Юрий Мильнер. Рука Москвы - Технологии
$56.69
61.01
ММВБ2023.71
BRENT52.55
RTS1124.91
GOLD1251.22

Юрий Мильнер. Рука Москвы

читайте также
+826 просмотров за суткиНе только Маск: кто еще пытается связать мозг человека с компьютером +93 просмотров за суткиFortune назвал миллиардера Юрия Мильнера одним из величайших мировых лидеров +8 просмотров за суткиКорпоративный акселератор: как не стать отделом по борьбе с инновациями +142 просмотров за суткиОт 20 до 40: cамые молодые миллиардеры мира +59 просмотров за суткиДжефф Безос впервые вошел в тройку богатейших людей по версии Forbes +374 просмотров за суткиБогатейшие люди мира — 2017: рейтинг Forbes +5 просмотров за суткиКак стать совладельцем иностранной компании? +2 просмотров за суткиSnapchat привлек $3,4 млрд на IPO +13 просмотров за суткиВ Facebook за кроссовками: когда социальная коммерция войдет в жизнь? +6 просмотров за суткиЗачем Snap начинает массовые продажи очков Spectacles +14 просмотров за суткиЗа работой в соцсеть: зачем Facebook выходит на рынок интернет-рекрутмента? +3 просмотров за суткиЦукерберг: Facebook поможет бороться с терроризмом и предотвращать эпидемии Twitter и Tweeter. Семь ошибок в названиях на рынке акций +16 просмотров за суткиCоциальная сеть на $25 млрд: почему Snap может потеснить Facebook +5 просмотров за суткиApple, Facebook, Google и Microsoft выступили против иммиграционного указа Трампа +186 просмотров за суткиКак тренируются Брэнсон, Цукерберг и другие миллиардеры +105 просмотров за суткиЧистая прибыль Facebook за год увеличилась на 177% +2 просмотров за суткиКомпании, которые принесли Трампу максимальную прибыль +17 просмотров за суткиСостояние 10 богатейших американцев выросло за неделю после инаугурации Трампа на $16 млрд По полочкам: что носит первая леди Facebook Шерил Сэндберг Apple вновь возглавила рейтинг 50 самых инновационных компаний мира

Юрий Мильнер. Рука Москвы

Шеломенцев Роман для Forbes
Как Юрию Мильнеру удалось купить акции Facebook и почему эта сделка оказалась судьбоносной

16 сентября 2010 года Digital Sky Technologies (DST) сообщила о смене своего названия на Mail.ru Group. Это связано с разделением международных и российских активов DST, объяснил «Ведомостям» близкий к DST источник: в конце этого или начале следующего года российские активы будут размещены на Лондонской фондовой бирже, и нельзя, чтобы инвесторы путали инвестиционный бизнес DST и операционный.

В январе прошлого года два пользователя социальной сети Facebook познакомились «в реале». Одному из них пришлось для этого преодолеть на самолете путь из Москвы в Калифорнию, а затем добраться из аэропорта до офисного здания на Гамильтон-авеню в городке Пало-Альто, неформальной столице Кремниевой долины. Московского гостя звали Юрий Мильнер, он был совладельцем трех крупнейших на тот момент российских сайтов: Mail.ru, «Одноклассники» и «ВКонтакте». Принимал его 25-летний Марк Цукерберг, основатель Fаcebook, собравшей к тому моменту фантастическую аудиторию в 150 млн зарегистрированных пользователей и зарабатывавшей около $350 млн годовой выручки. Встреча продлилась несколько часов. Цукерберг и Мильнер не обсуждали денежных вопросов — говорили лишь о том, как будет развиваться интернет. Но через несколько месяцев этот разговор вылился в сенсационную сделку: русские стали совладельцами Facebook.

Сделка подняла Мильнера и возглавляемую им компанию Digital Sky Technologies (DST) на недосягаемую высоту: в этом году американский журнал Fortune включил Мильнера в пятерку «самых умных технологических инвесторов» на планете. Сама структура сделки стала своего рода ноу-хау: интернет-стартапы в США теперь ищут инвесторов, готовых вложиться в их бизнес «на условиях DST». И эта всемирная известность, кажется, радует Мильнера даже больше, чем тот банальный факт, что в течение ближайшего года он, бывший советский физик, может официально стать миллиардером.

 

Прорваться к Цукербергу

Добиться аудиенции у Цукерберга — большая удача. Основатель Facebook, главного чуда интернета со времен появления Google, — из тех людей, про которых принято говорить «себе на уме».

Cамая популярная в мире социальная сеть начиналась как платформа для общения студентов и выпускников Гарварда. Цукерберг написал программу в комнате своего гарвардского общежития в начале 2004 года. Университет он так и не окончил и в том же году переехал в Кремниевую долину, где получил первые инвестиции — полмиллиона долларов. Уже в 2006-м Yahoo предложила купить у него Facebook за $1 млрд, но Цукерберг отказался. Это в его стиле. Утверждают, что он может запросто отменить встречу с одним из боссов Microsoft рано утром потому, что предпочитает выспаться.

Для Мильнера кратчайший путь к Цукербергу лежал через одного из акционеров DST — американский инвестиционный банк Goldman Sachs, известный своими связями в высших политических и деловых кругах США. Банкиры вышли на финдиректора Facebook Гидеона Ю — он и убедил Цукерберга встретиться с Мильнером.

Встреча оказалась как нельзя кстати. Весной 2009 года, в разгар кризиса, в Facebook решили, что компании не помешает финансовая подушка, и придирчиво выбирали покупателя на небольшой пакет акций. А 26 мая в новом доме Цукерберга — в его первом доме, куда он переехал из скромной квартиры всего неделей раньше, — было подписано соглашение, по которому DST за $200 млн купила 1,96% акций американской социальной сети.

Почему именно DST?

Исходя из этой сделки, весь Facebook был оценен в $10 млрд, притом что весной 2009 года экспертные оценки стоимости Facebook колебались в диапазоне $2–4 млрд. Русские предложили больше денег, чем любой из пяти американских претендентов. Кроме того, DST пошла на уступки, неприемлемые для остальных потенциальных покупателей: отказалась от места в совете директоров Facebook и от других инструментов влияния на работу компании (это теперь и называют в Америке DST-style deal).

«Почему нам, а не другим Facebook дал проинвестировать эту покупку? Мы очень комфортные», — рассказывает Мильнер. Комфортность не означает отсутствия аппетита: со временем стало очевидно, что, уступив по целому ряду позиций, DST попросила встречных уступок. В частности, российская компания получила «право первой ночи»: если Facebook или его сотрудники намеревались продать очередной пакет акций, его предлагали в первую очередь DST. Компания продолжала скупать акции по ценам, на треть меньшим, чем при первой сделке. К лету нынешнего года DST потратила на скупку не менее $700 млн, увеличив свою долю до 10%. Исключая Цукерберга, столь крупный пакет сейчас есть только у легендарной Accel Partners, первой из венчурных компаний купившей акции Facebook в 2005 году.

Растущий портфель

«Мильнер очень-очень умный человек, — рассказывает Forbes управляющий партнер Accel Partners Джим Брейер, — и DST оказала действительно серьезное влияние на бизнес социальных медиа США». По крайней мере, это влияние уже сказывается на бизнесе самой DST: Мильнеру стало гораздо проще разговаривать с потенциальными партнерами и расширять свой инвестиционный портфель. В конце 2009-го DST договорилась о покупке пакета акций Zynga, создателя онлайн-игр, в частности самой популярной в Facebook игры FarmVille. А в этом году инвестировала в Groupon. Этот сервис, позволяющий посетителям совместно получать скидку на тот или иной товар или услугу («групповой купон»), стал очередной интернет-сенсацией. Groupon появился всего лишь полтора года назад, но уже к концу 2010-го обещает достичь выручки $500 млн. Весной инвесторы оценили сайт в $1,35 млрд. За столь короткий срок лишь одной интернет-компании удалось преодолеть миллиардный порог — YouTube, но этот видеохостинг до сих пор не приносит прибыли, в то время как Groupon вышел на окупаемость чуть ли не сразу. Инвестировать в Groupon хотели многие, но совет директоров остановил выбор на DST. «Почему именно мы?» — спросил Мильнер у основателя компании, когда тот позвонил ему сообщить приятную новость. Он ответил, что очень хотел, чтобы его компания была в одном ряду с Facebook и Zynga.

Еще одним громким приобретением Мильнера в этом году стал сервис мгновенных сообщений ICQ, особенно популярный в России, Израиле и Германии. Американская AOL рассталась с ним за $187 млн, притом что потратила с 1998 года на покупку и развитие ICQ в два раза большую сумму.

«Юрий [Мильнер] увидел возможность там, где американские инвесторы были слепы», — рассуждает Уильям (Бинг) Гордон, партнер фонда Kleiner Perkins Caufield & Byers, крупнейшего венчурного инвестора Кремниевой долины. Но прежде чем прозреть, Мильнер пережил череду разочарований — ведь бизнес DST, строительство которого началось 10 лет назад, едва не закончился крахом вскоре после старта.

Из физиков в инвесторы

Решение инвестировать в интернет было результатом «чистого анализа», утверждает 48-летний Юрий Мильнер, дипломированный специалист в области квантовой хромодинамики — раздела физики, изучающего взаимодействие элементарных частиц. Окончив в 1985 году физфак МГУ, Мильнер работал в одном из институтов Академии наук, в отделе будущего нобелевского лауреата Виталия Гинзбурга. Начал бизнес он, как многие тогда, с торговли компьютерами, но потом сделал необычный шаг: в 1990-м уехал в США, где поступил в престижную Уортонскую школу бизнеса. Он успел поработать во Всемирном банке, а в 1995 году вернулся в Россию на пост гендиректора «Альянс-Менатеп», инвестиционно-брокерской компании в группе Михаила Ходорковского. В 1999 году на глаза ему попался обзор аналитика Morgan Stanley Мэри Микер о состоянии и перспективах бизнеса в интернете.

«Меня впечатлили две вещи: экономика масштаба, когда небольшое количество людей может предоставлять сервис огромному количеству, и то, что называется user generated content, — ты занимаешь некую «недвижимость» в интернете, даешь людям правила игры, они туда приходят и начинают создавать что-то в невероятных масштабах», — вспоминает Мильнер. Не нужно было придумывать ничего нового — просто перенести в российский интернет работающие модели лидеров мирового интернета: портала Yahoo, магазина Amazon, аукциона eBay, сервиса домашних страничек Geocities и т. д.

Старт в интернете

За инвестициями Мильнер обратился к своему старому знакомому по «Менатепу» Григорию Фингеру, который в тот момент руководил российским отделением американского инвестиционного фонда New Century Holding (NCH). Фонд согласился инвестировать $4,5 млн, но с условием, что Мильнер и Фингер вложат по $750 000 из личных средств. В 1999 году Мильнер, Фингер и NCH создали компанию NetBridge, которая позже превратилась в DST. Фонд NCH вышел из российских интернет-проектов примерно в 2005 году, а Мильнер и Фингер остались партнерами по сегодняшний день.

За первый год своего существования NetBridge купила или создала с нуля несколько проектов, в большинстве своем являющихся калькой западных сайтов и порталов. Но уже во второй половине 2001 года всю мировую интернет-индустрию накрыл лопнувший «пузырь доткомов» — обесценились и разорились тысячи компаний. «Многие проекты были убыточными и до светлого будущего не дожили», — вспоминает Мильнер. Уже во время кризиса, в феврале 2001 года, netBridge объединилась с популярным тогда порталом Port.ru Евгения Голанда и его партнеров, которому в числе прочих принадлежала почтовая служба Мail.ru (Голанд и партнеры в дальнейшем вышли из бизнеса, продав свои доли владельцам NetBridge). Так в собственности единой компании оказалось несколько десятков проектов, доходы от которых не покрывали расходы на содержание. В 2001 году Мильнер стал гендиректором Mail.ru, но на этом посту занимался в основном разгребанием завалов: в кратчайшие сроки объединенная компания сократила три четверти сотрудников и снизила расходы на 80%.

Друид-эльф-гендиректор

После ревизии активов самым важным был признан почтовый сервис Mail.ru. «Он быстрее всех рос и имел больше всего юзеров», — объясняет нынешний гендиректор Mail.ru и миноритарный акционер DST Дмитрий Гришин.

Карьера этого молодого человека во многом характеризует работу и устройство DST. В 2001 году он, 21-летний программист, занимал должность руководителя отдела разработки интернет-аукциона Molotok. За следующие четыре года он совершил стремительный карьерный взлет — от руководителя сервисного центра объединенной компании NetBridge и Port.ru к посту гендиректора Mail.ru. Приникшие к мониторам молодые люди, которые живут от зари до зари в игровом мире World of Warcraft (WoW), часто становятся героями шуток и анекдотов. Гришин — живое опровержение этого стереотипа: в WoW он друид-эльф 80-го уровня, но при этом руководит информационно-развлекательным порталом с 80 млн зарегистрированных пользователей и годовым оборотом больше $126 млн.

Как он добился таких успехов? Гришин говорит: «Я на работе сидел круглые сутки, меня все это безумно перло — и технологии, и интернет, было ощущение, что это мое». Мильнер же, в свою очередь, доволен тем, что его главную российскую компанию возглавляет человек, умеющий писать компьютерный код. «Все успешные интернет-компании мира управляются программистами, — говорит Мильнер. — А любые попытки передать управление непрограммистам имели плачевные последствия».

Главное, вовремя вернуться

К осени 2003 года Mail.ru впервые удалось выйти в прибыль, но Мильнера к этому времени в компании уже не было — в январе 2003 года он занял пост гендиректора и главы правления концерна «Нефтяной», сохранив за собой пост главы совета директоров Mail.ru. Мильнер говорит, что уход в «Нефтяной» был вынужденным: интернет не приносил денег, и сбережения 1990-х заканчивались. Впрочем, «Нефтяной» имел прямое отношение к Mail.ru — еще в 2000 году глава концерна Игорь Линшиц вложил в эту компанию первый $1 млн и до середины 2000-х годов оставался одним из ее крупнейших акционеров. Из «Нефтяного» Мильнер ушел в 2005 году, когда началась новая революция в интернете — социальная, которая продолжается до сих пор.

Сайт Цукерберга рос на 1% в день. «Я увидел, какую скорость показывает Facebook — пусть на малых оборотах, но зато вообще без какой-либо рекламы», — восторгается Мильнер. В 2005 году он предложил Фингеру создать новую компанию, которая будет одновременно инвестиционным фондом и инкубатором для перспективных интернет-проектов. С этого момента DST начала масштабную экспансию. Компания сосредоточилась на двух направлениях. Первое — социальные сети, поисковики, платежные системы и прочие «инфраструктурные» проекты. Второе — онлайн-игры. То есть все то, где была описанная еще в 1990-х аналитиком Morgan Stanley «экономика масштаба»: малое количество сотрудников создают услугу для миллионов пользователей.

Soft power

Денег партнеры не жалели. «Цена, предложенная DST, превышала те цифры, которые на тот момент нам предлагали другие фонды», — говорит Павел Дуров, один из создателей и гендиректор социальной сети «ВКонтакте», пакет акций которой DST купила в 2007 году. Ему вторят другие основатели приобретенных DST проектов: если компания считала стартап интересным, она готова была заплатить в три и даже в пять раз больше, чем предлагал любой другой инвестор. «Они скупали игровые компании по очень заряженным ценникам, — рассказывает один из собеседников Forbes. — Например, TimeZero купили за 10 ее годовых выручек: это совершенно нерентабельно, но они хотели создать самую крупную компанию на этом рынке».

Кроме того, DST не требовала от основателей компаний быстрого возврата инвестиций. «DST умеют дожидаться, а большинство инвесторов не умеют — хотят, чтобы ребенок был пусть кривенький, косенький, но прямо сейчас, и это часто все портит», — рассказывает основатель купленного DST разработчика компьютерных игр Nival Сергей Орловский (недавно стал еще одним миноритарным акционером DST).

В ход шли не только деньги: Мильнер готов был потратить часы, недели, если надо — месяцы на уговоры и убеждения владельца даже самого небольшого интернет-проекта. «У Мильнера есть то, что называется soft power, — он никогда не действует силой, он убеждает», — говорит Борис Ким, совладелец интегратора платежных систем OE Investments (владеет терминалами Qiwi), пакет которой стал первым приобретением DST.

«Он очень цепкий парень, — рассказывает Forbes основатель одного из стартапов, переговоры с которым вел DST. — Когда ему было нужно расположить к себе, он звонил буквально каждый день, приглашал к себе на день рождения, уговаривал. Он вообще обаятельный человек». Это свойство помогло Мильнеру, когда в 2008 году разразился мировой кризис, лишивший DST возможности продолжать экспансию. У DST и его компаний уже были в акционерах Goldman Sachs, фонд Tiger Global и южноафриканский медиаконцерн Naspers. Но осенью 2008-го «западный капитал полностью исчез из этого сектора», вспоминает Мильнер. Однако деньги остались у российских олигархов, и основатель DST начал переговоры с совладельцем металлургической компании «Металлоинвест» Алишером Усмановым.

Деньги Усманова

На первый взгляд, у деспотичного Усманова, сколотившего свои миллиарды на работе в реальном секторе, не могло быть с Мильнером ничего общего. Тем не менее точки пересечения нашлись. Усманов, как ни странно, был одним из первых российских интернет-инвесторов: еще в 2000–2001 годах он вложил деньги в электронную биржу металлов. Проект этот прогорел, но миллиардер не охладел к онлайн-индустрии: в 2008-м он приобрел половину компании Sup Fabrik, владеющей самым популярным в России блогсервисом LiveJournal. Знающий Мильнера человек говорит, что основатель DST восхищен энциклопедическими знаниями Усманова и его способностью прочитывать по 250 страниц текста в день: однажды они обсуждали политику Израиля, и Усманов смог назвать на память имена всех 20 министров иностранных дел от Моше Шарета и Голды Меир до Авигдора Либермана.

Переговоры между Мильнером и Усмановым шли несколько месяцев, в это время представители миллиардера тщательно оценивали все интернет-активы, но в итоге Усманов согласился предоставить инвестиции в обмен почти на треть акций DST.

Это породило разговоры о том, что таким образом Кремль через близкого к себе бизнесмена устанавливает контроль над российским интернетом: «ВКонтакте», Mail.ru, «Одноклассники» и несколько других сайтов, подконтрольных DST, обеспечивают 70% всех page views рунета. Чем не стратегический объект? Мильнер от подобных предположений открещивается. «C 2000-го по 2008 год у нас были в основном западные инвесторы, про них никто не задавал мне вопросов, считалось, что западные — это ОК. Но в кризис надо искать проектное финансирование «близко к дому», это объяснимый процесс», — говорит он. Деньги Усманова позволили компании выкупить доли совладельцев игрового холдинга «Аструм», в создании которого DST принимала непосредственное участие, а также собрать силы для прорыва на Запад. «Все развивалось по спирали: Facebook нас вдохновил изначально, а потом наше вдохновение вернулось к нему же», — говорит Мильнер.

То «ВКонтакте», то нет

Со временем вернулись и иностранные деньги: в этом году южноафриканский фонд Naspers получил 28% акций DST в обмен на $438 млн и 40% принадлежавших ему акций Mail.ru, а китайская Tencent заплатила $300 млн за 10% акций DST, оценив таким образом всю компанию в $3 млрд. Однако Goldman Sachs, Morgan Stanley и JPMorgan, которые организуют IPO, считают, что при размещении компания должна стоить не менее $5–6 млрд, — эту информацию летом 2010 года на условиях анонимности сообщили газетчикам сразу несколько источников в банках и самой DST. IPO — это, помимо прочего, строгие правила корпоративного управления, а между тем благодаря фирменной мильнеровской политике soft power в портфеле DST есть компании, которым трудно будет соответствовать заданным извне стандартам.

Социальная сеть «ВКонтакте» на российском рынке имеет репутацию enfant terrible: по любому вопросу у ее основателей есть собственное мнение, с ней непросто договориться о совместных проектах. Гендиректор и один из создателей «ВКонтакте» Павел Дуров — человек, по возможности избегающий любого личного общения. «Круглый отличник, который имеет при этом двойку за поведение» — так характеризует его один из коллег. Он чем-то напоминает основателя Facebook Цукерберга (они ровесники), а созданная им социальная сеть поначалу и вовсе была русскоязычным клоном Facebook. Мильнер говорит, что если бы Дуров жил в Америке, он стал бы «вторым Цукербергом».

Дуров по образованию лингвист. Еще будучи студентом филфака Петербургского государственного университета, он запустил два небольших, но успешных проекта — профессиональный сайт для филологов и форум студентов СПбГУ, а затем в 2006 году открыл сайт VKontakte.ru, на котором пригласил регистрироваться студентов со своего форума.

Что послужило причиной стремительного взлета, в результате которого «ВКонтакте» собрал более 80 млн пользователей и обогнал стартовавшую раньше социальную сеть «Одноклассники»? На этот счет есть противоположные мнения. Одни считают, что «ВКонтакте» вовремя предложил аудитории расширенные возможности для общения. Другие — что успех «ВКонтакте» обеспечен в основном неформальным разрешением пользователям выкладывать на своих страницах любой аудио- и видеоконтент, в том числе пиратский и порнографический. В результате сложилась ситуация, когда «ВКонтакте» стала одним из крупнейших хранилищ подобных файлов в рунете, никак за это не отвечая: ведь выкладывают материалы пользователи, а сеть вроде бы «ни при чем». Но в июле этого года суд оштрафовал «ВКонтакте» на 1 млн рублей в пользу ВГТРК и обязал следить за тем, какой контент выкладывают пользователи сети.

Примиряй и властвуй

Дуров и еще один совладелец «ВКонтакте» Лев Левиев считают, что советы и помощь со стороны им не нужны. «У DST с «ВКонтакте» все не очень хорошо, потому что часто нет взаимопонимания. Именно поэтому Mail.ru сейчас активно «качает» свою социальную сеть «Мой мир», хотя она прямой конкурент «ВКонтакте», — осторожно говорит один из собеседников Forbes, знакомый с внутренней кухней DST. Но когда летом прошлого года Юрий Мильнер предложил Дурову познакомить его с Цукербергом, Дуров без раздумий полетел в Пало-Альто. «Мне было проще найти общий язык с Марком в Пало-Альто, чем со многими нашими соотечественниками в Москве», — рассказывает Дуров. По его словам, создатель Facebook живо интересовался последними на тот момент наработками «ВКонтакте», в особенности виртуальной валютой и сбором денег с разработчиков сторонних приложений. Уже после встреч с Дуровым Facebook запустил собственную валюту Facebook credits и ввел 30%-ный «налог» на приложения.

Такие неформальные представления партнеров в своих проектах друг другу — излюбленная тактика DST. «Когда у DST появляется новый актив, они буквально за руку людей оттуда водят по всем остальным, объясняя: это тоже теперь наши, это буквально родственники», — рассказал один из собеседников Forbes. Никаких попыток навязать свою стратегию или вынудить уступить — не потому, что компанией управляют альтруисты, а потому, что такое поведение максимально эффективно в этой отрасли. Интернет-компания — не завод; если сотрудникам что-то не понравится, они встанут и уйдут, тем самым уничтожив саму компанию. Конфликты DST также предпочитает улаживать мирно: когда в процессе создания игрового холдинга «Аструм» обострился застарелый конфликт между главой Nival Орловским и президентом Игорем Мацанюком, DST просто выкупила долю Орловского, предоставив ему помимо денег небольшой пакет своих акций, а также купила долю в его новой компании. «Наш основной принцип — сесть в одну лодку с основателями и не делать ничего такого, что бы противоречило их интересам. Корпоративный активизм в технологической отрасли — это не наш метод», — говорит Мильнер.

Цели и задачи

Мильнер отказывается обсуждать вопросы, связанные с размещением акций, но стратегию DST можно предугадать по последним действиям компании: лишь полный контроль гарантирует отсутствие разногласий. Летом 2010 года DST завершила консолидацию Mail.ru, сейчас холдингу принадлежит 100% акций. Игровой холдинг «Аструм» уже является составной частью Mail.ru. Похоже, что частями Mail.ru станут также ICQ, 100% которой принадлежит DST, и «Одноклассники», скупку акций которых компания рассчитывает завершить в ближайшее время. Активы вроде «ВКонтакте» и OE Investments, полный контроль над которыми в ближайшее время получить вряд ли удастся, останутся дружественными компаниями и портфельными инвестициями.

Совершенно точно в IPO не будут участвовать активы подразделения DST Global — основная доля пакета Facebook, акции Zynga и Groupon, но эта часть компании продолжит активно расти. DST обещает потратить в ближайшее время не менее $1 млрд на покупку новых интернет-проектов, в том числе совместно с другими крупными инвесторами. «Я много раз встречался с Юрием в США, приезжал к нему в Москву и Санкт-Петербург. Мы активно обсуждаем возможность долгосрочного сотрудничества в отношении Facebook, а также совместные инвестиции в новые видео- и социальные проекты в России и США», — говорит Джим Брейер из Accel Partners. В числе наиболее вероятных целей DST и партнеров называются сервис микроблогов Twitter, социальный сервис Foursquare и другие проекты, связанные с быстрой коммуникацией.

Революция, в которую верит Мильнер

Мильнер считает, что системы социального общения не очередная мода в интернете, а полноценная революция, которая полностью и необратимо меняет облик сети и продлится еще как минимум 10 лет. Его ставка — взять от этой революции максимум. «Я верю, что идет цунами, которое поднимает много лодок, и если ты сидишь в большой лодке, ее может поднять очень высоко», — говорит Мильнер.

«Три года назад Facebook запустил открытую платформу, открыл сайт для внешних разработчиков, — перечисляет он этапы этой революции. — Сегодня миллион разработчиков во всем мире пишут сотни тысяч приложений для социальных сетей, пользуясь которыми вы можете вообще никуда не ходить, потому что у вас все здесь, начиная от погоды и заканчивая играми и общением в группах по интересам». Его воодушевляет успех проекта Facebook Connect: используя свой профиль в сети Цукерберга, пользователи видят на множестве сайтов, что там делали их друзья. «ВКонтакте» и Mail.ru недавно запустили аналогичные проекты в рунете.

Еще одно следствие этой революции — снижение роли прежних королей сети — поисковиков. Социальные сети обычно не пускают в свое интернет-пространство поисковые машины, лишая их монополии на трафик, а значит, заработка. Те судорожно ищут выход из ситуации: Google, поисковик №1 в мире, в этом году сам спешно запустил Buzz, приложение к почте Gmail, имитирующее (без особого успеха) функции социальной сети, а пока платит десятки миллионов долларов сервису микроблогов Twitter за право поиска в его сообщениях.

«Монетизация находится на очень ранней стадии, но уже сейчас мы видим в социальных сетях диверсифицированный набор источников прибыли: если у Google 95% заработка — это продажа слов, то в социальных сетях способов заработка множество», — говорит Мильнер. Сейчас это игры, виртуальные подарки, налоги на приложения и набирающая силу «супертаргетированная» реклама. Благодаря Facebook Connect сеть Цукерберга распространяется на весь интернет: вы не только видите, кому из ваших друзей какой контент понравился, — Facebook на других сайтах будет показывать рекламу, ориентированную только на вас. Такая реклама может быть особенно эффективной благодаря открытости информации о пользователях сети: с расширением Facebook эпоха анонимного интернета почти закончилась — люди регистрируются в сети под собственными именами, оставляя свои личные, невыдуманные данные.

Но что если Мильнер ошибся со своей главной ставкой и через два-три года социальные сети станут надоевшей игрушкой, а вниманию пользователей будет представлено невиданное ранее чудо, созданное очередным студентом-программистом? «В DST-то как раз гораздо лучше других понимают, что будет следующей парадигмой», — уверяет Сергей Орловский. «Если у кого-то есть шанс попасть на следующий поезд, то скорее у самих DST, чем у любого внешнего инвестора, который придет на рынок даже с очень большими деньгами. Деньги в интернете — не самая сложная часть уравнения», — добавляет он.