Лесное право: как дело «Кировлеса» довело Алексея Навального до суда | Forbes.ru
$59.13
69.59
ММВБ2104.99
BRENT63.13
RTS1119.54
GOLD1249.05

Лесное право: как дело «Кировлеса» довело Алексея Навального до суда

читайте также
Навальный vs Росреестр: могут ли частные лица выступать в защиту публичных интересов Крым против коррупции: как прошли дебаты Навального и Стрелкова +1 просмотров за суткиМиллион от миллиардера: Усманов запускает конкурс стартапов в социальных сетях День расходящихся тропок: как праздник переиграл протест Момент истины для Навального и оппозиции. Что показало 12 июня? Алексей Навальный и еще несколько сотен человек задержаны в Москве +1 просмотров за сутки«Усманова попросили»: как участники ПМЭФ реагируют на дуэль миллиардера с Навальным Битва за YouTube: удалось ли Усманову победить Навального в соцсетях Усманов выиграл суд у Навального. Кто на самом деле является победителем? Алло, мы ищем таланты: Усманов раздаст iPhone 7Plus за «творчество» по мотивам его обращений Слово «изнасилование» в решениях судов не упоминается: представители Усманова ответили Навальному «Тьфу на тебя еще раз»: Усманов записал второе видеообращение к Навальному Кремль промолчал, МИД прокомментировал: первая реакция на обращение Усманова к Навальному +1 просмотров за сутки«Ты бы, Лёш, поглубже расследовал»: Алишер Усманов записал видеообращение к Навальному «Платон», налоги и Навальный: о чем Дмитрий Медведев говорил с депутатами Выбор Путина. Аресты губернаторов и оппозиционеров как символ предвыборной кампании Усманов подал в суд на Навального и Фонд борьбы с коррупцией Алексей Навальный против списка Forbes: кого из миллиардеров обличал оппозиционер и что из этого вышло Миллиардер Алишер Усманов подает в суд на политика Алексея Навального +2 просмотров за сутки«Закручивание гаек» решает не проблему, а ее следствие «Эффект Навального»: лидер оппозиции как «продукт» социального проектирования

Лесное право: как дело «Кировлеса» довело Алексея Навального до суда

Павел Седаков Forbes Contributor
Фото Макса Новикова для Forbes
В Кирове стартовал суд над Алексеем Навальным. Forbes рассказывает о том, как и почему возникло это уголовное дело

Чтобы в среду утром попасть на процесс Алексея Навального в Кирове, журналисты с ночи занимали очередь на ступеньках Ленинского райсуда. Ажиотаж был огромным — в суд поступило почти 600 заявок от прессы, а мест в зале оказалось всего 60. Писатель Борис Акунин высказался в том духе, что «на время суда Киров станет самым актуальным местом Российской Федерации». Пивной ресторан «Вятич» — он как раз напротив суда — сразу почувствовал конъюнктуру рынка. Пивная впервые за свою историю не закрывалась всю ночь, а утром в очереди раздавали листовки — приглашали поправить здоровье.

В 8:00 возле местного кукольного театра, в двух шагах от суда, начался митинг в поддержку Навального. «Не судите будущего президента, судите нынешнего», «Суд есть — правды нет!» — скандировали активисты. Многие приехали из Москвы, некоторые — из Казани, Волгограда, других городов. Сторонники Навального сняли в Кирове 100-метровый офис на Орловской улице — под штаб и привезли листовки. «Сама личность Навального мне не очень-то симпатична, но я  считаю, что судить его не за что», — объясняет  кировский правозащитник Артур Абашев.

У кукольного театра Абашев вместе с другими активистами собрал «суперкуб» — стенд с надписью «Путин — Вор», на котором повесили инфографику Forbes о бизнесе Геннадия Тимченко, расследование Навального о Gunvor и платежки из «дела Кировлеса». По этому делу оппозиционера Навального и предпринимателя Петра Офицерова обвиняют в хищении и растрате 10 000 кубометров древесины ГУП «Кировлес».

«Вся эта история с лесом — ерунда, была обычная сделка,  как картошкой на рынке торговать: взяли по пять рублей — продали по десять, выручку потратили на зарплату и налоги — где тут преступление?» — удивлялся прилетевший накануне в Киров оппозиционер Борис Немцов. Он стоял в толпе журналистов и раздавал свою книжку про бизнес Путина: «А вот скоро про Олимпиаду выпустим — там разворовали столетний бюджет Кирова». «Для Вятки [из-за суда] есть большой плюс — ее узнает весь мир. Инвестиции пойдут. Можно будет судебным туризмом заниматься», — шутил Немцов.

Депутат-«эсер» Дмитрий Гудков, который тоже приехал на суд, был серьезнее: «Мы проведем массовый митинг в Москве 6 мая. Если выйдет 200 000 человек — никакого приговора не будет. Решение принимается в Москве». В  8:30 приехал Навальный. Правая рука его была в гипсе. «С рукой все в порядке, я очень рад, что вы пришли», — помахал он. Навальный сказал, что «сегодня состоится процесс не над ним, а над жуликами и ворами», и зашел в суд, прихватив с собой Немцова. Больше в зал никого уже не пускали. Через 40 минут  Навальный вышел и сказал, что дело отложили на неделю, потому что защита должна ознакомиться с материалами дела. «Я понимаю ваше разочарование, но процесс, видимо, затянется на 2-3 месяца, мы будем-уезжать и приезжать», — добавил Навальный. Он предложил прогуляться по городу — пройтись до штаба, и толпа хлынула за ним.

На стенах домов на глаза попадались черно-белые листовки. В них было написано, что на 16 млн, украденных Навальным, можно построить 30 хоккейных площадок, установить 20 детских городков, отремонтировать 5 км дорог. Судя по тому, как выглядит Киров — разбитые дороги, облупившиеся фасады, кучи мусора, — вряд ли дело в одном Навальном. Если, как шутят в Кирове, он украл весь лес, то все остальное украли совсем другие люди.

«К сожалению, ранняя весна не лучшее время для многих российских городов», — пытался сгладить впечатление в своем блоге губернатор Никита Белых. От интервью для Forbes он отказался, а на время суда над своим прежним соратником и вовсе уехал в командировку в Москву. «Белых не большой поклонник Навального, но считает, что дело абсолютная глупость», — передает свой телефонный разговор с губернатором Немцов. Видно, что Белых пытается дистанцироваться от дела Навального — в этом году у губернатора заканчиваются полномочия, но прийти на суд по «Кировлесу» ему придется. Белых, как стало известно в понедельник, тоже проходит свидетелем по делу.

Белых и команда

Бывший лидер СПС Никита Белых возглавил Кировскую область в январе 2009 года. Регион не подарок, почти половину средств областного бюджета составляли дотации — федеральные трансферы. «Средняя зарплата была 8-10 тысяч рублей, люди жили огородами. Банкротились предприятия, бастовали рабочие. В глухих деревнях за мешок сахара люди попадали в рабство», — вспоминает то время высокопоставленный источник из окружения губернатора. По его словам, правительство шло на любые меры, чтобы затащить инвесторов в регион.

 

«Хотели даже открыть в Кирове гей-парк», — уверяет собеседник Forbes.

Костяк команды Белых составили его друзья-оппозиционеры из Москвы — Мария Гайдар и Алексей Навальный и земляки из Перми — Андрей Вотинов и Роман Шипов. «Все молодые, креативные, но для некоторых главный вопрос был, где можно заработать», — характеризует бывших коллег экс-заместитель губернатора Сергей Карнаухов. Сам он бывший начальник референтуры экс-главы МВД Рашида Нургалиева и в либеральной команде смотрелся более чем странно.

Есть версия, что его прикомандировали контролировать команду Белых. В пользу этого говорит прошлое место работы Карнаухова — департамент экономической безопасности МВД и его специализация: кандидатская посвящена особенностям агентурного проникновения в международные нефтяные компании. Сам Карнаухов эту версию не комментирует, но во время встречи в столичной пиццерии показывает докладные записки и аналитические справки, которые во время работы у Белых писал и рассылал в ФСБ, МВД и Следственный комитет.

Этот бумажный труд не прошел даром. Спустя полгода после инаугурации Белых начались первые «посадки». В июне 2009 года с кейсом, набитым деньгами, в Москве задержали руководителя целевых программ кировского правительства Романа Шипова. За попытку получить «откат» в 1,2 млн рублей с  ОАО «НИПИЭИлеспром» Шипов получил 5,5 лет колонии.

В феврале 2010 года на взятке в 2 млн рублей погорел одноклассник Белых, советник губернатора Андрей Вотинов. Он требовал с директора «Кировлеса» Вчеслава Опалева за сохранение его кресла 10 млн рублей и 5% от годового оборота предприятия. Приговор — 3 года колонии.

В январе 2013 года был объявлен в федеральный розыск директор регионального департамента госсобственности Константин Арзамасцев — в связи с расследованием дела о хищении 25,5% акций ОАО «Уржумский спиртзавод». Тогда же в кабинете губернатора прошли обыски. «Это закономерный итог деятельности команды Белых, — утверждает лидер кировских коммунистов, депутат Госдумы Сергей Мамаев. — За эти 4 года на людей из команды Белых возбуждено около 10 уголовных дел».

«Под колпаком» спецслужб, кажется, оказались и сам Белых, и его ближайшее окружение — Гайдар и Навальный. «Оперативная разработка Навального, технический контроль его каналов связи, начался уже с начала 2009 года», — утверждает Карнаухов. Это значит, что у Навального слушали телефоны, фиксировали на видео его встречи, читали переписку. По одной из версий, появление в интернете писем Навального и Белых (они были выложены в блогах под видом добытых хакерами) — это попытка силовиков легализовать добытую оперативную информацию. Что и получилось. Письма Навального легли в основу многих депутатских запросов в прокуратуру и СК.

Под Навального копали с разных сторон, подтверждают источники Forbes. Вначале даже пытались зацепить за экстремизм — советник Белых якобы «пытался подмять» местных нацболов и черносотенцев. Но на уголовное дела это не потянуло — слишком мелко. Тогда силовики ухватились за «Кировлес».

Зачистка Мордора

В феврале 2009 года в кабинет директора «Кировлеса» Опалева вошел бодрый молодой человек в костюме, при галстуке. Посетителя звали Петр Офицеров, он только что приехал из Москвы. «Я сразу прошел в кабинет к директору и сказал, что хочу заниматься лесом», — вспоминает в интервью Forbes тот разговор Офицеров. Гендиректор «Кировлеса», хмурый лысый мужчина, сначала обрадовался деловому предложению, но потом вдруг испугался. «Он почему-то решил, что я из правительства и потом всем меня так представлял», — недоумевает Офицеров.

Как директора московской консалтинговой компании Real Work Management, устраивающей тренинги по продажам для сотрудников «Ашана», занесло на лесную делянку? «После кризиса бизнес у меня схлопнулся,  так что я решил заняться чем-то более материальным», — рассказывает Офицеров. По его словам, он увидел по телевизору призыв Белых, взял билет на поезд и поехал в Киров. В день приезда, вспоминает Офицеров, он долго катался на такси по городу и обошел почти все хозяйственные магазины. «Волей случая решил заниматься лесом, а поскольку самый крупный игрок на рынке лесозаготовок — ГУП «Кировлес», пошел к ним», — немного туманно объясняет Офицеров.

Есть другая версия. Следствие считает, что Офицерова в лесной бизнес позвал и просил взять под контроль сбыт древесины «Кировлеса» его давний приятель Навальный. «Никто меня персонально не приглашал», — отнекивается Офицеров, хотя факт дружбы с Навальным не скрывает — познакомились в 2001 году в общественной приемной «Яблока» в Сетуньском проезде. «Мы долго общались, но потом наши пути разошлись. О делах Навального узнавал из прессы, да изредка пересекались на вечеринках», — вспоминает бизнесмен. По его словам, с Навальным в Кирове они виделись крайне редко — обедали 5-6 раз, а Белых он видел один раз в толпе.

Офицеров, как ему тогда казалось, сел на «золотую жилу» — лесной бизнес выглядел весьма аппетитно, хотя риски все же существовали. «Весь криминал исходил от самих участников рынка — кидалово с поставками и оплатой были как в 90-е», — говорит Офицеров. Такая вятская реальность: хмурые мужики в телогрейках и валенках, гоняющие по разбитым дорогам на новых Land Cruiser и Pajero, — это не воры в законе, а директора лесхозов и лесопилок. У них в лесу вся власть и деньги.

Отчасти контролировать все это огромное и непрозрачное лесное хозяйство должен был созданный в 2007 году ГУП «Кировлес».  В него входит 36 филиалов-лесхозов. «Кировлес» получил от государства участки в аренду — продавал древесину, а выручку направлял на поддержание лесхозов и борьбу с лесными пожарами. Но уже в 2009 году у предприятия появилось 179 млн рублей убытков, в 2010 году — еще 70 млн рублей. В 2011 году «Кировлес» стал банкротом. Что случилось?

«С самого начала госконтракты были заведомо убыточными», — уверяет гендиректор Нововятского лыжного комбината Владимир Сысолятин, бывший и. о. гендиректора «Кировлеса». Рассказывать подробности собеседник Forbes не хочет. На него самого завели уголовное дело по факту возмещения НДС — Сысолятин теперь лежит под капельницей. «Долги были искусственно накопленные, сбыт не проплачивался своевременно и был упущен контроль со стороны губернатора и Опалева, зато было много желающих присосаться к госпредприятию», — считает лидер кировских коммунистов Мамаев.

Навальный и Офицеров между собой называли «Кировлес» Мордором. В том смысле, что черт ногу сломит. «Нормальной бухгалтерии у «Кировлеса» не было, — делится впечатлениями Офицеров. — Лесхозы с большим удовольствием продавали налево, отгружали по любой цене, а потом долги списывали». В 2009 году Белых и Навальный попытались вывести «Кировлес» из тени. «Я этого жулика [Опалева] начал плющить на предмет централизации и прозрачности сбыта. В итоге я добился его увольнения и принятия решения о проведении полного аудита предприятия», — писал Навальный в своем блоге.

Поговорить с Опалевым Forbes не удалось, но на Youtube выложено видео — как он, усталый, в толстом вязанном свитере, сидит в кабинете следователя и на камеру рассказывает о том, как его заставили подписать кабальный договор с Офицеровым. Во время своей монотонной исповеди Опалев оживляется лишь раз — когда говорит о том, что всю жизнь отработал в лесу. А москвичи, говорит, и леса не знают. «Думают, доски прямо на деревьях растут около асфальтовой дороги», — усмехается Опалев.

Лесная арифметика

18 марта 2009 года Офицеров зарегистрировал «Вятскую лесную компанию» (ВЛК), открыл счет в Вятка-банке, снял офис и посадил 12 менеджеров на телефон. 15 апреля ВЛК и «Кировлес» заключили договор на поставку леса. Схема простая: ВЛК ищет клиентов и договаривается о поставках, «Кировлес» формирует заказ и отправляет бревна, доски и опилки клиентам. Клиенты перечисляют деньги ВЛК, а та, забрав агентские 5-7%, перечисляет деньги на счета ГУПа. ВЛК работает с 6 клиентами «Кировлеса» и еще находит 10 своих. «Мы выстроили продажи, обзвонили 2000 клиентов. Мне до сих пор звонят из Германии,  ОЭА — хотят купить лес», — уверяет Офицеров.

С 15 апреля по 30 сентября «Кировлес» отгрузил клиентам ВЛК 10 000 кубометров леса на 16,1 млн рублей, включая транспортные услуги. На счета предприятия, судя по заключению экспертизы, вернулись 13,7 млн рублей. Долг в размере 2,4 млн рублей Офицеров не оспаривал — говорит лишь, что «Кировлес» может предоставить документы только на 1,7 млн рублей. 1,4 млн рублей ушло у Офицерова на аренду офиса и административные расходы, еще 1,2 млн — на налоги и зарплату.

 

Проблемы между Офицеровым и Опалевым начались уже в мае 2009 года. Заявок было много, и возник дефицит. «Цены нам выставляли космические, каждая отгрузка была с боем — задержка была до трех месяцев, отгружали одну из десяти наших заявок, — вспоминает Офицеров. — Опалев мне говорил: Петя, работай вчерную: будешь платить наличными, будет товар. Я для ВЛК даже воду для кулера по безналу покупал».

ВЛК занимала всего 5% от поставок «Кировлеса» — капля в море. Это подтверждают клиенты ВЛК. «Мы работали с ВЛК, — вспоминает коммерческий директор «Уфимских спичек» Лилия Прокофьева. — Они нам поставили один вагон и больше не смогли. Это мизер — два дня работы для нашей фабрики». О том, какие были цены, Прокофьева не помнит — говорит, что стремились всегда покупать как можно дешевле. О деле Навального и Офицерова она узнала из газет — никто на допрос или в суд ее не вызывал.

Следствие утверждает, что Навальный и Офицеров «Кировлесу» навязали кабальные условия, — цена продукции была занижена по сравнению с рыночной, ГУП недополучил прибыль, которую мог бы получить, если бы не воспользовался услугами ВЛК. Речь идет о сумме 589 000 рублей. То, как ущерб раздулся до 16 млн рублей, — большая загадка.

«Три года назад следственные органы придумали для себя такое понятие, как «рыночная цена», и начали штамповать дела по мошенничеству и растрате, — полагает Яна Яковлева, лидер движения «Бизнес-солидарность». — То есть на языке следствия извлечение прибыли — это извлечение корыстного интереса. Таким образом, любая сделка там, где предприниматель извлекает прибыль, может быть истолкована как растрата.

«Дело «Кировлеса» — это восстановление советской статьи «За спекуляцию», когда перепродажа с повышенной ценой была уголовно наказуемой», — считает Павел Чиков, председатель правозащитной организации АГОРА. По его словам, подобные посреднические схемы широко используются в бизнесе — но силовики давят лишь тех, с кого можно срубить «палку», деньги или выполняют политический заказ.

Вот лишь один яркий пример подобной избирательности. Компания Ивана Шабалова «Северный трубный проект» (СЕПТ) была посредником между производителями труб и «Газпромом» — к 2010 году концерн получал через СЕПТ около 60% труб для своих строек. ФАС проверяла СЕПТ — зачем нужна «прокладка» между производителем и клиентом, но нарушений не нашла — производители, отмечают проверяющие, не внакладе — есть клиенты, заказы, рабочие места и налоги в бюджет. Схема работы СЕПТ та же, что и у ВЛК, но никаких уголовных дел нет. И у СЕПТ, кстати, новые владельцы — Шабалов продал компанию давним знакомым Владимира Путина — братьям Аркадию и Борису Ротенбергам.

Другое дело с лесом. Уже летом 2009 года Офицерова настигло разочарование. «Бизнес суетной, нервный и малодоходный, — признается он. — Потерял 1,5 млн, надо было фиксировать убытки и возвращаться в Москву». ВЛК он оставил на брата — тот осел в Кирове и завел семью. Навальный уехал из Кирова в феврале 2010 года, Офицеров — чуть позже. Повестки на допросы им направляли уже в Москву.

«Они вежливо разрушают мою жизнь»

Влиял ли Навальный на «Кировлес», вмешивался ли в работу ВЛК? «Доказательств того, что советник губернатора делал что-то сам и получил материальную выгоду, в материалах дела нет», — говорит правовой аналитик АГОРы Рамиль Ахметгалиев, проводивший общественную экспертизу «дела «Кировлеса». «Навальный — советник на общественных началах — чувак с пропуском и званием, которое не давало ничего. Как он мог влиять?» — недоумевает Офицеров.

Карнаухов, напротив, считает, что доказательств более чем достаточно — и они будут озвучены в суде. К концу 2009 года, по его словам, вся деятельность Навального по «Кировлесу» была задокументирована. Замгубернатора ездил в МВД и просил взять на контроль расследование. Но сотрудников ДЭБа оно не заинтересовало — ущерб был 1,5 млн рублей.

 

«Не нанесли большого ущерба, потому что не успели, — признает Карнаухов. — Хотя есть и другая причина: Навальный тогда еще был никем. Если бы не его политическая деятельность, дело вряд ли бы дошло до суда».

Но уже в мае 2011 года дело против Навального и Офицерова возбуждают по ст. 165 УК РФ (причинение ущерба путем обмана). Поскольку Навальный — адвокат, расследованием занимается не полиция, а местный Следственный комитет. «Мы расследовали это дело как обычно, без оглядки на личности — ведь воруют лес и черные лесорубы, и белые воротнички», — говорит в интервью Forbes бывший глава СК Кировской области Александр Панов.

В апреле 2012 года то дело против Навального и Офицерова было прекращено за отсутствием состава преступления. «На тот момент у нас не было доказательств их вины, о чем было и доложено руководству», — рассказывает Панов. По его словам, у следователей не было результатов оперативно-розыскных мероприятий — всех этих прослушек и писем, которые всплыли позже. «Оперативное дело просто затерялось где-то в столичных кабинетах», — объясняет Карнаухов.

5 июля глава СК Александр Бастрыкин на коллегии в Санкт-Петербурге устроил разнос кировским следователям. «Есть у вас такой человек, Навальный. У вас было дело, и втихаря вы его закрыли», — негодовал Бастрыкин.  Панов сейчас пожимает плечами: «Возможно, не докопали». Но комментировать расследование уже не хочет. Спустя несколько месяцев после разноса от Бастрыкина он покинул свое кресло — говорит, как раз закончился контракт. С недавнего времени Панов возглавляет ассоциацию «Совет муниципальных образований Кировской области».

Навальный сразу же «ответил» Бастрыкину, припомнив силовику вид на жительство и бизнес в Чехии. В итоге — новое уголовное дело и обвинения уже по более тяжкой статье 160 УК РФ (растрата). Сумма ущерба как на дрожжах выросла до 16 млн рублей. «Это дело — политика чистой воды. Активность следствия напрямую зависит от политической деятельности Навального, его кампании против «жуликов и воров», — уверен Чиков. Согласен с этим даже представитель СК Владимир Маркин — в интервью «Известиям» он прямым текстом говорит, что, если бы Навальный не «дразнил власть», им бы так активно не занимались.

«Несколько раз мне поступали предложения — если будете умным, все будет хорошо,  — признается Офицеров. — Следователи вообще очень вежливые люди. Они очень вежливо разрушают мою жизнь».

Офицеров держался. Не выдержал Опалев. Из жертвы, которого якобы обманули и запугали Навальный и Офицеров, сам превратился в соучастника преступления. «Я не знаю, что нужно сделать, чтобы человек, не совершавший преступления, все взял на себя», — недоумевает в разговоре с Forbes даже один из участников следственной группы.

«Что делает следствие по групповым преступлениям, когда нет доказательств? Они уламывают одного из группы признавать вину, дело выделяют в отдельное производство, быстро его прогоняют через суд, а потом штампуют под копирку обвинительные приговоры», — объясняет Ахметгалиев. На признательных показаниях Опалеву, который получил 4 года условно, строится вся версия обвинения против Навального и Офицерова.

И нынешний суд идет по этим лекалам. 

Следующее заседание суда по «делу «Кировлеса» состоится 24 апреля. Forbes будет следить за ходом процесса

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться