Forbes
$66.09
73.43
DJIA18472.17
NASD5139.75
RTS924.61
ММВБ1939.86
Дмитрий Филонов Дмитрий Филонов
редактор Forbes 
Поделиться
0
0

Перевозка технологий: как венчурные инвестиции помогают бизнесу Зияудина Магомедова

Перевозка технологий: как венчурные инвестиции помогают бизнесу Зияудина Магомедова
Фото Артема Голощапова для Forbes
Бизнесмен инвестировал в самые модные стартапы Кремниевой долины

Сентябрь 2013 года. Обладатель трех премий Grammy британец Seal исполнил несколько песен, отложил гитару и перевел взгляд на Кавказские горы. «Я понял, в чем твой секрет, Зияудин! Ты напитываешься энергией этих гор», — вспоминает слова певца один из участников частного мероприятия в дагестанском селе Шотота. Шел второй день торжеств по поводу открытия представительства американского стартап-инкубатора Plug & Play в Махачкале, чьим основным спонсором стал Зияудин Магомедов. Шотота — родовое село Магомедова. На открытии присутствовали президент Дагестана Рамазан Абдулатипов, глава Минкомсвязи Николай Никифоров, венчурные инвесторы, включая основателя калифорнийского Plug & Play Саида Амиди, журналисты и друзья Магомедова, включая его давнего знакомого Рубена Варданяна.

Свое состояние Зияудин Магомедов сколотил в реальном секторе. Группа «Сумма», которой он владеет вместе со старшим братом Магомедом, занимается логистикой, нефтетрейдингом, строительством, телекоммуникациями, сельским хозяйством. Но Магомедовы стали широко известны, когда занялись реконструкцией Большого театра. Зияудина всегда считали бизнесменом, близким к Дмитрию Медведеву, именно в его президентский срок вырос бизнес Магомедовых. Но в сводки политических новостей Зияудин попадает и при Владимире Путине. В конце августа оппозиционер Алексей Навальный назвал Магомедова одним из спонсоров свадьбы пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова — якобы Магомедов оплатил шикарную яхту. Сам Магомедов это не подтверждает. А вот факт дружбы своего сына с дочкой Пескова не отрицает.

Осенью 2015 года Зияудин Магомедов вновь привлек внимание прессы, объявив об инвестициях в два самых нашумевших технологических стартапа последнего времени — сервис онлайн-такси Uber и скоростной транспорт Hyperloop. Бизнесмен уверяет, что хочет импортировать популярные на Западе технологии в Россию.

Зияудин Магомедов рассказывает, что с детства интересовался технологиями, читал «Технику молодежи» и обсуждал с мальчишками отличия советских самолетов от американских. «В юношеские годы тяга к изобретениям и новаторству была, но так сложилось, что в 1990-е мы были увлечены созданием бизнеса», — вспоминает Магомедов. Как и старший брат, призер Всесоюзной олимпиады по математике, Зияудин поступил на экономический факультет МГУ и сразу окунулся в большой бизнес.

Первые деньги братья со своим кузеном Ахмедом Билаловым сделали на облигациях внутреннего валютного займа. В 1995 году они стали основными владельцами банка «Диамант», в начале 2000-х годов — совладельцами порта Приморск в Ленинградской области и партнерами «Транснефти». Дагестанские бизнесмены приняли участие в строительстве нефтепровода ВСТО, а в 2010 году стали совладельцами Новороссийского морского торгового порта. Оборот «Суммы» тогда приблизился к $1 млрд.

В 2011 году Зияудин Магомедов вошел в Деловой консультативный совет при АТЭС, который помогал формировать повестку для лидеров стран к саммиту. Туда входили также Олег Дерипаска и глава ВТБ Андрей Костин. «Очень много дискуссий было про статью ВТО об авторских и интеллектуальных правах на технологии. Мы хотели сделать трансфер технологий более простым», — рассказывает Магомедов. В итоговых документах эта идея так и не была жестко прописана, но Магомедова зацепила.

В 2012 году он отправился в Кремниевую долину изучать стратегии успешных венчурных фондов вроде Accel Partners, Sequoia и Kleiner Perkins.

Больше всего его впечатлила встреча с основателем PayPal и первым крупным инвестором Facebook Питером Тилем. Тот пригласил Магомедова в свой дом в Сан-Франциско, и они несколько часов обсуждали будущее технологий. «Он настоящий визионер. Уже тогда он наметил основные тренды — искусственный интеллект, распознавание голоса и робототехника», — вспоминает Магомедов. Forbes не удалось связаться с Тилем, но частный инвестор Игорь Шойфот, живущий в Сан-Франциско, утверждает, что тот очень открытый и контактный человек. «У нас все стараются быть открытыми. Хотя просто так приехать и пробиться к топ-менеджерам довольно сложно. Но если у вас большие успехи или состояние, шансы гораздо выше», — объясняет Шойфот. По словам Магомедова, он до сих пор общается с Тилем и посещает встречи венчурных инвесторов, которые тот традиционно устраивает в марте и августе.

В октябре 2011 года Саид Амиди, с которым Магомедов познакомился в Калифорнии, приехал с ответным визитом в Москву. В его бизнес-инкубаторе стартовали когда-то PayPal и Dropbox. Амиди открыл представительство Plug & Play в пяти минутах ходьбы от Белого дома. На открытии были IT-предприниматели Андрей Романенко (Qiwi), Сергей Белоусов (Parallels) и Давид Ян (ABBYY). Партнером московского Plug & Play был малоизвестный на венчурном рынке России Global Venture Alliance — проект Магомеда Мусаева, бывшего гендиректора ВДНХ и зятя президента Дагестана. Как рассказал Forbes Мусаев, в Кремниевую долину они с Магомедовым ездили вместе.

«Это была не просто вывеска, мы действительно тесно сотрудничали с Plug & Play и отправляли российские стартапы в Калифорнию», — рассказывает Forbes Аркадий Морейнис, возглавлявший инкубатор до апреля 2013 года. Он объясняет свой уход не конфликтом, а разочарованием в модели работы традиционных инкубаторов. В том же 2013 году московский Plug & Play закрылся, Мусаев продолжил работу со стартапами, открыв академию GVA Launch Gurus, где приглашенные из США эксперты учат россиян создавать бизнес.

Зато бренд Plug & Play появился в Махачкале.

Много ли стартапов в Дагестане?

«Там народ предприимчивый и много талантливой молодежи, только среда несколько токсичная», — объясняет Магомедов. По его словам, он хотел встряхнуть молодых ребят, направив их энергию в индустрию высоких технологий, этот проект никак не был связан с московским. Инкубатор разместился на территории Дагестанского государственного технического университета (ДГТУ), а его руководителем стал москвич Михаил Бланк, ранее занимавшийся PR в интернет-агентстве «Далее». «Меня поразило, что он почти сразу же согласился поехать в Махачкалу», — говорит Магомедов.

Магомедов не раскрывает сумму инвестиций в бизнес-инкубатор. Для него это скорее благотворительность — курирует проект частный благотворительный фонд Магомедова «ПЕРИ». «Я рад, что такие проекты запускаются в регионах. Это очень важно для молодежи, появляются возможности для развития не только в Москве, но и в других городах страны», — говорит Рубен Варданян, который знаком с Зияудином с 1988 года, когда тот пришел из армии (Варданян был соседом по общежитию Магомедова-старшего).

К октябрю 2015 года Plug & Play Dagestan изучил 500 заявок, 30 стартапов стали резидентами. Как рассказывает Бланк, заявки приходят не только от студентов ДГТУ, но и из двух других махачкалинских вузов, от ученых и предпринимателей. На места в инкубаторе претендуют и стартапы из соседних регионов. Какие проекты попадают в инкубатор? Больше всего заявок от интернет-проектов, связанных с электронной коммерцией, социальными сетями и геопозиционированием, но попадаются и другие бизнес-идеи. «В Ставрополе придумали шприц, который можно складывать гармошкой. А местные академики придумали, как получать энергию из водорослей», — рассказывает Бланк.

Есть и проекты с местным колоритом. Например, проект Эльдара Клычева — сенсорный коврик для намаза, который помогает не сбиваться во время молитвы со счета ракаатов (элементов молитвы), одобрил шейх Абдулкерим, один из членов комиссии постоянного комитета по научным исследованиям и экономическим вопросам Саудовской Аравии. А недавно в Махачкале два месяца гостила команда стартапа из Казани, которая делает маркетплейс для халяльных товаров. «Там есть интересные проекты. Свою аудиторию, особенно в регионе, они могут получить точно», — делится впечатлениями от поездки в Дагестан ведущий эксперт фонда Almaz Capital Любовь Симонова.

Страницы12
Поделиться
0
0
Загрузка...

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое
Рамблер/Новости
Опрос
Могут ли российские футболисты покупать шампанское за €250 000, а премьер-министр ботинки за 50 000 рублей?
Проголосовало 12773 человека
Forbes 08/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.