«На 80 человек — два унитаза, умывальник и баня раз в неделю»

Георгий Круглов Forbes Contributor
Муж многодетной матери Юлии Кругловой, осужденной на три года, рассказывает об условиях содержания и ходе процесса

Жительница Тольятти Юлия Круглова, мать четверых детей, беременная пятым, была недавно осуждена на три года колонии за экономическое преступление. Подробнее об этом читайте здесь. Ее муж Георгий Круглов рассказывает о ходе процесса.

О деле Юлии Кругловой

19 июня Тольяттинский суд приговорил к трем годам колонии общего режима мою жену Юлю. Ее арестовали прямо в зале суда. Она обвиняется в мошенничестве в особо крупном размере по злополучной ст. 159, ч. 4. Юля тогда находилась на седьмом месяце беременности.

Юля — не идеал жены-домоседки. Ни с одним из наших детей она не провела дома больше трех месяцев в декрете — выходила на работу. В 2003 году она возглавила открывшийся в Тольятти филиал московской страховой компании «ОРАНТА». В первые же полгода сделала больше 1 млн страховых сборов, потом эта цифра увеличилась до 15 млн рублей в месяц. В 2004 году Тольяттинский филиал признали лучшим из более чем 100 региональных. У Юли были отличные отношения с руководством региональной дирекции, неплохая для Тольятти зарплата в 60 000 рублей. Все изменилось в 2007 году. Компанию решили выставить на продажу, и тут обнаружились огромные финансовые «дыры» — деньги, необоснованно прокрученные через многочисленных посредников, фактически потерянные компанией. Московское руководство решило списать все убытки на несколько крупных филиалов.

В начале 2007 года Юле давали грамоты, а в конце года приехала финансовая проверка. Серьезных нарушений она не выявила, но мою жену уволили — незаконно, беременную. Практически сразу она устроилась в СК «Паритет». В Тольятти Юлю хорошо знают и ценят многие работодатели. А полгода спустя на «ОРАНТУ» нашелся покупатель — голландский холдинг. Тогда же Устюков, генеральный директор, подал заявление в прокуратуру, заявив, что моя жена присвоила себе деньги компании. Следствие шло около двух лет. Убрали следователя, который не нашел состава преступления, поставили другого.

Суть обвинения такова: СК «ОРАНТА» застраховала имущество Тольяттинского трансформаторного завода через агента, ООО «Картель». Агент был нужен, поскольку его директор Ткачев имел личные связи с руководством завода. Комиссионные «Картелю» составили 14 млн рублей и были выплачены на основании актов выполненных работ (общие выплаты трансформаторного завода «Оранте» составили 21 млн рублей — Forbes). Обвинение утверждает, что никаких актов не было, а Круглова перечислила деньги «Картелю» самовольно. Ткачев умер, а других свидетелей, которые могли бы подробнее рассказать о той сделке, нет. Хотя из электронной переписки между Кругловой и Устюковым, генеральным директором, видно, что последний был в курсе всего, что делала Юля. Итогом суда стал необычайно жесткий приговор, не учитывающий ни беременность, ни наличие малолетних детей. Сам я уже три года нахожусь под процедурой сокращения на предприятии «Тольятти каучук» и фактически живу на одну пенсию.

Об условиях содержания

После суда был ужас. Юля три часа ехала в автозаке под палящим солнцем в Сызрань, температура внутри достигала 45–50 градусов. К счастью, в СИЗО ее долго не продержали, а переправили в областную соматическую больницу закрытого типа в Самару. Там на отделение из 80 человек — два унитаза, один умывальник и баня раз в неделю. Наша система наказаний делает все, чтобы низвести осужденного до уровня животного. Каждый раз, когда я приезжаю к Юле и стою у ворот, оттуда выносят людей в черных пакетах. Каждый день в этой больнице кто-то умирает. Правда, начальник учреждения Платонов искренне старается нам помочь. Во-первых, он позволяет хранить в холодильнике специальные лекарства для Юли, купленные мной, — у нее сложно протекает беременность, предстоит пятое кесарево сечение, плюс аллергия на многие препараты. Во-вторых, поддержал ходатайство об изменении меры пресечения. Если что-то случится, Юле объективно невозможно будет оказать экстренную помощь в этой больнице.

Областной суд будет рассматривать наше дело не раньше середины сентября. До этого Юля находится под юрисдикцией судьи Хархан, той самой, что вынесла приговор. Только во власти Хархан изменить меру пресечения, то есть выпустить мою жену. Но судья отклонила уже три наших ходатайства. Неофициально нам передали такие слова: откажитесь от кассационной жалобы, и Юля получит условный срок. Но это значит согласиться с несправедливым приговором, отказаться от борьбы и согласиться с иском на 16 млн рублей, который Хархан удовлетворила сразу. А это практически полная конфискация всего нашего имущества! И что особенно страшно — все это делается от имени Российской Федерации!

Про Хархан говорят, что она не берет взяток, но безоговорочно выполняет команды «сверху». Все, чем я занимаюсь последний месяц, — отчаянно стараюсь привлечь внимание общественности к этому процессу. Я писал и президенту РФ, и в Верховный суд, и в Самарский областной суд… Пока получил только отписку из антикоррупционного комитета областной Думы. Сообщение в блог Медведеву вовсе не отправляется, как будто на слова «осужденный» или «статья» стоят фильтры.

На сайте http://kruglova.itlf.ru уже собрано более 1500 подписей за освобождение Юли.
Здесь каждый желающий может ознакомиться с документами по этому делу, написать свой комментарий и отдать свой голос за освобождение Юли. Такой путь посоветовала Светлана Бахмина, бывший юрист ЮКОСа, бывшая осужденная за экономические преступления, прошедшая все круги этого ада, мать троих детей. Она помогает мне. Мы надеемся, что внимание общественности и СМИ повлияет на областной суд, заставит его быть объективным, несмотря ни на какие предложения «сверху».

Записала Наталия Телегина

Новости партнеров
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться