IPO

Forbes
Павел Миледин Forbes Contributor, Андрей Кузьмичев Forbes Contributor
Выход на биржи десятков компаний можно рассматривать как своеобразный тест 
на зрелость российского капитализма. Частные собственники его прошли, государство провалило

С возвращением капитализма в Россию в стране появились предприниматели, создавшие бизнес стоимостью в десятки, а то и сотни миллионов долларов. Самый эффективный способ оценить свое предприятие и получить за него живые деньги — это превратить компанию из частной в публичную, то есть продать акции на бирже широкому кругу инвесторов.

Первый, кто с нуля создал бизнес и стал сказочно богатым, — основатель «Вымпелкома» Дмитрий Зимин, который в ноябре 1996-го открыл торги на NYSE ударом в гонг и в одночасье превратился в мультимиллионера. Рынок оценил российскую компанию в $800 млн, ее акционеры заработали десятки миллионов долларов. «Для простого советского человека — странная и тогда (хотите верьте, хотите не верьте) не сразу осознанная метаморфоза», — рассказывал Зимин в своих мемуарах. Главный российский реформатор Егор Гайдар так прокомментировал IPO «Вымпелкома»: «Об этом мечталось в начале реформы».

Впрочем, настоящий бум IPO случился только в середине 2000-х, когда собственники бизнеса нащупали новую золотую жилу. В 2004-м семь компаний из разных отраслей («Мечел», «Седьмой континент», «Открытые инвестиции» и др.) привлекли путем размещения акций $700 млн. В 2005-м фондовый рынок вырос на 80% — когда дешевых денег во всем мире хоть отбавляй, инвесторы не особо разборчивы. Тема публичного размещения акций стала настолько модной, что инвестиционные банкиры устраивали веерные рассылки предложений об организации IPO. Кто только не объявлял тогда о планах выйти на биржу. Минимальная сумма, привлеченная на IPO, составила $8 млн — алтайская мукомольная компания «Пава» в 2005 году продала инвесторам 10% своих акций.

А потом очередь 
дошла и до государственных гигантов. В 2006 
году на биржу вышла «Роснефть», в 2007-м — ВТБ. Продажа их акций была широко анонсирована государственными СМИ, дикторы на телевидении рассказывали с экранов о «народных IPO» — купить акции госкомпаний могли частные инвесторы. Пропаганда принесла плоды: в IPO ВТБ поучаствовало 124 000 человек, в размещении «Роснефти» — 115 000. С момента размещения акции банка подешевели на 34% (индекс РТС упал за тот же период на 17%), а акции нефтяной компании выросли всего на 
3% (индекс РТС вырос 
на 6%).

Государству нет никакого дела до недовольных миноритарев. Президент ВТБ Андрей Костин 
неоднократно ссылался на финансовый кризис 
и негативную конъюнктуру фондового рынка, возможно, справедливо, но дело не только в падении рынков, но и в 
неэффективном менеджменте. Миноритарный акционер госкомпаний Алексей Навальный неоднократно указывал на факты, которые могут свидетельствовать о вопиющих злоупотреблениях менеджмента. Но в отличие от горстки частных акционеров и журналистов основной собственник банка — государство — не обратил на эти сигналы серьезного внимания. Зачем? Ведь укрепление госкапитализма путем продажи акций ВТБ и «Роснефти» на биржах успешно состоялось. Нефтяная компания получила индульгенцию от иностранных инвесторов и легитимацию сделок с активами ЮКОСа, банк теперь растет за счет поглощения конкурентов на деньги казны.

Андрей Кузьмичев — профессор ГУ-ВШЭ

Новости партнеров