Укрощение строптивых. Пойдут ли Запад и Россия на примирение

Максим Артемьев Forbes Contributor
Фото DR
Директор Стокгольмского международного института изучения проблем мира (SIPRI) Дэн Смит о глубинных причинах непростых отношений Запада и России, урегулировании конфликта на Украине и в Сирии и об «арабской весне»

Дэн Смит, директор Стокгольмского международного института изучения проблем мира (SIPRI), — известный специалист по конфликтологии и вопросам достижения мира. Несколько лет он был председателем миротворческой консультационной группы при ООН. Дэн Смит принял участие в работе «Астана клуба», где и пообщался с Forbes.

О России как части западной цивилизации

Историческая идентичность России весьма неопределенная. Во многих смыслах Россия вполне европейская страна, с соответствующей политической культурой. С другой стороны, она на протяжении уже почти 300 лет великая империя, которая во многом отличается от любой европейской страны. Эта особенность и порождает напряженность в отношениях с Европой.

Уникальная историческая возможность интеграции России в западные структуры была утеряна в 1990-е годы, что стало последствием неверного расчета европейских столиц относительно политического транзита России. В тогдашних ошибках и коренится нынешнее напряжение между Россией и Западом.

О преодолении конфликта между Россией и Западом

Что касается вопроса возможного улучшения отношений, то это зависит от многих факторов. Есть такие, которые объективно работают на сближение между сторонами — например, экономика и, в частности, торговля. Но есть и геополитическое соперничество. Базис для стабильных мирных отношений есть, но чтобы их достичь, обе стороны должны изменить свое поведение.

Они должны демонстрировать в первую очередь взаимную сдержанность. Россия раздражена политикой трех прибалтийских государств и поэтому пытается оказывать на них давление. Но здесь необходимо проявить разумный подход. Надо разрешить ситуацию вокруг Донбасса и Крыма, а также Абхазии и Южной Осетии — тоже мирными способами. Продолжать переговоры по обычным вооружениям в Европе. Каждой стороне надо отступить назад и посмотреть на ситуацию издали, чтобы убедиться, что она весьма опасна. И Запад, и Восток должны быть заинтересованы в том, чтобы сделать первый шаг.

Для Европы сложность заключается в том, что там нет лидера, который бы мог взять на себя ответственность за подобную инициативу. Проблема российской стороны состоит в том, что в Москве хотят использовать в своих интересах отсутствие лидера. Поэтому, увы, в ближайший год-два маловероятно, что что-либо изменится.

Крайне негативное влияние на отношение Европы к России оказал скандал, связанный с «Новичком». Его использование спровоцировало новую волну стереотипов на Западе о России. Вне зависимости от того, что там произошло на самом деле, необходимо, чтобы российское руководство понимало и уважало те чувства, которые породило отравление. Представьте себе, если в Санкт-Петербурге, например, некие агенты иностранных спецслужб применят отравляющее вещество — наверное, вам не понравится, если британский премьер-министр посмеется над этой ситуацией.

Европа и конфликт на Украине

Вы помните, сколько времени понадобилось британскому правительству, чтобы сесть за стол переговоров с Ирландской республиканской армией? 25 лет. Имеется много препятствий для объективного осмысления ситуации и чтобы напрямую общаться с сепаратистами. Хотя и были попытки в этом направлении в ходе Минского процесса.

Второй фактор, мешающий конструктивной и более активной позиции Европы, — это ее роль в событиях на Украине во время евромайдана в 2013-2014 годах. Тогда Евросоюз в целом и представители отдельных правительств были плотно вовлечены в события в Киеве, но их итогом стала кровавая война. Многие критиковали Европу за эту ее позицию, за допущенные ошибки. И поэтому теперь налицо понятное желание не повторять ничего подобного.

В Чечне, где Европа сразу заняла определенную позицию — давление на Россию с целью отказа от военных действий и принуждение к переговорам с сепаратистами, к мирному решению конфликта, — было легче поступать так, поскольку напрямую она не была вовлечена изначально, в отличие от Украины. Когда ты не задействован напрямую, то легче правильнее оценить ситуацию, а сегодня вовлеченность мешает.

В-третьих, для Европы не является таким уж неотложным приоритетом урегулирование в Донбассе. События там происходят далеко, особой остроты сегодня нет.

Главное условие урегулирования, на мой взгляд, — это возвращение к законному правлению и проведение переговоров со всеми заинтересованными сторонами.

Об «арабской весне»

Русский подход к событиям «арабской весны» более циничен, а западный — более наивен. Я же критически настроен по отношению к обоим. Западные СМИ и отчасти правительства не видели различий между странами, не понимали, какие в них традиции.

В Египте были условия для установления демократии, но не хватило времени для проведения подлинно репрезентативных выборов. «Мусульманское братство» было лучше организовано и уже имело разветвленную сеть сторонников. В Тунисе тоже политические традиции были мягче, поскольку военные никогда не правили страной. Так что «тунисские цветы» по-прежнему цветут. В других странах региона совсем иная ситуация. В Йемене уже давно шла гражданская война. В Сирии или Ливии — свои особенности. А для Запада все было едино, да и Россия тоже «мазала» эти страны одним цветом.

Об урегулировании ситуации в Сирии

Это иллюзия Запада, что «Асад должен уйти», что кризис в Сирии можно решить без него. Все, кто воюет, должны сесть за стол переговоров. Нельзя выдвигать предварительных условий — с кем можно садиться за стол, а с кем нельзя. Вы не можете установить мир между теми, кто воюет, а не переговаривается. Думаю, итогом мирного процесса должно стать некое всеобъемлющее соглашение, и Асад на какое-то время останется президентом.

Новости партнеров