглашений.

Неизбежным следствием этих изменений выступает усложнение характера отношений и, соответственно, возникающих в процессе их развития спорных ситуаций и конфликтов.

В этих условиях особенно возрастает ответственность правоприменителей — судебной системы, Банка России, которым придется разрешать все более сложные дела, многие из которых не имеют прецедентов в российской практике.

Судам придется не только вникать в усложнившиеся столкновения интересов участников корпоративных отношений, но и научиться эффективно противодействовать попыткам использования судебной системы в заведомо недобросовестных целях.

В последние годы почти не приходилось слышать о громких корпоративных конфликтах с участием судов различных инстанций, характерных для начала 2000-х годов. В то время практиковались различные формы вовлечения акционерных обществ в корпоративные конфликты, зачастую приводившие к значительным убыткам.

Право акционера оспаривать решения органов управления акционерного общества на практике во многих случаях использовалось для запрещения созыва и проведения собраний акционеров. В июле 2001 года по заявлению жителя Кемерово Андрея Воронкова Кемеровский районный суд запретил компании «Мосэнерго» проводить внеочередное собрание акционеров, на котором планировалось рассмотреть вопрос об отставке гендиректора компании Александра Ремезова. В результате Пленум Верховного суда своим отдельным постановлением от 10 октября 2001 года был вынужден прямо указать, что при рассмотрении дел об обжаловании решений органов управления акционерного общества судья или суд не вправе запрещать проведение общего собрания акционеров.

Особенно широко применялись меры по обеспечению исков.

В июле 2001 года судья Рязанского областного суда Сергей Черкасов в обеспечение исковых требований владелицы всего пяти акций ОАО «Лукойл» Ирины Егоровой к руководству ОАО «Лукойл» запретил ОАО «Транснефть» принимать документы нефтяной компании на транспортировку нефти. Запрет был снят через несколько дней практически одновременно самим Черкасовым и Ленинским районным судом города Перми. Убытки ОАО «Лукойл» за это время, по мнению компании, превысили $1 млн, однако Черкасов отделался предупреждением, вынесенным квалификационной коллегией Минюста, установившей, что судья «применил меры по обеспечению жалобы, явно несоразмерные последствиям их применения».

«Судья Черкасов признал, что он затратил на подготовку дела не более двух часов, поэтому недооценил всех последствий своих действий», — говорилось в определении коллегии. Коллегия также указала, что подобные судебные документы могут использоваться заинтересованными лицами в качестве инструментов недобросовестной конкуренции.

Вступивший в силу в 2002 году Арбитражно-процессуальный кодекс в значительной степени упорядочил ситуацию, сделав корпоративные споры подведомственными исключительно арбитражным судам. А также запретив подачу исков по месту жительства истца. Однако уже в ноябре того же года Высший арбитражный суд в письме «О фактах грубого нарушения закона при применении арбитражными судами обеспечительных мер» был вынужден констатировать «факты явно незаконного применения отдельными судьями обеспечительных мер, предусмотренных новым АПК» и просить суды «принять меры по предупреждению и пресечению нарушений закона».

Несмотря на принимаемые законодателем и руководством судебной системы меры случаи вынесения судами незаконных и необоснованных решений продолжались. В ряде случаев санкции за такие решения были ужесточены. Так, судья Арбитражного суда Чеченской республики Арби Сатуев был лишен полномочий Высшей квалификационной коллегией судей РФ за «незаконное применение обеспечительных мер», выразившееся в наложении ареста на 66% акций нефтедобывающего предприятия «Геойлбент» в июне 2005 года.

Корпоративные войны, к сожалению, продолжаются и сегодня.

Одним из последних случаев стала попытка владельца всего 10 акций ОАО «Башнефть» Райли Иноземцевой оспорить внесение изменений в выданную ОАО АНК «Башнефть» лицензию на право освоения одного из крупнейших нефтяных месторождений страны — им. Требса и им. Титова. Решение по делу пока не вынесено, однако с учетом вышеуказанных примеров нельзя исключать и в этом случае вынесения решения, которое может затруднить разработку месторождений и тем самым нанести ущерб как участвующим в ней компаниям, так и интересам государства.

С учетом упоминавшихся изменений законодательства необходимо еще раз привлечь внимание к проблеме использования недобросовестными лицами судебной системы в своих интересах и, к сожалению, отсутствию достаточно эффективной системы борьбы с подобными явлениями. Возможно, следует подумать о разработке и внедрении многофакторной системы оценки исков с точки зрения возможных злоупотреблений, схожей по архитектуре и задачам с системой оценки кредитных рисков, используемых банками для противодействия правонарушениям в их сфере профессиональной деятельности. Либо воспользоваться уже многолетним опытом Росфинмониторинга по использованию критериев выявления и определения признаков необычных сделок в целях создания эффективного механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов.

Новости партнеров