Самый умный Форбс: зачем читать биографию математика Джона Форбса Нэша - ForbesLife
$56.67
60.68
ММВБ1944.72
BRENT52.05
RTS1084.17
GOLD1284.60

Самый умный Форбс: зачем читать биографию математика Джона Форбса Нэша

читайте также
+57 просмотров за суткиМолодо-зелено: в «МИФ» вышла книга про особенности подросткового возраста +72 просмотров за суткиШекспир: и чат-бот, и романтик, и тролль в интернете +33 просмотров за суткиМосковские ювелиры утерли нос питерским: новые факты в истории дома Фаберже +4 просмотров за суткиБиография богатейшего человека в истории и другие книги апреля. Выбор Forbes +8 просмотров за суткиКниги марта. Выбор Forbes +8 просмотров за суткиКниги знаний: советы по менеджменту, маркетингу и продажам +1 просмотров за суткиГордость без предубеждения: 10 современных романов, написанных женщинами +7 просмотров за суткиСамые ожидаемые художественные книги 2017 года +12 просмотров за суткиПисать, чтобы богатеть: истории самых состоятельных литераторов мира +50 просмотров за суткиКниги февраля. Выбор Forbes +204 просмотров за сутки15 самых ожидаемых новинок нон-фикшн 2017 года +6 просмотров за суткиОткрытая книга: как книжный сервис завлекает читателей 15 детских книг для холодной зимы Книги января. Выбор Forbes Самые продаваемые нехудожественные книги 2016 года Топ-20 художественных бестселлеров 2016 года Книги декабря — выбор Forbes Что Россия успела подарить Франции за 300 лет дипломатических отношений Влюбленный Штирлиц: фильм недели — «Союзники» СССР без партии: русский хит в прокате — «28 панфиловцев»

Самый умный Форбс: зачем читать биографию математика Джона Форбса Нэша

Джон Нэш Фото Getty Images
Forbes Life публикует фрагменты из книги «Игры разума. История жизни Джона Нэша, гениального математика и лауреата Нобелевской премии».

Издательство Corpus выпустило на русском языке биографию математика Джона Нэша, которая принесла ее автору Сильвии Назар номинацию на Пулитцеровскую премию, стала основой для одноименной экранизации с Расселом Кроу в главной роли и сделала самого Нэша знаменитым не только в научных кругах: история его жизни и победы над болезнью сегодня вдохновляет людей во всем мире. 

«Игры разума. История жизни Джона Нэша, гениального математика и лауреата Нобелевской премии» (перевод Анны Аракеловой, Марьяны Скуратовской и Натальи Шаховой)

В отличие от многих математиков Нэш был ухоженным. Всегда аккуратно причесанный, в отглаженной одежде. Лоск, высокомерие и холодность только увеличивали его притягательность. 

Героями Нэша были одинокие мыслители и сверхлюди, такие как Ньютон и Ницше. Он страстно увлекался компьютерами и научной фантастикой. В его представлении «мыслящие машины», как он их называл, были в определенном смысле выше людей. Одно время его интересовала возможность увеличить производительность физического или интеллектуального труда с помощью наркотиков. Его занимали мысли об инопланетных расах, сверхрациональных существах, которые научились полностью подавлять эмоции.

«Он был неотесанным провинциалом даже по нашим меркам», — рассказывал физик Роберт Зигель, вспоминая, что до университета Нэш ни разу в жизни не был на концерте симфонической музыки. Он вел себя эксцентрично: к примеру, садился за фортепьяно и без конца повторял один и тот же аккорд. Раздеваясь в холле, забывал о мороженом, которое медленно таяло в ворохе сброшенной одежды. Вставал на спящего товарища по комнате, чтобы дотянуться до выключателя. Дулся, проиграв в бридж». 

Склонность к одиночеству, непоколебимая уверенность в своей интуиции, нечувствительностьк критике, проявившиеся еще в юности, а теперь ставшие ярко выраженными и неотъемлемыми чертами его характера, — все работало на него. 

«Гений с пенисом. Не это ли все, что нам нужно?»

— как остроумно заметила одна актриса, и в этой шутке нашло отражение то самое сочетание интеллекта, статуса и сексуальной привлекательности, которое и делало Нэша таким неотразимым. 

Научные гении, какими бы эксцентричными они ни были, редко по-настоящему сходят с ума — и это самое убедительное свидетельство в пользу оберегающей природы творческой деятельности. Нэш стал трагическим исключением.

Для большинства людей тридцатилетие — всего лишь рубеж между молодостью и зрелостью, но математики считают, что их наука — это игра для молодых, поэтому число тридцать вызывает у них более мрачные ассоциации. Вспоминая то время, Нэш говорил о внезапной тревоге — «страхе», что лучшие годы его творческой жизни уже позади. 

В автобиографическом эссе, написанном после получения Нобелевской премии, Нэш сетует, что «рациональное мышление налагает ограничения на представление человека о его связи с космосом». Он называет ремиссию не счастливым возвратом к здоровому состоянию, а «периодом, так сказать, принудительной рациональности». 

Когда я брала у Нэша интервью для статьи в «Нью-Йорк таймс» про нобелевских лауреатов и про то, на что они потратили свою премию, я спросила, как премия повлияла на его жизнь. Он ответил, что теперь, пожалуй, может заплатить два доллара за чашку кофе в «Старбаксе». «Бедные не могут себе этого позволить», — добавил он.