Forbes
$64.59
72.41
ММВБ1993.35
BRENT49.58
RTS973.43
GOLD1321.33
Ольга Проскурнина Ольга Проскурнина
заместитель шеф-редактора Forbes.ru 
Даниил Антонов Даниил Антонов
видеоредактор Forbes.ru 
Поделиться
0
0

Тест-драйв DAF XF 105: «Мы уже пояса затянули на шее»

Тест-драйв DAF XF 105: «Мы уже пояса затянули на шее»
Бастующие дальнобойщики тестируют голландский магистральный тягач вместе с Forbes, рассуждая о системе «Платон», Ротенбергах и акциях протеста

Дальнемагистральный DAF XF 105 – первый тяжелый грузовик, который довелось протестировать Forbes.  За ним мы приезжаем в автосалон DAF в подмосковном Солнечногорске вместе с водителем-инструктором Андреем Амировым. Он обучает специалистов дилерской сети и консультирует водителей из клиентских компаний по части топливной эффективности. Конечно, российский экономический кризис сказывается и на продажах DAF, однако нидерландский производитель большегрузной коммерческой автотехники явно не намерен уходить из России: по словам Амирова, компания только что запустила годовой проект по обучению дилеров и водителей – и весь следующий год он собирается обучать минимум по 20 человек в неделю.

Наша цель – лагерь дальнобойщиков в Химках на стоянке у торгового центр «Мега». Чтобы отправиться туда на тест-драйв, Андрею пришлось заранее оплатить проезд по федеральной трассе   M10 через систему «Платон», против которой, собственно, и бастуют с ноября российские дальнобойщики. 

Машина из серии XF, на которой мы отправляемся в путь, относится к дальнемагистральным – на ней можно с комфортом находиться в дороге месяц.  Тягач 2015 года выпуска оснащён  самой большой кабиной в линейке DAF – водитель в ней  может спокойно стоять в полный рост. Андрей говорит, что это принципиально важно для безопасности водителя в дороге:  чем просторнее кабина, тем полноценнее отдых на стоянке. Ориентировочная цена такой машины – 6 млн рублей. 

Мы проезжаем «Мега-Химки». Десяток фур с самодельными плакатами видно издалека.

 Дальнобойщики предупреждали нас, что заехать к ним на тягаче не получится – вскоре после начала акции протеста полиция перестала пропускать на стоянку тяжёлые грузовики. Решаем остановиться возле АЗС «Лукойла» примерно в километре  от «Меги». Однако не проходит и минуты, как появляется раздраженный охранник и пытается нас выгнать.

Пока дальнобойщики идут к нам из своего лагеря пешком, мы коротаем ожидание за беседой с Андреем. В Европе, где стажировался тренер DAF, системы типа «Платона» существуют, по его словам, уже лет 10-15. Так что для европейских водителей плата за проезд по автотрассам – дело привычное, как и для российских дальнобойщиков, работающих на международных маршрутах: «Вопрос только в том, что на первых порах внедрения система оплаты за проезд по автодорогам работает с проблемами». По мнению Андрея,  в России могут бастовать разве что водители, которые занимаются «серыми» внутренними перевозками.

Пятеро дальнобойщиков из химкинского лагеря во главе с петербуржцем Сергеем Владимировым с ходу возмущаются  этим предположением, растиражированным государственными телеканалами. Пока Юрий из Санкт-Петербурга и Игорь из Новгородской области многословно доказывают мне, что уйти в России от налогов и обязательных платежей им, честным индивидуальным предпринимателям, в принципе невозможно, остальные водители критически осматривают наш тягач.

— Да я сам на XF 105 уже четыре года езжу – и чего мне его теперь тестировать? Вот на XF 106 я бы ещё проехался, — говорит один.

Инструктор DAF объясняет, что новая 106-я серия этих грузовиков в России продаваться не будет – она рассчитана на экологичное топливо «Евро-6», которое здесь не используется и неизвестно когда появится.

— Вы что же это, серьёзно, за «Платон» заплатили, чтобы к нам сюда приехать? Получается, я сейчас сяду за руль и поеду по Ленинградке с «Платоном»? Мы же боремся за то, чтобы эту систему вообще отменили! А вы нам её рекламировать предлагаете?! — волнуется другой дальнобойщик.

— Да что мы тут будем по Ленинградке кататься! Давайте лучше поедем по МКАД. Или сразу во Владивосток. Платить за «Платон» не будем и все штрафы по дороге соберём, — саркастически предлагает третий.

Бастующие водители начинают подозревать нас в недобрых намерениях. Наши переговоры продолжаются битых полчаса и заканчиваются тем, что дальнобойщики ретируются в свой лагерь. На нас снова надвигается охранник с АЗС «Лукойла».

Я усаживаюсь в кабину и  звоню Тасе Никитенко, пресс-секретарю химкинского лагеря дальнобойщиков. Её вмешательство, хоть и не сразу, делает своё дело: минут через 15 Сергей Владимиров перезванивает мне и коротко сообщает, что возвращается с добровольцем, который «сделает вам картинку».

Им оказывается еще один лидер химкинских бастующих, Андрей  Бажутин из Санкт-Петербурга —  индивидуальный предприниматель, дальнобойщик с более чем 25-летним стажем, отец четверых детей (старший сын уже участвует в семейном бизнесе) и обладатель двух фур, Renault 2010 года и DAF 2001 года выпуска. Настроен он доброжелательно, с ходу соглашается протестировать XF 105, но для начала просит нас показать журналистские удостоверения: «К нам ведь, знаете, всякие люди приходят, провокаторы тоже бывают».  

Усаживаясь за руль, Бажутин рассказывает, что занимается негабаритными перевозками по всей России: он возит оборудование для нефтяников, энергетические модули для энергетиков и прочие крупные объекты, на которые нужно получать специальные разрешения. По его словам, получать такие заказы обычному ИП  вполне реально – достаточно следить за обновлениями на профессиональном сайте «АвтоТрансИнфо».

— «Платон» – это последняя капля, которую мы уже не смогли осилить, — говорит он, встраиваясь в поток на Ленинградке в сторону области. —  Мы платим акциз за топливо, мы платим транспортный налог, платим все налоги как ИП. К тому же, экономическая ситуация добавляет проблем: курс евро и доллара подскочил, а у нас все машины – иномарки, значит, запчасти все за валюту. Рентабельности никакой. Если раньше мы с трудом выживали, то сейчас, с добавлением еще одного платежа,  уже просто физически платить не можем. В год одна машина зарабатывает порядка 300 000 – 350 000 рублей. При пробеге нашем – 100 000 – 120 000 км в год , что совсем не соответствует данным, которые заявлял Росавтодор, — все эти деньги мы будем отдавать за «Платон», по большому счёту. Цены на рынке [автоперевозок] нисколько не выросли, в некоторых даже упали. Сейчас «Платон» – 1 рубль 53 копейки [за км]. С марта, как заявлялось, они должны поднять  [тариф] до 3 р. 73 коп. Смысла работать нету. Мы будем работать на налоги, на дороги, но не на себя.

—   И что же вы дальше намерены делать? Стоять тут до марта?

—  Будем стоять, будем пытаться добиваться решения нашей проблемы. Мы же не одни! Тут машин должно было быть значительно больше, просто не все смогли сюда заехать — колонны, которые выходили из регионов, разбивали по дороге. Получается, мы здесь обозначились как красный флажок. Ребята в регионах нас видят. Те, кто не смогут доехать сюда, будут стоять в регионах.

Новый год бастующие дальнобойщики собираются праздновать в химкинском лагере. Две искусственные елки у них уже есть, им обещали принести еще. «Живых елок ставить не хотим, чтобы не было проблем с экологами», — шутит Бажутин. И уже всерьёз добавляет: «К нам приходили  люди, которые боролись за Химкинский лес, и  те, которые борются за московскиепарки, и  те, которые борются за бесплатные парковки. Мы уже много с кем общались».

— Далеко мы едем? – интересуется он у тренера DAF. – До Питера солярки хватит?

—  До поворота на «Шереметьево» и обратно, — строго отвечает тот.

За разговорами о протестном движении Бажутин не забывает и о тестировании тягача. Роботизированная коробка передач по сравнению с привычной ручной, как ему кажется, немного тормозит.  В целом DAF – более экономичная машина даже при перевозке негабаритных грузов: на 100 км он потребляет на литр меньше топлива, чем другие грузовики, говорит дальнобойщик:

— Если сравнивать со старым DAF, на котором езжу я, тут в целом всё поприятней. Дизайн повеселее, информации больше на бортовом компьютере.

Мы проезжаем мимо белого микроавтобуса с камерой на крыше. Андрей-дальнобойщик кивает в его сторону – «ну вот,  «Платон»», но Андрей-тренер  говорит, что  такие машины использует транспортная инспекция: «Платон», по его словам, базируется на легковых автомобилях типа «Лада Ларгус».

— Я с «Платоном» не работаю  и не знаю, как он технически устроен, — говорит Бажутин. – Приглашали нас  тут на совещание в Росавтодоре, там представители «Дикси» говорили, что система висит, менеджеры не могут в неё войти и оформить заявки, очень сильно были недовольны технической стороной «Платона». Я же сказал, что мы до «Платона» ещё и не доехали – наша проблема лежит в экономической плоскости. Как бы они ни работал, нам с ним работать невыгодно. Но боюсь, что нас там не услышали.

Рассчитывают ли дальнобойщики на отмену «Платона», особенно с учетом влиятельности его бенефициаров? Такой вариант не кажется Бажутину несбыточным:

— Смотрите, вот я, например, вложил деньги в покупку фуры, а бизнес у меня не пошёл, — рассуждает он. – Мне ведь никто не помогает, если я обанкротился. Вложились в бизнес, рискнули, не получилось – извините, ребята, у нас рынок, тут так всё устроено. Просто в нынешних экономических условиях люди не то что платить [через «Платон»] не будут – они ездить не будут. Мы уже пояса затянули, можно сказать, на шее.

—    Я сам с кредитом на свою машину рассчитался в этом году только благодаря тому, что получил наследство – квартиру в городе Сланцы. То есть, вовсе не благодаря своему основному бизнесу, — вступает молчавший всю дорогу Сергей Владимиров. – Продал квартиру, а через два месяца мне на голову падает «Платон».

— Сейчас, на самом деле, многие водители из-за «Платона» просто встали и не ездят никуда, — говорит Бажутин. – В день одна фура тратит 200 литров топлива в среднем. Представьте, сколько денег с акциза на топливо уже недополучает бюджет при ставке 7 рублей за литр. А если мы сейчас встанем вынужденно, придётся приостановить и регистрацию [в качестве юрлица], чтобы не платить транспортный налог – соответственно, опять будет недополучение [доходов] бюджета. Да, нам будет тяжело, будем искать другие способы заработать – мы все умеем копать, строить, ремонтировать.

— У меня ИП зарегистрирован на жену, и я уже сказал ей после Нового года закрывать это ИП – потому что это деньги в никуда, — сообщает Владимиров, и Бажутин подтверждает, что собирается сделать то  же самое.

Мы возвращаемся к АЗС «Лукойла».

— Хорошая машина, совсем новая, — говорит Бажутин, заглушив двигатель. – Никогда на такой новой не ездил.

—  С нами один таксист протестует,  - продолжает он. — Саша, бывший коллега наш приезжает и за свой счёт нас возит по Москве, когда у нас есть какие-то дела. Мы же Москву плохо знаем, всегда вокруг её объезжали. Жена ему сначала тоже мозги сверлила – сворачивайся, мол. А  буквально на днях открыла интерфейс «Платона» и увидела там опции оплаты для трехтонных  грузовиков и легковых автомобилей. Они пока не активированы, но они есть. И теперь она  Сашу поддерживает.

Владимиров показывает мне СМС в своем телефоне от людей, которые отправляют денежные пожертвования на поддержку лагеря бастующих через «Сбербанк-онлайн»: «Пешеходы против «Платона», мы с вами!», «За вашу и нашу свободу!», «Держитесь!», «Платону – осиновый кол».

- За две недели нашей забастовки у нас только на топливо ушло около полумиллиона рублей. Чтобы стоять столько времени на стоянке,  нужно аккумуляторы подзаряжать в течение длительного времени, они быстро садятся. Если бы не москвичи, мы бы тут не выстояли, — говорит он.

К нашему тягачу в очередной раз подходит охранник АЗС «Лукойла» и пытается нас прогнать. Наши собеседники говорят, что это примета нового времени – до начала забастовки заправки всегда лояльно относились к припаркованным фурам. Теперь же, по их данным, по всем доступным стоянкам уже проехалась полиция и потребовала от владельцев и операторов допускать не больше трех фур.

— Конечно, я согласен, что за дороги в принципе платить надо, — говорит на прощание Андрей Бажутин. – Просто после кризиса 2008 года весь наш транспортный бизнес уже, можно сказать, встал на колени в лужу. А сейчас нас туда пытаются ещё и лицом ткнуть. Мне кажется, что сначала надо разобраться с экономикой, с дорогами. Вот строили же трассу М11 – дорогая, да, это надо обсуждать, но они же сначала её всё-таки построили, а потом стали брать деньги за проезд по ней. А тут хотят сначала взять деньги – и только потом построить на них дорогу! Плюс к тому, вопрос открытый – почему [всё это делается] через ООО «РТ-Транспортные системы». Нам-то, на самом деле, всё равно, кто владеет этой компанией – Ротенберг или кто-то другой. У меня сын-хоккеист с 2008 года учится в хоккейной школе и играет в  «Динамо», которым владеет [Аркадий] Ротенберг. Кстати, его сын [Павел] тоже играет в этом клубе. Поэтому для меня Ротенберг – ну просто обычный человек, может быть, только очень богатый. Я чужие деньги не считаю, я считаю свои.

Поделиться
0
0
Ключевые слова: ,
Загрузка...

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое
Forbes 08/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.