Эти террористы такие забавные

Артур Соломонов Forbes Contributor
На Берлинале пытаются понять «мир ислама»

На проходящем сейчас в столице Германии международном кинофестивале показаны фильмы о представителях исламского мира. «Последний этаж в левом крыле» — франко-люксембургская комедия режиссера Анжело Чанчи о незадачливом террористе. «Двойник дьявола» — бельгийский фильм о кровавом режиме Саддама Хусейна голливудского кинорежиссера Ли Тамахори, автора шпионского боевика о Джеймсе Бонде «Умри, но не сейчас» и других кассовых фильмов.

Комедия о террористе

Оказывается, возможно и такое: комедия о террористе. Пусть и мнимом, ведь главного героя, юного наркоторговца, лишь по недоразумению принимают за террориста. Но он не теряется. Напротив, млея от восторга, берет заложников, выдвигает требования, угрожает полицейским. Заварив эту кашу (и сам в ней основательно заварившись), он с наслаждением наблюдает, как к дому, где он держит заложника, подъезжают телевизионщики и начинают репортаж.

Парень ошарашен: все изменилось! Был бесприютным и вечно напуганным драгдилером, а слава ходила рядом — нужно было просто взять заложника. И вот ты уже в новостях.

С террористом дрожащими голосами ведут переговоры серьезные дяди: мы, конечно, не настаиваем, но не пора ли вам сдаться? А если не пора, то какие все-таки у вас требования? А о требованиях-то и не подумал наш полудилер-полутеррорист ( в общем-то, придется признать, полудурок, хоть и весьма трогательный). Но он напрягает фантазию и на пару с заложником, который демонстрирует все признаки стокгольмского синдрома, выдвигает требования: отремонтировать канализацию и лестницу в подъезде. Но даже после этого власти не догадываются, с кем имеют дело.

Этот фильме не о наркоторговце, а о страхе европейского общества перед мусульманами. Режиссер не боится признать очевидный факт: в каждом представителе мусульманского мира европейцы готовы увидеть террориста.

Анджело Чанчи (уроженец Сицилии, сейчас живет во Франции) открывает в своих героях-мусульманах «человеческое, слишком человеческое», а в окружающих их европейцах — истерию под покровом толерантности. Этот драматический конфликт подан с изяществом и юмором. И сам факт, что у европейского режиссера есть силы видеть в столь болезненной тематике источники комизма, обнадеживает. Это кино — попытка разрушить стену между двумя мирами. Не с помощью воззваний и призывов к миру во всем мире, а юмором. Конечно, вряд ли смех победит страх. Но сама попытка бесследно не пройдет.

Кинопроизводство исторической истины

Другой фильм о мусульманском мире, «Двойник дьявола», представляет собой попытку совершенно иного рода: оправдать вооруженное вторжение на территории, не ведающие демократии. Багдад Саддама Хусейна. Приближенные диктатора не просто утопают в роскоши, они давно уже утонули и чувствуют себя превосходно. Пытки, насилие, произвол, казни, коррупция: все, что сопутствует диктатуре, показано в этом фильме без прикрас. Старший сын Хусейна Удай лично проводит показательную порку провинившегося. И это самое невинное, что позволяет себе царственный подонок. Удай Хусейн, по версии режиссера, арабский вариант Калигулы, а Ирак того времени — настоящий ад.

И когда показывают кадры вторжения войск США, нам, зрителям, становится легче. Бомбежки благодатны. Разрушения прекрасны. Поскольку необходимы. Все сделано правильно.

Показывая роскошь двора Хусейна и кошмар его правления, нас убеждают, что «этот Карфаген» должен был быть разрушен. Независимо от того, создавалось там ядерное оружие или нет. Такому не место на белом свете, и если США и европейское сообщество чувствуют свою ответственность за мир во всем мире, то следует действовать. Здесь, конечно, не место обсуждать правильность такого рода идей и стратегий. Речь о фильме, который — вольно или невольно — поддерживает и утверждает эти идеи.

Так большое кино вступает на территорию большой политики. Когда снимаются фильмы на подобную тему, кино становится не только искусством, но и оружием массового поражения: поражения чужих идей и версий истории и утверждения своих. А режиссер с актерами становятся боевым отрядом, вооруженным кинокамерами.

Искусство обладает огромной силой убеждения. И не только кино. Давно доказано, что Сальери не травил Моцарта, но все равно подозрения остались. Я, конечно, не имею в виду, что Саддам Хусейн оболган так же, как итальянский композитор. Это просто пример того, что правда истории может спасовать перед силой искусства.

Ответов нет

И «Последний этаж в левом крыле», и «Двойник дьявола» тенденциозны, но в том смысле, что они отражают определенные общественные тенденции. «Двойник дьявола» агрессивно утверждает историческую истину: Америка, оккупируя/освобождая Ирак, не ошибалась. А «Последний этаж в левом крыле» — своеобразная попытка терапии: нам предлагают с улыбкой взглянуть на то, что в последнее время вызывает только страх.

Обе попытки «решения мусульманского вопроса» по большому счету заводят в тупик. Один фильм говорит: не волнуйтесь, не все так страшно и не все так страшны. Другой: в спорных вопросах необходимо радикальное вмешательство западной цивилизации. С одной стороны, прекраснодушие, с другой — агрессия во имя мира.

Берлинале ставит диагноз: однозначных ответов на самые важные вопросы нашего времени пока нет.

Новости партнеров