Спасти или свергнуть президента Асада?

Елена Супонина Forbes Contributor
фото East News/ AFP
Зачем соседние страны хотят ввести в Сирию свои войска

В минувшие выходные эмир Катара, известный поддержкой «арабской весны», сделал громкое заявление в отношение Сирии. «Какие-то войска должны пойти в Сирию, чтобы остановить убийства», — сказал он в интервью американской телекомпании CBS. За десять месяцев конфликта в Сирии погибло, по данным ООН, более 5000 человек, среди погибших не только оппозиционеры, но и их оппоненты из числа военных и чиновников.

Откровенность катарского эмира — это не только пробный шар, брошенный для того, чтобы подготовить общественное мнение к возможной военной операции в Сирии и прощупать позиции сторон. Это еще и признание того факта, что миссия арабских наблюдателей, прибывшая в Сирию 26 декабря, терпит неудачу. На заседании руководства Лиги арабских государств 19 января в Каире будет заслушан уже второй за этот месяц, на этот раз более подробный, отчет о работе 163 инспекторов. Он будет неутешителен — кровопролитие в Сирии продолжается.

Через день после этого отчета там же, в Каире, состоится экстренное двухдневное заседание Лиги арабских государств, на котором министры иностранных дел более 20 стран-членов будут решать, что делать дальше. Один вариант — увеличивать численность миссии, если на то согласится Дамаск. Но все более очевидно, что это будет временная мера, поскольку инспекторы не в состоянии остановить конфликт. Второй вариант обозначил сейчас эмир Катара — сворачивать миссию наблюдателей и готовиться к силовым действиям в Сирии.

Катарский эмир Хамад бен Халифа Аль Тани объясняет свою мысль об отправке войск в Сирию желанием остановить противостояние между правительственными войсками и повстанцами и тем самым помочь сирийскому руководителю удержать страну от гражданской войны. Но на деле сомнений не остается: этот и другие арабские монархи не верят в способность 46-летнего Башара Асада справиться с усложняющейся ситуацией — он сильно запаздывает с реализацией обещанных реформ, действует неуверенно, с оглядкой на соратников в гораздо большей степени, чем на рекомендации посредников и пожелания оппозиционеров.

Угроза Катара применить силу прозвучала как раз в тот день, когда президент Сирии объявил об очередной амнистии участникам акций протеста. А накануне Асад сразу в нескольких подряд публичных выступлениях расписал график реформ: создание уже в начале февраля коалиционного правительства с участием некоторых оппозиционеров, проведение в первой неделе марта референдума по новому проекту конституции и, наконец, парламентские выборы в мае или июне.

Башар Асад явно намерен досидеть до конца своего второго семилетнего президентского срока, который истекает в 2014 году. Нынешняя конституция позволяет ему править и еще семь лет после этого, если его кандидатуру утвердит, как и в предыдущих случаях (никаких других кандидатов тогда не было), всенародный референдум. Только уже ясно, что этот пункт основного закона в ближайшее время претерпит изменения: и количество сроков для одного лица будет ограничено, да и выборы наверняка будут проходить иначе — прямым, например, голосованием.

Еще один вызывающий раздражение оппозиции пункт — восьмая статья конституции, которая закрепляет «руководящую роль в государстве и обществе» за правящей Партией арабского социалистического возрождения (ПАСВ, известна также как «Баас»). Была надежда, что Асад отменит ее сразу же после начала внутриполитического конфликта в марте 2011 года, ведь отменил же он в апреле прошедшего года действовавшее 48 лет чрезвычайное положение. Но сирийское руководство медлит.

При подобном развитии событий Башару Асаду вряд ли удастся досидеть до 2014 года. Но неужели арабы действительно рискнут направить свои войска в Сирию? Прийти туда по договоренности как в Бахрейн, король которого призвал в прошлом году своих монарших соседей из Саудовской Аравии, Эмиратов, Кувейта, Катара и Омана помочь ему с подавлением демонстрантов, они не могут. Потому что сирийский президент их не позовет, это во-первых.

А во-вторых, противостояние в Сирии зашло слишком далеко, чтобы нескольким тысячам военных из арабских стран с этим справиться. В Сирии со стороны оппозиции выступают не просто возмущенные активисты с арматурой в руках, а вооруженные группировки. Совершаются теракты и диверсии. Из армии бегут дезертиры. Если верить турецкой прессе, то на днях к оппозиционерам переметнулся первый из генералов — Мустафа Ахмад аш-Шейх, отвечавший за безопасность на севере Сирии, в том числе в районах, граничащих с Турцией.

В так называемую «Свободную сирийскую армию» входит, по словам возглавляющего ее полковника Риада Асаада, около 40 000 человек. В действующей армии, правда, остается едва ли ни в семь раз больше солдат и офицеров, но оппозиция активно вооружается.

Наконец, общественное мнение в большинстве арабских и западных стран, а также соседней Турции симпатизирует оппозиционерам, а не руководству Сирии. Это означает, что ввод любого контингента в эту страну — арабского, турецкого (а Турция — член НАТО) или вообще объединенного натовского — может, и необязательно принесет туда стабильность. Но к падению режима приведет наверняка.

Новости партнеров