Кандидат «против Кремля» | Forbes.ru
$58.43
69.69
ММВБ2157.61
BRENT63.48
RTS1163.33
GOLD1289.99

Кандидат «против Кремля»

читайте также
+1 просмотров за суткиПутин в послании Федеральному собранию: «Борьба с коррупцией — это не шоу» +1 просмотров за суткиВсе о Дональде Трампе — в бесплатном еженедельнике Forbes для iPad +3 просмотров за суткиГайзер пошел на сделку со следствием Золото партий: почему на выборах в Госдуму не будет новых игроков Что обещали своим избирателям Дональд Трамп, Хиллари Клинтон и другие кандидаты в президенты Анатомия Яровой: одиозный депутат в цифрах и фактах Субъект недоверия: чем заканчивались уголовные дела губернаторов Инвестиция или взятка: что известно об аресте губернатора Белых Brexit в переводе на русских Юрий Шефлер: в Лондоне с налогами будет еще лучше, чем раньше Жизнь после спорта: кто из бывших спортсменов стал политиком Анатолий Чубайс: «Я никогда не окажусь в списке Forbes» Верхняя и Нижняя Панама: 20 офшоров Федерального собрания По панамскому счету: почему законодатели не спешат закрывать свои офшоры Игорь Чайка: «В первую очередь это связано с принципиальной позицией моего папы и его должностью» Голод в городе: что происходит в Венесуэле Борис Титов: «Если мы дадим дорогу бедности, мы дадим захлопнуться двери к свободе на десятки лет» Бронзовые миллиардеры: почему Тимченко и Ротенберги получили медали Инструкции по выживанию: как чиновники советуют справляться с кризисом В США продана яхта Михаила Лесина Капиталы первого ранга: кто самый богатый в Администрации президента
Новости #Власть 26.03.2012 21:49

Кандидат «против Кремля»

Ольга Алленова Forbes Contributor
фото Итар-ТАСС
Чем поучительно поражение «кандидата Москвы» на выборах президента Южной Осетии

Среди четырех кандидатов в президенты Южной Осетии у одного, несомненно, были все шансы на победу. Это посол Южной Осетии в России Дмитрий Медоев. Дипломат с двадцатилетним стажем, человек, представлявший Южную Осетию в России даже тогда, когда о признании своей независимости в республике могли только мечтать. О связях этого чиновника в российском МИДе и на Старой площади знали все, даже самые неискушенные в политике люди. Да и сам кандидат на это неоднократно намекал.

Медоева рассматривали в качестве кандидата еще осенью прошлого года, когда в Южной Осетии только стартовал предвыборный марафон. Говорят, против его кандидатуры высказался действующий президент Эдуард Кокойты. Москва в свою очередь не позволила Кокойты «провести» на выборы генпрокурора Таймураза Хугаева, который приходится ему мало того что правой рукой, так еще и родственником. Другими словами, Медоева обменяли на Хугаева.

Тогда Кремль в качестве своего кандидата предложил главу МЧС республики Анатолия Бибилова, который в ноябре прошлого года проиграл лидеру оппозиции Алле Джиоевой. Выборы были признаны несостоявшимися — ключевую роль в этом сыграл Верховный суд республики, который возглавляет левая рука Кокойты Ацамаз Биченов. Впрочем, Москва не только не одобрила действия суда, отобравшего победу у оппозиции, но и всячески способствовала дискредитации Джиоевой. Отчасти в кампании поучаствовал и Дмитрий Медоев, намекавший в своих выступлениях на «оранжевый» след в цхинвальских беспорядках.

И этого одолжения ему, конечно, не забыли. Так Медоев стал кандидатом Москвы на воскресных выборах.

Медоев вообще вел себя грамотно в эту кампанию: о Джиоевой говорил только хорошее, предлагал менять политическую систему, вспомнил о выборах глав органов местного самоуправления (которых сейчас назначают), о возвращении к мажоритарно-пропорциональной системе выборов в парламент (сейчас только пропорциональная), о свободной прессе (сейчас ее нет).

И тут человеку, незнакомому с южноосетинской реальностью, надо понять одну вещь: в этой республике программы, обещания и политический имидж ничего не стоят.

Здесь работает масса других факторов, понять которые может только человек, проживший здесь не один месяц.

Например, для избирателя важно знать, кто стоит за кандидатом в президенты. Это обсуждают на кухнях, на рынках и в чиновничьих кабинетах. Выбор зависит не столько от личности кандидата, сколько от личности тех, кто за ним стоит.

За Медоевым ясно читался премьер Вадим Бровцев, исполняющий обязанности президента Южной Осетии. Еще в декабре 2011 года, когда после многодневных митингов оппозиции Кокойты вынужден был уйти со своего поста, Бровцев, временно занявший его место, превратился в очень популярного человека. Все помнили его давние конфликты с Кокойты, все считали, что Москва, приславшая Бровцева в качестве своего наместника, все понимает и хочет избавиться от коррумпированной власти прежнего президента и его окружения.

Однако очень быстро Бровцев разочаровал. По компромиссному соглашению, которое подписала Джиоева с Кокойты и исполнение которого было гарантировано Москвой, вместе с президентом в отставку уходили генпрокурор и председатель Верховного суда. Однако оба чиновника остались на своих постах. Джиоева жаловалась на это Бровцеву, но он игнорировал ее обращения. Об этом, разумеется, сразу становилось известно всем. Только после того, как Джиоева расторгла соглашение и объявила свою инаугурацию, Бровцев согласился ее принять. Но встреча запоздала — Джиоева, обидевшись на власть, не стала отказываться от инаугурации. Тогда к ней прислали ОМОН, и в результате довольно грубого обращения, не принятого на Кавказе в отношении женщин, бывшая кандидат в президент очутилась в реанимации. В больнице Джиоева лежала полтора месяца, хотя точнее было бы сказать «сидела»: в полной изоляции, под охраной, без предъявления какого-либо обвинения. Когда омбудсмен Южной Осетии Давид Санакоев попросил Бровцева прояснить статус Джиоевой, фактически находящейся под арестом, Бровцев отмахнулся. То есть его вполне устраивало, что немолодая и нездоровая женщина находится под арестом без малейшей на то причины.

Так что тень Бровцева, маячившая за кандидатом Медоевым, не приносила этому кандидату никаких дивидендов.

Другая причина поражения Медоева — в его собственной кампании.

Он вел ее очень агрессивно, обвиняя фаворита гонки, бывшего главу КГБ  Леонида Тибилова во всех грехах. Эти нападки осуществлялись в прямом эфире, во время многочисленных интервью, на интернет-ресурсах, поддерживающих Медоева. В Южной Осетии такие методы не работают. «В кампании Медоева сказалось то, что он много лет прожил в Москве, — говорит политолог Дина Алборова. — И он не стал своим. Люди хотят видеть рядом местного политика, того, кто был рядом с ними все эти тяжелые годы. А Медоев воспринимается как человек из Москвы: хорошо одет, хорошо говорит, но далековат от народа».

Наконец, Медоев — «гастарбайтер».

Последние годы в Южной Осетии сложилась тенденция, когда на какие-то посты приглашают людей из России. Даже строители на улице — не местные, а гастарбайтеры, в общем бесправные и полностью зависящие от субподрядчика. Политика, привечающая «понаехавших» и оставляющая без работы местных жителей, стала одним из главных факторов народной ненависти к власти, это признавал во время кампании сам Медоев.

По иронии судьбы, и его самого в республике тоже воспринимали как «понаехавшего».

Да и главный довод о том, что «за Медоевым стоит Москва, а Москва нас признала и теперь нас кормит», в этой кампании не действовал. После провала восстановительных работ в республике все чаще звучат призывы к строительству национальной экономики, не зависимой ни от кого. А прошлогоднее вмешательство Москвы в выборный процесс и вовсе комментируется с присущей этому народу рассудительностью: «Мы Москве очень благодарны, но ведь нам тут жить, значит, и нам надо выбирать себе президента».

И если во втором туре, в который вышли бывший глава КГБ Леонид Тибилов и омбудсмен Давид Санакоев и на исход которого Москва наверняка захочет повлиять, особенности национального волеизъявления не будут учтены, то Россия может получить очередной очаг напряженности в этой республике. 

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться