Капремонт для мэра: как Собянина приучают к роли Лужкова

Фото Юрия Мартьянова / Коммерсантъ
Даже при отсутствии президентских амбиций столичный мэр, с точки зрения федеральной власти, хорошо подходит на роль «мальчика для битья»

С 1 июля у москвичей появится еще один повод для нелюбви к Сергею Собянину. Вдобавок к традиционному увеличению (на 10%) тарифов на коммуналку, мэрия вводит взнос на капремонт — 15 рублей за квадратный метр. В итоге ежемесячные расходы на ЖКХ для среднестатистической столичной семьи вырастут как минимум на 700-900 рублей.

Редкому российскому градоначальнику удается избежать обвинений в непомерно дорогой «коммуналке».

Чиновников, способных совладать с этой проблемой, вообще в пору заносить в «красную книгу». И вдвойне опрометчиво ожидать таких подвигов от Собянина. Неслучайно куратор московского ЖКХ Петр Бирюков — единственный вице-мэр, оставшийся еще с лужковских времен.

По всей видимости, в собянинском плане по пересмотру наследия предшественника жилищно-коммунальные вопросы стояли далеко не на первом месте. И то сказать, в городской казне на «социалку» и строительство выделяется в разы больше, чем на отрасль, курируемую Бирюковым. В прошлогоднем бюджете это 717 млрд и 354 млрд рублей против 133 млрд рублей соответственно.

Понятно, что для Собянина гораздо важнее было сначала поменять ответственных за «социальные» и «строительные» финансовые потоки. А одновременная замена всех ключевых игроков повышала вероятность ступора или банального саботажа. Тем более, Юрий Лужков ушел вовсе не по собственной воле. Его ближайшие сподвижники, мягко говоря, не имели оснований для теплых чувств к новому боссу. А происходило это в посткризисном и предвыборном 2010-м, когда любые сбои в системе управления главным городом страны были чреваты значительными общефедеральными рисками. Даже сравнительно спокойная смена столичной власти не избавила Собянина впоследствии от упреков, что, дескать, Лужков аккуратнее подготовил бы Москву к парламентской кампании и, следовательно, не допустил бы Болотную.

Но и не прибегая к сослагательному наклонению, логично допустить, что уличные протесты значительно ограничили московскому мэру пространство для сугубо «хозяйственного» маневра. Тем более, московские митинги 2011-2012 годов создали дополнительное напряжение между основными «соавторами» собянинского градоначалия — Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым. Многие путинские сподвижники усматривали в Болотной реакцию «медведевцев» на провал идеи «второго срока». Да и сам Медведев дал основания для подобных выводов. «Допускаю, что среди тех, кто приходил на Болотную и на Сахарова, были люди, которые, может быть, хотели […] моего участия в выборах президента», — заявлял он в начале 2012 года на встрече со студентами МГУ.

Не будем гадать, кого хотел видеть очередным президентом Собянин. Очевидно, что борьба президентской и премьерской команд, не утихшая в результате путинско-медведевской рокировки, никак не облегчала решение задач, стоящих перед новым московским мэром. Благо, и Кремль, и Белый дом, а равно и союзные им группы влияния, рассматривали «освобожденную» от Лужкова Москву именно как свой актив.

Поэтому вполне объяснимо, что Собянин, находясь между двух огней, не считал правильным размахивать шашкой еще и в тылу. Также понятно его стремление обеспечить себе дополнительную легитимность, обусловившее проведение в 2013-м выборов мэра и участие в них самого одиозного российского оппозиционера Алексея Навального.

Политические очки, набранные Собяниным благодаря этой электоральной схватке, повысили его аппаратный вес и снабдили его новыми степенями свободы. Но со временем именно этот «актив» становится «пассивом». Поскольку титул избранного мэра и победителя Навального превращает его носителя из нерадивого «вассала» в опасного конкурента в борьбе за престол.

При том, что данное представление совсем необязательно отвечает устремлением самого Собянина. Срабатывает московский исторический «шлейф», выводящий мало-мальски успешного градоначальника в «преемнические» шорт-листы. Так было чуть более 30 лет назад, когда первый секретарь столичного горкома КПСС Виктор Гришин, наряду с Михаилом Горбачевым и ленинградским партбоссом Григорием Романовым рассматривался в числе наиболее вероятных кандидатов в новые генсеки. Политический взлет Бориса Ельцина тоже начался с его переезда из Свердловска в Москву. Да и Лужкову в конце 90-х прочили весьма высокие посты федерального уровня.

Повторимся, вовсе не очевидно наличие соответствующих амбиций у Собянина. Но, строго говоря, к 2010-му их уже не было и у Лужкова. Но это не помешало тогдашнего столичного мэра сделать главным «мальчиком для битья», в том числе и для вполне лояльных федеральной власти СМИ.

Нечто подобное происходит и сейчас.

С той неприятной для Собянина разницей, что его атакуют не только прокремлевские журналисты или социологические службы, но и представители Общероссийского народного фронта (ОНФ) — т.е. самые главные политические соратники Путина.

Вполне возможно, обличая столичных эвакуаторщиков, находя «блохи» в московской системе здравоохранения или озадачиваясь мониторингом капремонта, правдорубы из ОНФ вовсе не стремятся подыграть Медведеву или иным федеральным чиновникам, обеспокоенным собянинскими гипотетическими притязаниями. В конце концов, очередные парламентские выборы после известных решений стали ближе. Экономические проблемы со временем будут заслонять геополитические успехи еще больше — даже предельно лояльный Кремлю фонд «Общественное мнение» утверждает, что две трети россиян вынуждены экономить на продуктах. Поэтому, несмотря на заоблачный президентский рейтинг, пропутинскому политическому движению неизбежно потребуются новые громкие победы, например, принуждение Собянина к снижению коммунальных тарифов или отказу от расширения зоны платных парковок.

Но весь вопрос — готов ли московский мэр играть в поддавки?

Ведь, в отличие от своих думских и прочих критиков, он ничего не выигрывает от упомянутых уступок. Наоборот, вместо недовольства рядовых жителей он получает недовольство «отцов города», что с управленческой точки зрения, как мы отмечали выше, намного опаснее.

Правда, похоже, такого исхода Собянину в любом случае не избежать. Во вторник стало известно, что конкурсная комиссия забраковала все три проекта парламентского центра в Мневниках. Масштабная столичная стройка, а следовательно, и многомиллиардные контракты ведущих московских девелоперов — теперь под вопросом.

Вовсе не факт, что, прояви мэр большее внимание к демаршам «фронтовиков», их коллеги из Федерального собрания предъявили бы менее высокие архитектурные требования. Но дополнительный повод задуматься у Собянина, безусловно, появился.

Новости партнеров