О чем не пишут в России: как борьба с коррупцией перерастает в войну кланов

Обзор мировой прессы: западный взгляд на коррупционные скандалы в российской элите, азиатская история успеха французского косметического патриарха и причины провала сланцевой революции

Россия: борьба с коррупцией как системный риск

Антикоррупционная кампания, чистка элиты или начало клановой войны – как относиться к последним новостям из России? Об этом в колонке для The Atlantic размышляет журналист Брайан Уитмор. Очередным звеном в цепи громких рейдов силовых ведомств стал обыск дома у президента «Ростелекома» Александра Провоторова на прошлой неделе, напоминает автор. Визит следователей к топ-менеджеру состоялся в рамках расследования в отношении инвестиционного фонда Marshall Capital, в руководстве которой Провоторов работал до июля 2010 года. Дело касается кредита ВТБ компании «Руссагропром», датированного еще 2007 годом. Провоторов вместе с основателем MarCap Константином Малофеевым были допрошены и получили статус свидетелей.

Глава «Ростелекома» стал очередной высокопоставленной жертвой волны антикоррупционных расследований вместе с экс-министром обороны Анатолием Сердюковым, ответственными за внедрение системы ГЛОНАСС руководителями РКС и др.

Уитмор обращает внимание на то, что Провоторов считается фигурой, близкой к администрации президента, и вспоминает о неудачной попытке правительства Дмитрия Медведева заменить топ-менеджера однокурсником премьера Вадимом Семеновым. Это битва в самом сердце российской властной вертикали, на границе между Кремлем и Белым домом. Одна из версий отставки упомянутого Сердюкова также сводилась к тому, что за период президентства Медведева министр слишком отдалился от команды Путина. Именно младший член правящего тандема оказался ключевым лоббистом наращивания бюджета «оборонки» до астрономических 20 трлн рублей, подчеркивает автор.

Так могла ли активность следователей по делу MarCap стать ответом Белого дома на претензии в адрес Сердюкова? Однозначно ответить трудно. Во-первых, позиции Медведева после фактического самоотречения от власти всерьез ослабли. Во-вторых, говорить о «союзе» между ним и Сердюковым не приходится — экс-глава Минобороны в свое время лишь удачно использовал противостояние властных центров ради выгоды своего ведомства. В-третьих, за время работы министром Сердюков нажил себе много врагов среди военных. Наконец, его аппаратному краху способствовало ухудшение отношений с бывшим первым вице-премьером Виктором Зубковым.

Все эти факторы свидетельствуют: и в случае с Сердюковым, и в случае с президентом «Ростелекома» в битве элит участвуют не только Кремль и Белый дом — в историях гораздо больше «заинтересованных сторон». Это похоже на гоббсовскую модель противостояния «все против всех», что создает риски выхода ситуации из-под контроля и непредсказуемых последствий для всей властной вертикали. Когда правящий класс начинает воевать и затевать все новые скандалы для «очернения» оппонентов, делать прогнозы о стабильном будущем становится невозможно, заключает автор.

Lancome: азиатский успех французского аристократа

Кто в здравом уме согласится потратить почти полсотни долларов на миниатюрную упаковку увлажняющего крема? Как выясняется, спрос на недешевую косметику бьет все рекорды, а производителю Sisley Cosmetics приходится только поспевать за ажиотажем. В первую очередь, компания обязана своим успехом азиатским покупательницам. Состояние основателя Sisley Юбера д’Орнано Forbes оценивает уже в $1,3 млрд. Семье миллиардера компания, ведущая историю с 1976 года, принадлежит полностью.

Д’Орнано, имеющий аристократические корни, для косметической индустрии — фигура знаковая. Его отец Гийом в 1935 году стал одним из основателей Lancome — знаменитый бренд в 1964 году поглотила корпорация L’Oreal.

За 36 лет д’Орнано-младший и его супруга Изабель превратили Sisley из одного парижского магазина в бренд, который продается в 90 странах в самых престижных точках. Сын предпринимательской четы Филипп ныне занял пост президента компании, а дочь Кристин возглавила английское подразделение Lancome. Сами Юбер и Изабель сохранили позиции председателя и вице-председателя правления соответственно.

Почему д’Орнано оказался в рейтинге миллиардеров лишь в преклонном 86-летнем возрасте? Если коротко, ответ на этот вопрос состоит из одного слова: «Азия». У Sisley — широкая сеть duty free в Южной Корее, подразделения в Китае, Макао, Сингапуре и еще с полдесятка азиатских стран. Выручка в 2011 году подскочила до $768,7 млн, почти вдвое увеличившись по сравнению с показателем восьмилетней давности.

Sisley не первый бренд из Европы, сделавший рывок в бизнесе за счет азиатского экономического чуда. Из недавних историй успеха можно вспомнить бренд L’Occitane, проведший IPO в Гонконге.

Супруги Д’Орнано сегодня проводят время в своей богатой квартире в одном из элитных парижских районов и поместье в долине Луары площадью 6000 акров.

Сланцевая революция: американский предел

О перспективах «сланцевой революции» в газовой отрасли написано уже немало исследований, но лишь сегодня выданные авансы начинают себя оправдывать, замечают в колонке для The Wall Street Journal Рассел Голд и Марина Крук. Перед США, страной-первопроходцем в добыче «сланца», открываются перспективы «экспорта революции» за рубеж. Американская энергетика за счет удешевления процесса газодобычи уже переживает настоящий бум за счет снижения цен на топливо. Но внутренний рынок уже перенасыщен, в то время как залежи сырья позволяют начать поставлять газ другим государствам.

Скопировать опыт США пока ни у кого не получилось. Виной тому разные обстоятельства, но старт «революции» в глобальном масштабе, похоже, уже отложен на десятилетие.

Причины, по которым у других стран не получается пойти по американскому пути, — медлительность и нерешительность властей при передаче лицензий на разработку месторождений, активные протесты экологов и отсутствие инфраструктурных возможностей для бурения и транспортировки ресурсов. В геологии США также разбираются лучше прочих — бурением в Штатах занимаются уже на протяжении полутора веков. Поэтому Америка (вместе с Канадой) на долгое время будут определять вектор развития индустрии. Нефтегазовые корпорации по требованию властей уже приступили к строительству новых предприятий на территории «родных» государств, а штаты, в которых обнаружены богатые залежи «сланца», получили мощный импульс для развития за счет привлечения инвестиций.

В Европе хочет повторить эту историю успеха Польша. Пусть первоначальные прогнозы по объемам залежей и не подтвердились, в стране все-таки есть много сланцевых месторождений. Exxon даже пробурила две пробные скважины, но после дополнительного анализа сочла польский проект экономически нецелесообразным.

В Азии на сланцевый газ возлагает надежды Китай. Запасы сырья здесь даже больше, чем в США, но они зачастую располагаются под густонаселенными территориями — экологические риски ведущие компании на себя взваливать не хотят.

Новости партнеров