На прошлой неделе появилась новость, которая не оставила равнодушными многих соотечественников: ОАО «Русское молоко» изменило кадровую политику на предприятии, приняв решение придерживаться христианских заповедей при ее формировании. На самом деле поднятая проблема не так проста, как может показаться на первый взгляд. Именно поэтому целесообразно ее рассмотреть с нескольких сторон.

Прежде всего, давайте посмотрим, насколько указанное решение соответствует действующему законодательству. Постараюсь не утомлять читателей ссылками на статьи и соответствующие нормы права, хотя без этих деталей и не обойтись.

Начнем с того, что, согласно информации, появившейся в интернете, решение о новом подходе к кадрам было принято не лично президентом компании Василием Бойко-Великим, а советом директоров ОАО «Русское молоко». Это важно, ведь у каждого из разнообразных органов управления компанией существует своя компетенция, установленная Законом об акционерных обществах и слегка корректируемая уставом. Среди других органов акционерного общества совет директоров выделяется тем, что в Уставе можно закрепить за ним решение довольно широкого перечня вопросов. В частности определение кадровой политики на предприятии.

К сожалению, мне не удалось отыскать на сайте ОАО «Русское молоко» текста устава компании. Странно, ведь любое открытое акционерное общество обязано публиковать текст своего устава и его последующие изменения на своей странице в сети. Может быть, в сети есть иной сайт, где размещается официальная информация и документы компании?

Одно дело, если в уставе имеется ссылка на право совета директоров определять кадровую политику компании. Другое — если в уставе это отсутствует. Ведь в последнем случае решение совета директоров, принятое с нарушением компетенции, является ничтожным и не имеет силы вне зависимости от того, обжаловалось ли оно в судебном порядке (п. 8 ст. 68 Закона об акционерных обществах). К сожалению, во многих российских компаниях распространена практика продавливания решений по вопросам хозяйственной деятельности через совет директоров — невзирая на то что в его компетенцию эти вопросы не входят.

Теперь рассмотрим возникшую проблему с точки зрения трудового законодательства.

Итак, в Трудовом кодексе есть статья 3 «Запрещение дискриминации в сфере труда». В ней четко обозначено (абз. 2), что «никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от… отношения к религии». Более того, абзац 4 этой статьи отмечает, что лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

Конечно, можно заявить, что никто не будет увольняться за неисполнение религиозных требований, происходит всего лишь банальное сокращение должности конкретного сотрудника. Однако в обнародованном решении Совета директоров отмечается, что в случае нарушения того или иного требования сотрудники «подлежат увольнению в связи с сокращением их должности». На мой взгляд, никакого банального сокращения численности или штата работников организации здесь не наблюдается.

И еще п. 4 ст. 86 Трудового кодекса запрещает работодателю получать и обрабатывать персональные данные работника о его религиозных убеждениях и частной жизни. Это к вопросу о том, как руководству компании вдруг станет известно о том или ином несоблюдении работником установленных требований. Кстати, статью 137 Уголовного кодекса «Нарушение неприкосновенности частной жизни» пока никто не отменял, а ведь под ее действие попадают и те, кто собирает факты из частной жизни работников.

Таким образом, уволить сотрудников на основании несоблюдения тех или иных религиозных требований и не нарушить при этом закон вряд ли получится.

Ну а теперь о сути проблемы с социальной точки зрения. На самом деле можно только разделить боль руководства компании ОАО «Русское молоко» за нравственное состояние общества и будущее нашей страны. Грех стал нормой жизни. Однако является ли это поводом чуть ли не насильно под угрозой увольнения принуждать сотрудников компании к выполнению определенных правил поведения? Разве это путь к вере? Если хочешь изменить другого человека, может быть, не угрожать ему, а на примере других сослуживцев при помощи той же проповеди показать ему возможность другого пути, иной жизни?

Кроме того, нельзя забывать, что любая коммерческая организация помимо банального извлечения прибыли еще и выполняет социальные функции, например обеспечивает работой тех, кто проживает на определенной территории. Что делать тем людям, кто живет неподалеку от предприятия с жесткими религиозными требованиями, но исповедует иные религии?

В общем, вопросов много. И самый главный, мне кажется: достигнет ли такой способ борьбы за нравственность и укрепление веры своей цели? Или все ограничится неделей бурного обсуждения в прессе и блогах?