Прецедент Березовского

Вернуть похищенные деньги — это одно, а выдать России похитителей — совсем другое. К этому европейское правосудие еще не готово

Автор — доктор права (Университет Эссекса, Великобритания)

Тот факт, что судебные власти Швейцарии признали решение российского суда, вынесенное против Б. А. Березовского, и вернули находившиеся на его швейцарских счетах деньги, действительно является значительным прогрессом в деле правового сотрудничества России и стран Запада и в этом смысле важным «прецедентом». Имея в виду высокий авторитет швейцарского правосудия, факт подобного признания выглядит так, будто правосудие российское тем самым прошло какой-то важный «экзамен» на «европейскость», взяло очередной «барьер». Звучат даже предположения, что не за горами и выдача самого Бориса Абрамовича, скрывающегося, как известно, в Великобритании. Однако хотелось бы предостеречь против поспешных выводов — в отношении экстрадиции по запросам российской Генпрокуратуры лиц, находящихся в Великобритании да и в других странах западной Европы, дело обстоит не столь просто. Можно сказать так: возврат похищенных денег — это одно, а выдача самих похитителей — совсем другое.

Национальное бюро Интерпола при МВД РФ говорит, что отказом выдать Березовского Британия нарушает Европейскую Конвенцию о выдаче (1957). Действительно, участниками этой конвенции являются как Россия, так и Великобритания, поэтому обе страны обязаны ее выполнять. Однако здесь, как и в любом сложном правовом вопросе, существуют различные исключения и оговорки. Так, Россия ратифицировала Конвенцию с оговоркой о том, что не будет выдавать граждан РФ, так как это запрещено российской конституцией. Как известно, на этом основании Россией был отвергнут запрос британской стороны о выдаче Андрея Лугового. Исключения предусмотрены и самой конвенцией: так, ее третья статья гласит, что «выдача не осуществляется, если… запрашиваемая Сторона имеет существенные основания полагать, что просьба о выдаче в связи с обычным уголовным преступлением была сделана с целью судебного преследования или наказания лица в связи с его расой, религией, национальностью или политическими убеждениями, или что положению этого лица может быть нанесен ущерб по любой из этих причин».

В соответствии с этим аналогичные положения были включены и в британское законодательство. Принятый парламентом в 2003 году Акт об Экстрадиции (Extradition Act 2003) в статье 81 говорит о том, что выдача невозможна, если запрос об экстрадиции в действительности мотивирован посторонними соображениями (extraneous considerations) — в частности, политическими взглядами разыскиваемого лица.

Как известно, Березовский уже получил в Великобритании политическое убежище. Таким образом, отказывая в выдаче Березовского, власти Великобритании, строго говоря, еще не подписываются под утверждением, будто он не совершал преступлений, за которые его требует выдать российская сторона; они лишь указывают на то, что в России его осуждение или обращение с ним могут с большой вероятностью мотивироваться политическими соображениями. Можно спорить, насколько искренним или лицемерным является такой подход в данном случае, но ясно, что формального нарушения конвенции здесь нет. Таким образом, для того чтобы выдача стала возможной, репутация российского правосудия должна не просто несколько улучшиться, а радикально измениться — настолько, чтобы подобные доводы британцев выглядели бы заведомо несостоятельными. Ясно, что даже при самом благополучном повороте событий это — дело небыстрое.

Новости партнеров