Forbes продолжает публиковать интервью с известными российскими интернет-предпринимателями и специалистами. На этот раз о том, как зарабатывать на видеоконтенте в Рунете, что больше всего смотрят в интернете и почему с «ВКонтакте» не удается бороться, рассказывает гендиректор «Веб ТВ» (владеет Zoomby.ru) Юлия Митрович. 

Полную аудиоверсию интервью можно послушать на сайте программы «Рунетология».

Максим Спиридонов: Если попробовать выделить несколько доминирующих трендов в Рунете, то это будет мобильный интернет и все, что с ним связано, социальные сети и аффилированные с ними проекты и, конечно, видео в cети. О том, как чувствуют себя сегодня онлайн-кинотеатры, каким видят свое будущее, как конкурируют между собой и борются с нелицензионным видеоконтентом в торрентах и соцсетях, мы говорим сегодня c Юлией Митрович, генеральным директором ОАО «Веб ТВ», владеющим видеопорталом Zoomby.ru.

Я задавал уже, помнится, подобный вопрос в одном из выпусков «Рунетологии» о видеопорталах. Задам его и вам для затравки. Убьют ли видеопорталы, подобные вашему, традиционное ТВ?

— Я думаю, что традиционное ТВ они не убьют. Пользователи будут потреблять контент абсолютно в любом месте, в любое время. Если человек находится перед телевизором, то по телевидению, если он находится в метро, то на планшете, если перед компьютером, то на компьютере.

— Какой экран будет доминировать? Мне нравится теория о том, что будут три основных экрана — наладонник, ноутбук и большой экран дома.

— Да, я с вами согласна. Вопрос в том, какой контент будут потреблять люди. Короткометражный контент можно смотреть на маленьких мобильных устройствах, но если это качественная картинка, то ее захочется смотреть на большем экране. Минимальный размер — это планшетник.

— Насколько, по Вашему мнению, короткометражный контент доминирует?

— Он, безусловно, доминирует на сегодняшний момент. В основном это user generated content, а он практически всегда короткометражный. Средняя длина ролика на YouTube — от 3 до 5 минут.

— Не означает ли это деградацию пользовательского спроса?

— Я не думаю, что это деградация. Это вопрос предложения. Как только появятся ресурсы, на которых можно будет легально смотреть большое количество контента в хорошем качестве, люди начнут его смотреть. Мы это видим, потому что мы растем очень быстро.

— Zoomby — это ваш продукт? Вы его строили или пришли в готовый проект?

— Перед тем как прийти в Zoomby, я работала в компании McKinsey, занималась телекоммуникациями и медиа. В какой-то момент мне захотелось уйти в реальный бизнес, а интернет — самая быстрорастущая часть медиа. Мы задумали Zoomby в 2007 году, когда я присоединилась к акционерам, но первым генеральным директором была не я.

— Как возникла идея? Откуда появилось желание зарабатывать на видео?

— Все смотрят на западный опыт. Мы тоже смотрели на Америку. Тогда был бум видеопорталов. Мало кто выжил, но было два проекта, которые стали успешными,  нам были понятны их бизнес-модели — Hulu и Netflix. Hulu был бесплатным в тот момент и сейчас остается в большей степени рекламной площадкой. Netflix был платным. Нам тогда казалось, что платная модель не сможет прижиться в нашей стране, а рекламная модель будет работать.

— Видео в России смотрят больше, чем в других странах?

— Да. СomScore недавно проводил исследование, по результатам которого Россия по отношению к другим европейским странам имеет больше 100%. В России смотрят видео в интернете больше, чем в Англии или Германии.

— В Европе или в мире? Скажем, в соцсетях Россия и Израиль одни из рекордсменов по времени пребывания.

— Да. В видео точно также. Я не уверена, что в мире, но в Европе точно.

— Весьма любопытно. Сегодня Zoomby — бизнес?

— Да, это бизнес. Это заметный игрок, мы занимаем немаленькую долю рынка с точки зрения просмотров и монетизации. Я считаю, что мы уже не стартап.

— Не тесно ли вам на рынке? Тенденцию подметили не только вы. Миллионы долларов вложили несколько компаний, и на сегодняшний день есть Tvigle, ivi, Now (работающий по платной модели) и другие.

— Сначала любой рынок проходит через большое количество игроков, в какой-то момент происходит консолидация. Я думаю, что она произойдет, потому что это дорогой бизнес. На сегодняшний момент чем больше игроков, тем лучше, потому что это развивает рынок рекламы.

— Потом, вы считаете, рынок укрупнится, и останется два-четыре крупных игрока, в том числе и вы?

— Безусловно. Что такое Zoomby на сегодняшний день? Крупнейший игрок в телевизионном контенте. Это так, потому что мы фокусируемся на этом виде контента. Телевизионный контент — это самое главное для нас. У нас есть стратегический партнер в виде ВГТРК. Он дает нам практически весь контент, на который у него есть эксклюзивные права. Это уже 25% всего телевизионного контента в России, все остальное мы пытаемся агрегировать. Так как пользователь хочет видеть агрегацию, ему не очень удобно ходить по разным сайтам, то он привыкает к тому, что на Zoomby он может найти практически весь телевизионный контент. Я думаю, что он становится лояльным.

— Ваше основное конкурентное преимущество заключается в том, что вы обладаете возможностью выкладывать контент ВГТРК?

— Это не единственное наше преимущество. Мы точно так же работаем с другими каналами, но то, что мы выкладываем телевизионный контент в течение двух-трех часов после того, как он вышел в эфире, — это, безусловно, наше конкурентное преимущество.

— Фактический вы являетесь онлайн-приставкой для ВГТРК?

— Почему для ВГТРК? Для всех каналов. Мы работаем практически со всеми каналами, за исключением ТНТ и НТВ, потому что в «Газпром медиа» принято такое стратегическое решение. Со всеми остальными так или иначе работаем. Работаем с «СТС-Медиа», с ТВЦ, у нас эксклюзив с ними, с РТВ, Пятым каналом.

— Большая часть программ, которые выходят на перечисленных вами телеканалах, появляются через пару часов у вас. По какому принципу происходит отбор программ?

— Это зависит от того, есть ли права у самого канала. Иногда мы покупаем не весь контент, а выбираем лучшее.

— Вы покупаете контент или берете на реализацию?

— Это зависит от контента. Практически всегда мы берем на реализацию. Есть модель разделения доходов, но, если это очень смотрибельный контент, то нам приходится за него платить.

— Сегодня Zoomby работает только в России?

— Мы работаем на страны СНГ, и у нас около 20% трафика приходится на эти страны, но фокусируемся мы на России.

— Я пытался зайти на ваш сайт из Германии, где я сейчас нахожусь, и мне это сделать не удалось.

— Так как весь контент ограничен по географии, и рекламодатель, размещая рекламу у нас, хочет видеть исключительно Россию, мы фокусируемся на этом рынке.

— Каковы примерно ваши объемы рекламы? Это только прероллы и построллы (рекламные ролики до и после видео)?

— На сегодняшний день это прероллы и построллы. В ближайший месяц мы начинаем показывать мидроллы, потому что мы исчерпали весь инвентарь по прероллам и построллам. У нас около 12 млн просмотров в месяц, даже чуть больше. Соответственно, 24 млн просмотров рекламных роликов.

— Солидно. А кто является вашими рекламодателями?

— Наши рекламодатели — это крупнейшие телевизионные рекламодатели, то есть Procter & Gamble, Unilever, «Билайн», МТС, «Мегафон» и другие. У них уже есть готовые ролики, им понятен этот формат. Так они коммуницируют со своей аудиторией, плюс им нужен охват.

— Содержание подобного рода проектов — очень дорогая история. Я знаю, что вы потратили порядка 3 млн на запуск и планировали вложить до 10 млн. Эта цифра как-то корректировалась?

— Это примерно те цифры, о которых мы до сих пор думаем.

— Операционная окупаемость уже наступила?

— Нет. Планируем в конце следующего — начале 2013 года.

— Как бы вы обрисовали сегодняшний рынок? Опишите тех, кто работает вместе с вами, и тех, кто работает в нелегальном ключе. Что собой представляет видео в онлайне?

— К сожалению, на сегодняшний момент видео в онлайне — в основном нелицензионный  контент. Большинство просмотров приходится на крупнейшую социальную сеть в России — «ВКонтакте». Это то, с чем нам сложно бороться. С этим можно бороться лишь качеством сервиса, который ты предоставляешь, интерфейсом и скоростью показа контента. Почему мы фокусируемся на телевизионном контенте? Потому что нам кажется, что это реальнее. Если мы показываем что-то через час-два после выхода в эфире, пользователь это посмотрит у нас. Если он хочет посмотреть фильм, который вышел в кинотеатре вчера, то его по определению невозможно легально получить, а во «ВКонтакте» его можно посмотреть на следующий день.

— Юридически вы с ними  пытаетесь бороться?

— Юридически с этим пытались бороться все, но пока никому не удалось. У нас в России люди привыкли смотреть видео в «ВКонтакте», а в мире видео в соцсетях не смотрят. Например, в Facebook его не смотрят, а идут на конкретные порталы. Мы не пытаемся бороться с пиратством. Нам кажется, что этим должны заниматься госслужбы или правообладатели, чей контент воруют. Мы же пытаемся предоставить пользователю возможность не ходить на пиратские сайты. В чем-то мы, безусловно, выигрываем, в чем-то проигрываем.

— Не пытались ли вы каким-то образом договориться об интеграции с «ВКонтакте», при которой ваше приложение имело бы серьезный приоритет и именно в нем смотрели бы лицензионные видео?

— С кем-то мы так договариваемся. Например, с Mail.ru у нас такая схема. Если мы им даем какой-то контент и он есть у них в виде UGS (user generated content), то они показывают наш контент. С «ВКонтакте» договориться гораздо сложнее. Мы предпочитаем ничего не делать с «ВКонтакте», но, я думаю, это вопрос времени, и такого пиратства в нашей стране не будет.

— Сколько процентов по Рунету приходится на нелицензионное видео?

— Очень много. На «ВКонтакте» и RuTube приходится около 70-80% просмотров.

— И около 30% смотрят в онлайн-кинотеатрах типа вашего?

— Да, типа нашего или на сайтах телеканалов.

— Что больше мешает развитию бизнеса — нелицензионное видео в социальных сетях или торрентах?

— Это сложный вопрос. Мы оцениваем нелегальные ресурсы вместе. Если считать, что наша модель — стриминговая, то есть пользователь должен быть подключен к интернету, то прямой конкурент — это «ВКонтакте», потому что с торрентов люди скачивают видео и смотрят его в офлайне.