Олег Дерипаска: «Он мог появиться в чем угодно, даже голым»

Олег Дерипаска фото Fotobank / Getty Images
Дерипаска рассказал в Лондоне о личности Березовского и почти ничего не вспомнил про свои сделки

«Б» как конечный владелец «Русала», бывают ли голые бизнесмены и почему доля Абрамовича в компании выкупалась в два приема

В пятницу судья Элизабет Глостер вызвала для допроса президента компании En+ Group Олега Дерипаску, который выступал по видеосвязи из Нью-Йорка. Основная часть его показаний касалась встречи с Борисом Березовским и Бадри Патаркацишвили в лондонской гостинице Dorchester. Там, по мнению адвоката Березовского Лоренса Рабиновитца, обсуждалась цена выкупа Дерипаской долей Березовского и Абрамовича в «Русале». Подтверждением этой версии могли бы служить некоторые показания в Высоком суде Лондона самого Абрамовича. Но Дерипаска все отрицает. Встреча, по его словам, нужна была, чтобы выбить из Березовского старый долг в $16 млн, на которые тот покупал недвижимость в Англии. Этот эпизод мог бы стать одним из главных доказательств. Если Абрамович без ведома Березовского продал его долю в «Русале», то он действительно недоплатил опальному олигарху немалую сумму. Всего же, считает Березовский, Абрамович задолжал ему $5,6 млрд.

Во время допроса Дерипаска всячески демонстрировал презрение к бывшему «серому кардиналу Кремля». Вспоминая, как был одет Березовский во время их встречи, Дерипаска заявил: «…Если он говорит, что был бизнесменом, то это сильно преувеличенно: он мог появиться в чем угодно, даже голым, это вполне вписывалось в его образ».

Срочная встреча

Пытаясь восстановить ход событий и проверить, не лукавит ли Дерипаска, описывая знаменательную встречу, Лоренс Рабиновитц расспрашивает его о мельчайших подробностях. В том числе и об одежде Березовского. Дерипаска отрицает, что Абрамович позвал его в Лондон для встречи с изгнанником. Адвокат приводит показания Абрамовича, который говорил, ссылаясь на Патаркацишвили, о желании Березовского обсудить именно слияние. «Я не могу комментировать слова другого человека, — упрямится Дерипаска. — Я считаю по-другому».

13 марта 2000 года Абрамович и Дерипаска срочно вылетели в Англию. По мнению адвоката, чтобы обсудить с Березовским слияние алюминиевых активов. Накануне Дерипаска был в Лондоне, но уверяет, что тогда они не могли ничего обсуждать с Абрамовичем, поскольку он был сильно занят переговорами с поставщиками сырья и трейдерами. В середине же марта, уверяет он, он сел в самолет по настоятельной просьбе Абрамовича.

С 1997 года Березовский, рассказывает Дерипаска, всячески увиливал от уплаты долга. Решить это с сотрудниками беглеца, по факсу или электронной почте не было возможности: подчиненных у Березовского не было и Дерипаска «не уверен, что Березовский умеет пользоваться имейлом».

У Березовского есть привычка забывать о своих долгах, распаляется Дерипаска. Но когда лондонскому изгнаннику потребовались деньги на покупку недвижимости, он «умолял» алюминиевого короля, и тот «был растроган».

На встречу, проходившую в номере Патаркацишвили, который был Дерипаске лично неприятен, Березовский опоздал примерно на час и был «в растрепанном виде» — в рубашке и накинутом сверху халате, «но не голый». Рабиновитц поинтересовался, не пытается ли Дерипаска этими подробностями очернить Березовского. «Березовский достаточно очернил себя сам», — парирует олигарх.

«Балчуг» или Dorchester

На самом деле, рассказал Дерипаска, о слиянии алюминиевых активов они договорились с Абрамовичем примерно за неделю до полета в Лондон в гостинице «Балчуг» в Москве и в доме Абрамовича в поселке Сареево на Рублево-Успенском шоссе. О том, что Абрамович, покупая свои предприятия в Красноярске, Братске и Ачинске, был связан с Березовским, Дерипаска, по его собственным уверениям, не знал. Договора о покупке этих заводов, датированного 15 февраля 2000 года, не видел, российским деловым газетам, в которых писалось, что заводы купили собственники «Сибнефти», включая Березовского, не доверял, а The Financial Times поступала нерегулярно. Абрамович якобы заверил его, что купил предприятия, и этого было достаточно.

В «Балчуге» были согласованы ключевые положения слияния, а на следующий день на даче был подписан документ, подготовленный вице-президентом «Сибала» Александром Булыгиным. В том предварительном договоре значится, что «стороны совместно со своими партнерами... являются собственниками активов»... Что же это были за партнеры?

Дерипаска отговаривается, что Булыгин готовил документ в спешке.

Адвокат приводит письменные показания Булыгина, который утверждает, что каждый пункт тщательно обсуждался. По воспоминаниям топ-менеджера «Сибала», встреча в «Балчуге» закончилась в 4-5 утра, после чего Абрамович позвал на дачу отметить сделку, но Дерипаска попросил Булыгина подготовить письменный документ.

Дерипаска утверждает, будто бы Абрамович заверил его, что именно он полностью контролирует свои активы, а Евгения Швидлера (сегодня глава управляющей компании Millhouse и партнер Абрамовича по нескольким проектам) он сам увидел «чуть ли не впервые». Адвокат Березовского и судья несколько раз переспрашивают, считал ли Дерипаска Швидлера совладельцем активов, но олигарх всякий раз уходит от ответа: «Он вел себя очень уверенно, хватко, по-деловому».

Кто скрывается под буквой «Б»

Речь заходит о продаже Абрамовичем Дерипаске в июле 2004 года еще одного 25%-ного пакета «Русала» (ранее, в сентябре 2003 года, 25% уже были проданы за $1,578 млрд). Рабиновитц предъявляет Дерипаске договор купли-продажи 25% «Русала» от 20 июля 2004 года по цене $450 млн. Олигарх заявляет, что не помнит. Оглашается следующий документ — меморандум о том, что Абрамович не хотел больше работать через траст Madison и быть доверительным собственником, а потому желал передать акции Rusal Holding. Выясняется, что и этого меморандума Дерипаска не видел, а ведь в его первом же абзаце сказано, что в Madison размещены 25% Rusal Holding, которые содержатся «в интересах компании «Б» или конечных владельцев».

Последовавший диалог достоин воспроизведения:

Дерипаска: «Вы не могли бы уточнить, о каком «Б» идет речь?»

Судья: «А вы могли бы предположить, что могло быть «Б»?

Дерипаска: «Нет».

Рабиновитц пытается понять, почему в первый раз за 25% было заплачено $1,568 млрд, а во второй — почти вчетверо меньше. При этом в договоре, заключенном с Абрамовичем в сентябре 2003 года, было записано, что при изменении права собственности на акции, которые принадлежали Madison, Дерипаске предоставлялось преимущественное право их покупки. И снова Дерипаска «не помнит».

Он описывает общую ситуацию. Абрамович, по его словам, решил заниматься только нефтью и предложил ему, Дерипаске, закончить партнерство. Цену за свои активы Абрамович запросил высокую — больше $2,3 млрд за все совместные бизнесы (кроме алюминия у них были энергетический и автомобильный бизнесы), а Дерипаска «через банки мог тогда поднять $1,9 млрд». Так что причиной покупки в первый раз только 25% был недостаток средств.

Адвокат предъявляет показания Дерипаски, данные в 2008 году, в которых тот сообщает, что Абрамович решил продать только 25%. Дерипаска объясняет разночтения тем, что в тех показаниях дано «более краткое описание событий». Почему же, если договоренность была обо всех 50% акций «Русала» Дерипаска не договорился с Абрамовичем об опционе с фиксированной ценой на вторые 25%?

«Для меня было достаточно тех обещаний, которые дал Абрамович», — отвечает олигарх.

В статье использован онлайн-репортаж газеты «Коммерсант»

[processed]

рейтинги forbes
Новости партнеров
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться