Forbes
$64.59
72.41
ММВБ1993.35
BRENT49.58
RTS973.43
GOLD1321.33
Мигель Хелфт Мигель Хелфт
редактор Forbes USA 
Поделиться
0
0

Нашествие «единорогов»: почему рано говорить о пузыре на рынке технологий

Нашествие «единорогов»: почему рано говорить о пузыре на рынке технологий
За год число технологических «единорогов» удвоилось. Но это не повод для паники.Фото REUTERS / Mike Blake
Число стартапов, оцениваемых более чем в $1 млрд, на первый взгляд превышает все мыслимые нормы. Но рынок еще отнюдь не пресыщен инвестициями

Для любителей апокалиптических разговоров о неизбежном взрыве «пузыря» на рынке технологий нет лучшей мишени для критики, чем Zenefits. Этот производитель инновационного «облачного» софта для управления персоналом, основанный два с половиной года назад, недавно пополнил сонм «единорогов» Кремниевой долины – непубличных компаний с поддержкой венчурного капитала и оценкой выше  $1 млрд. Zenefits инвесторы оценили сразу в $4,5 млрд. Эта сумма в 45 раз больше прогнозируемой выручки компании в 2015 году. Стартап стоит больше, чем ритейлер Sears  и производитель одежды Columbia Sportswear вместе взятые. Каждый день с момента основания Zenefits дорожала на невероятные $6,6 млн.

Сквозь призму Microsoft

Термин «единорог» на рынке технологий девальвировался и растерял былой лоск. Еще несколько лет назад закрытый клуб стартапов-«миллиардеров» был заповедной территорией, на которую заходили, как правило, только гарантированно перспективные компании – eBay, Google, Facebook и т.д. Но волшебство рассеялось, и нынешние «единороги» отнюдь не всегда становятся коммерчески успешными инноваторами, а их инвесторы – суперзвездами венчурного рынка. Теперь $1 млрд – довольно распространенная оценка, зачастую скорее настораживающая, чем вызывающая доверие. По оценке Forbes, в мире сейчас 140 «единорогов» – на 65 больше, чем годом ранее. Большинство – американские резиденты, но венчурное око обращает все более пристальное внимание на Восток – чуть ли не каждую неделю новости о новых счастливчиках приходят из Китая и Индии.

Скептики уверены: бум «единорогов» – явный маркер «пузыря»: на рынке слишком много убыточных компаний, аудит которых проведен некачественно и финансовые показатели которых раскрываются неполно. 

«Возможно, мы подходим к концу цикла, когда рост ценился выше прибыльности. Наступает переломный момент», – написал в августе гуру венчурной индустрии, партнер фонда Benchmark Билл Гурли. В подтверждение его мнения – провальная динамика котировок «единорогов», которые недавно провели IPO, – Pure Storage и Box. Деньги все чаще вкладываются в стартапы с нерабочими бизнес-моделями, констатирует Гурли и его союзники.

Все это верно, когда за пример берутся индивидуальные кейсы отдельных компаний. Но «пузырь» – проблема системная. Если рассмотреть весь массив «единорогов» как долгосрочные инвестиции, то острота кризиса заметно притупится. В совокупности 93 американских ведущих стартапа стоят $322 млрд – на 14% меньше, чем Microsoft, и чуть больше чем Intel и Cisco вместе взятые.

Куда бы вы предпочли вложиться в долгую – в Microsoft или в россыпь молодых компаний, включая Uber, Airbnb, Snapchat, Pinterest и множество других будущих звезд рынка?

Ответ очевиден – тут не о чем и думать: угадать новые PayPal, Twitter или Fitbit куда перспективнее, чем консервативно инвестировать в стабильных гигантов. В этой логике «единороги» перестают казаться искусственно раздутыми пустышками и предстают чуть ли не лучшей идеей для ваших вложений (и хотя во всех «единорогов» одновременно вложиться не получится, есть фонды, дающие возможность диверсифицировать инвестиции в эти компании).

Вернемся к Zenefits. В первый же год деятельности производитель ПО сгенерировал выручку в $20 млн и на всех парах несется к планке в $100 млн. Об аналогичных темпах роста нынешние киты рынка в бытность стартапами могли только мечтать. К примеру, у Salesforce (капитализация сегодня – $50 млрд) и Workday ($15 млрд) на взятие $100-миллионной высоты ушло более пяти лет. Zenefits весь доход пока вкладывает в рост (штат увеличился уже до 1600 сотрудников), но уже демонстрирует чудеса эффективности: каждого нового пользователя компания «монетизирует» всего за полгода. По словам основателя и генерального директора Zenefits Паркера Конрада, его фирма зарабатывает в среднем на пользователе больше, чем похожие по бизнес-модели конкуренты – «сервисные» разработчики софта, которые самостоятельно управляют своим ПО и предоставляют заказчикам онлайн-доступ. «Понятия не имею, в «пузыре» ли мы сегодня, – говорит предприниматель. – Инвестор из меня ужасный. Что я знаю точно – экономически мы невероятно сильны».

Уроки «доткомов»

Что вселяет в Конрада такую уверенность и почему инвесторы Zenefits не боятся повторения краха «доткомов» по сценарию 1999-2000 гг.? Во-первых, сегодня в интернете количественно иная пользовательская база. Если в 1999-м глобальная аудитория не превышала 400 млн человек, то в 2014-м этот показатель шагнул за 3 млрд. Начавшаяся восемь лет назад мобильная революция и не думает заканчиваться – взгляните на статистику продаж iPhone – и вызывает к жизни прежде невозможные, но все более эффективные бизнес-модели. Airbnb – компания, у которой нет недвижимого фонда, – в этом году обслужила уже 30 млн гостей по всему миру. Uber – компания, у которой нет автопарка, – ежедневно перевозит по 3 млн пассажиров. Похожие цифровые трансформации происходят в сельском хозяйстве, здравоохранении, финансовых услугах и ритейле.

В сравнении с тем же крахом «доткомов» нынешние перемены даже недооценены: в 1999-м объем инвестиций в непубличные технологические компании достигал $71 млрд, в 2014-м – лишь $48 млрд. С учетом инфляции, сегодня в отрасли втрое меньше венчурных денег, чем было на рубеже веков.

А если экстраполировать суммы на число пользователей, то разница становится и вовсе десятикратной.

И это при том, что в бум «доткомов» инвестиции тонким слоем размазывались по огромному количеству проектов, тогда как сейчас риски снижаются за счет концентрации ресурсов на самых перспективных стартапах.

Такой фокус «на лучших» заставляет венчурных гигантов калибра Andreessen Horowitz, Founders Fund и Khosla Ventures, а также институциональных инвесторов, вроде фондов Fidelity и TPG, настойчиво подталкивать молодые компании к развитию и монетизации. «Zenefits растет темпами, невиданными по меркам ее рынка», – говорит управляющий партнер Andreessen Horowitz Скотт Купор. Он отмахивается от предположений о «пузыре»: «Дальновидные инвесторы просто строят финансовую модель, соотнося эти темпы роста и прогнозируемую внутреннюю норму прибыли. Все оценки обоснованы».

Еще одно некорректное сравнение с «доткомами» – апелляция к неумению стартапов зарабатывать на аудитории: как и в 1999-м, число пользователей у «пинтерестов» и «снэпчатов» увеличивается без эффекта для выручки, говорят критики. Но разница – и существенная – в том, что теперь перед глазами у начинающих предпринимателей есть целая вереница историй успеха. Паникеры предрекали взрыв «пузыря» в 2006-м, когда Google выложила за YouTube $1,65 млрд, в 2007-м, когда Facebook оценили в $15 млрд, в 2012-м, когда та же Facebook заплатила почти $1 млрд за Instagram. Теперь поглощение YouTube по праву считается одной из лучших сделок в истории интернет-рынка, Facebook стоит $250 млрд, а Instagram в этом году, как ожидается, получит $600 млн выручки и уже на треть обгоняет по аудитории Twitter, капитализация которого, несмотря на стагнацию текущей бизнес-модели, приближается к $20 млрд.

Схожая динамика наблюдается и в том сегменте софтверного рынка, где работает Zenefits. Серийный предприниматель Джош Джеймс, в 2009 году продавший свою первую компанию Omniture корпорации Adobe за $1,8 млрд, говорит, что его новый стартап Domo, предоставляющий «облачную» бизнес-аналитику, стремительно приближается к отметке оценки в $2 млрд. «У инвесторов есть четкое понимание бизнеса сервисов, подобного нашему, – говорит собеседник Forbes. – Каждый инвестированный доллар мы отбиваем за год работы, а на второй год – приносим с него $1,70 прибыли. Это очень хороший показатель».

Инвестиции на черный день

Нашествие «единорогов» не стоит драматизировать еще и потому, что инвестиционный капитал для бурно развивающихся компаний все чаще становится эквивалентом тех средств, что можно привлечь на бирже. Оставаться непубличным даже удобнее – молодые предприниматели не создают себе лишнюю головную боль из-за IPO и разбирательств с акционерами. В 2000-м технологические стартапы через 261 IPO привлекли $42 млрд, в 2014-м через 53 IPO – $10 млрд. Теперь компании меньше прибавляют в стоимости после размещения – венчурный капитал рассчитывают пусть на меньшую, но стабильную норму прибыли. Если капитализация Microsoft и Google после IPO выросла более чем на 90%, а Facebook – на 60%, то Twitter так и остался у границ цены IPO.

Безусловно, оценки молодых компаний бывают завышены – инвесторы нередко перестраховываются из-за страха упустить шанс вложиться в будущего гиганта и возлагают на стартапы ожидания, которых те никогда не оправдают. Но у венчурных фондов есть механизмы для минимизации рисков и сохранения сбалансированного портфеля активов. Правда, с оговоркой на общую нестабильность – например, долгосрочный кризис в экономике Китая нанесет серьезный урон отрасли уже в ее нынешней конфигурации.

Но даже этот урон не создаст эффекта «карточного домика»: «единороги» доказали умение превращаться в растущий устойчивый бизнес.

Хотя упомянутые примеры Box и Pure Storage настораживают инвесторов, их IPO нельзя описать терминами «крах» или «катастрофа» – речь идет максимум о «коррекции» стоимости слегка переоцененных сервисов. Эти компании точно не обанкротятся в ближайшей перспективе, а после переосмысления и совершенствования бизнес-модели, возможно, даже рванут вперед (помните, Facebook целый год не могла преодолеть планку цены размещения?).

Наконец, даже если допустить массовый исход инвестиционных денег из стартапов, у многих из них останутся средства, чтобы выжить. Да, придется затянуть пояса и сократить штаты, но бизнес не умрет. «Многие компании живут, не понимая, где и когда закончится этап развития, – говорит инвестор-миллиардер Питер Тиль. – Ими двигает не жадность, а осторожность».

Эти слова хорошо описывают случай Криса Уонстрота, генерального директора GitHub – «облачного» сервиса для разработки софта. Его компания была прибыльной на протяжении четырех лет, но после того, как в двух раундах привлекла $350 млн инвестиций, обратила денежный поток в рост бизнеса. При этом GitHub в любой момент может перераспределить средства и вновь вернуться к рентабельности. «Мы взяли эти деньги, потому что дела и так идут хорошо – почему бы не сделать бизнес еще сильнее?» – говорит Уонстрот. Сервисом GitHub пользуются уже множество корпоративных монстров – Target, John Deere, Ford и другие. «Они не откажутся от нас, даже если рынок рухнет. У нас все будет хорошо, правда», – заключает предприниматель.

Поделиться
0
0
Загрузка...

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое
Forbes 08/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.