Нефтегазовый венчур: в чем проблема промышленных стартапов - Технологии
$55.93
60.76
ММВБ1970.45
BRENT52.47
RTS1109.97
GOLD1271.48

Нефтегазовый венчур: в чем проблема промышленных стартапов

читайте также
+416 просмотров за суткиКонец корпораций: почему старая модель экономики в России не работает и что с этим делать? +22 просмотров за суткиВозобновляемая энергетика в России: стоять на месте или сделать первый шаг +374 просмотров за сутки«Я не инвестирую в основателей с MBA». Пять правил от бизнес-ангела +20 просмотров за суткиГде искать новых «цукербергов» и почему в стартапы на миллиард не приходят в акселераторы +1 просмотров за сутки«С экосистемой все в норме»: у мятежного биотех-стартапа были все возможности договориться со Сколково +13 просмотров за суткиНат Гаджибалаев (Amplifr): «Учим людей с помощью соцсетей зарабатывать больше денег» +23 просмотров за суткиСолнечное сплетение: как компания Sunrun продает солнечную энергию +9 просмотров за суткиКосмические стартапы: миф или реальность? +11 просмотров за суткиВиртуальный диван: как российские инженеры учат риелторов в США использовать 3D-туры для продаж +50 просмотров за суткиКак и почему блокчейн перевернет $200-миллиардную индустрию венчурного капитала +6 просмотров за суткиБизнес-ангелы в России стали щедрее. Где точки роста венчурных проектов? +3 просмотров за сутки Фанерные фасады акселераторов: Почему создатели программ для стартапов не любят отвечать за их качество +8 просмотров за суткиЗа моря: как стартапу наладить продажи в США? +3 просмотров за суткиГаз для оптимиста: почему американский СПГ никак не доберется до Европы +2 просмотров за суткиРобот вместо управляющего – придет ли машина на смену человеку? +2 просмотров за суткиОслабить пояса: в чем опасность стратегии тотальной экономии для стартапов +14 просмотров за сутки Игорь Мацанюк: «Надеюсь, общество потребления прекратит свое существование» +3 просмотров за суткиМаркетплейс-бум: где модель Uber действительно нужна, а где оказывается «модой»? +8 просмотров за суткиОбетованные стартапы: за счет чего Израиль стал крупнейшим игроком в трансфере технологий +3 просмотров за суткиПочему «взлетает» только 1% стартапов — и это нормально +6 просмотров за суткиЭкспорт «софта»: фикция или реальность?

Нефтегазовый венчур: в чем проблема промышленных стартапов

Петр Лукьянов Forbes Contributor
Фото REUTERS / Jean-Paul Pelissier
Венчурный бизнес в области энергоэффективности и нефтегазовых технологий ждет свой "Яндекс" и Avito

В России сегодня можно насчитать не больше десятка венчурных фондов, которые системно инвестируют в технологии в области энергоэффективности и нефтегазовой отрасли. Если сравнивать с числом российских фондов, чей инвестфокус более традиционен (интернет, мобильные технологии, электронная коммерция), это очень мало. Если сравнивать с объемами инвестиций в аналогичные разработки в других странах, — тоже. Общий объем мировых венчурных инвестиций в «чистые технологии» в 2015 году составил $10 млрд.

Именно с небольшим числом игроков российского венчурного рынка, кому интересны новые материалы и новые источники энергии, новые технологии энергоэффективности, связаны проблемы отечественных промышленных стартапов. Меньше раундов инвестиций (редко проекту удается «поднять» больше двух раундов), нехватка капитала, необходимость быстро вывести продукт на стадию коммерчески успешного и консерватизм потенциальных заказчиков.

При этом в России есть во что инвестировать. У нас есть сильные технические команды: в цитируемых международных научных изданиях до сих пор часто встречаются публикации авторов с русскими фамилиями. Здесь есть технологии, востребованные на глобальных рынках. Отдельный фактор — дешевые инженерные кадры, особенно с учетом падения курса рубля. Расходы в рублях и выручка в долларах — идеальная комбинация для быстрорастущей компании. В России большие рынки и бюджеты, крупные клиенты, способные быстро масштабировать внедрение успешных технологий. Что особенно важно — у венчурных фондов есть возможности для выходов, крупные нефтесервисы активно проводят M&A-сделки. С другой стороны, ситуация вполне объяснима. 

Консерватизм и неэффективность — слова, характеризующие многие процессы в российской нефтянке и энергетике.

Культуры работы с малыми технологическими компаниями у крупных предприятий этого сектора нет. Долю менеджеров, которые готовы рассматривать и внедрять новые технологии с целью повышения эффективности своих компаний (а не с целью отчетности для государства), можно оценить в 10%. Как правило, это люди, поработавшие за рубежом или в глобальных нефтесервисах. Тем не менее эти 10% сегодня открывают огромные рыночные возможности для быстрорастущих технологических компаний и опровергают тезис о том, что в нефтянку невозможно пробиться.

Другая проблема — не развиты финансовые инструменты стимулирования инноваций. На западе десятки нефтяных компаний инвестируют в профильные венчурные фонды, а также имеют корпоративные венчурные фонды в своих структурах, такие есть у Chevron, BP, Shell. В Скандинавии в релевантные проекты инвестирует крупнейшая нефтегазовая компания Норвегии Statoil, на Ближнем Востоке есть Saudi Aramco Energy Ventures. В России по обоим направлениям — ноль. 

Единственное, что на данный момент действует в России, — нормативы по расходам на НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. — Forbes), но всеми признана крайне низкая эффективность подобных инструментов.

Другой полезный инструмент, работающий на западе, но не работающий у нас, — стимулирование пилотных внедрений. В США, скажем, департамент энергетики ежегодно выделяет миллионы долларов на перспективные разработки и тестовые внедрения технологических компаний. Существующее при нем агентство перспективных исследовательских проектов (ARPA-E) сотрудничает с 475 технологическими компаниями на ранней стадии. Такие стартапы, которые работают над прорывными разработками в энергетике, получают самую разную поддержку, в том числе и регулярные инвестиции. В России нормальной является практика, когда компанию-разработчика могут попросить пилотное внедрение провести за свой счет. Причем безотносительно к тому, насколько успешно пройдет пилот с одним заказчиком, второй клиент может попросить о том же самом.

Инструмент, который мог бы на государственном уровне стимулировать использование инноваций в консервативных отраслях, — страхование рисков. Дорогостоящее внедрение в сложных условиях, например на шельфе, — это риск. И даже если технология демонстрирует высокую степень надежности (а это обязательное требование отраслевых клиентов), рисковать никто не спешит, все боятся дорогой ошибки при пилотных внедрениях.

Тем не менее российские технологические компании, создающие конкурентные решения в отдельной области, становятся вполне серьезной альтернативой крупным западным брендам, в том числе и на международных рынках. Их конкурентоспособность подтверждена интересом западных финансовых и стратегических инвесторов. Например, компания «Новомет» построила миллиардный бизнес в России и привлекла инвестиции фондов Baring и Russia Partners. Есть компании — недавние «стартапы», которые  сопровождают проекты крупнейших нефтяных компаний, продают им программные решения для моделирования месторождений, их мониторинга. Многие из этих компаний начали с международного рынка, а затем начали работать с российским крупным нефтяным бизнесом. Есть примеры удачных покупок российских технологий крупными международными нефтесервисными компаниями, такими как Honeywell, Emerson, Weatherford и др. 

Венчурные инвестиции в нефтегазе и энергоэффективности, безусловно, имеют свою специфику. Due diligence отраслевых стартапов сложнее и затратнее, чем оценка массовых интернет-технологий. В этой индустрии невозможно эффективно работать без обширной сети контактов в нефтегазовых и нефтесервисных компаниях по всему миру. Быстрая обратная связь от рынка — это своего рода фильтр начальной стадии, возможность идентифицировать востребованность и перспективы технологии после завершения разработки, конкурентное окружение.

Чтобы распознать прорывные технологии и оценить риски разработки и компетенции команды, необходимы контакты в научном и корпоративном мире. Нужно общаться с лидерами мнений в своей области, с наиболее цитируемыми учеными или представителями корпоративных R&D-центров лидирующих компаний. В консервативных отраслях крайне важно мнение потенциальных заказчиков, оно позволяет понять, насколько быстро может расти компания, с какими барьерами столкнется и какие факторы определяют коммерческий успех.

Допустим, компания разрабатывает сенсоры для оценки залежей рудных месторождений. Эксперт консультационного совета даст общую конкурентную оценку, а от научного эксперта и потенциального заказчика мы получим информацию о том, какая проблема в этой области наиболее актуальна, в каких месторождениях, в чем заключается проблема оптимизация добычи, учитывая, что залежи располагаются особым образом, и так далее. Работа с компанией по-настоящему активизируется, когда вложены первые деньги. Как правило, талантливым техническим командам из России не хватает компетенций бизнес-девелопмента, управления патентным портфелем за пределами России, понимания стратегии выхода на глобальные рынки, корпоративного управления. В этом им помогает венчурный инвестор.

В российский IT-сегмент сегодня инвестирует десяток международных фондов, есть глобальные выходы и истории успеха, такие как «Яндекс», Mail.ru, QIWI, Avito. К этому венчурная индустрия шла 10 лет. Венчурный бизнес в области энергоэффективности и нефтегазовых технологий сильно отстает. Здесь серьезные выходы только ожидаются, и произойти они должны в ближайшее время.

Когда первые инвесторы заработают, а другие инвесторы это увидят, на рынке появится много новых игроков. Но те, кто пришел первым, первыми и останутся.

Но фокус венчурных инвестиций в энергоэффективность в перспективе ближайших 5-10 лет несколько изменится. Сейчас очевидно падение интереса к альтернативной энергетике — если 5-7 лет назад до 40% всех венчурных инвестиций в «чистые технологии» шло в солнечную энергетику, то сегодня многие крупные глобальные фонды в принципе перестали вкладываться в нее. Углеводороды будут по-прежнему играть ведущую роль, но особый интерес будут представлять технологии для газовой, а не нефтяной отрасли. Возможно, произойдет неожиданный разворот в сторону ядерной энергетики — в значительно более эффективные и безопасные ее формы. Уже есть примеры венчурных инвестиций в этом направлении в портфеле некоторых канадских и американских фондов. Помимо этого в центре внимания окажутся вода и агротехнологии.