Почему могут перестать летать российские ракеты? Правда об инвестициях в Россию, которая не прозвучала в Давосе

Исаак Беккер Forbes Contributor
У нас в стране в первой двадцатке самых богатых бизнесменов мы видим нефть, газ, черную и цветную металлургию, уголь, минеральные удобрения. У нас в стране в первой двадцатке самых богатых бизнесменов мы видим нефть, газ, черную и цветную металлургию, уголь, минеральные удобрения. Фото Марины Лысцевой / ТАСС
Освещая Давос, российские СМИ сосредоточились на перепалке министра экономики Максима Орешкина и основателя фонда Hermitage Capital Уильяма Браудера о будущем России. Но в этой дискуссии не прозвучало и намека на главную проблему российских властей, которая мешает привлекать в Россию правильные иностранные инвестиции

Существует известный эффект «сбитого фокуса»: ты видишь только то, что касается лично тебя, твоей семьи, страны, а общая картина событий более высокого порядка ускользает от внимания. Так, на мой взгляд, произошло и с международным форумом в Давосе, который на днях закончил свою работу.

Наше внимание было приковано преимущественно к тому, что говорят наши политики и бизнесмены, как их воспринимают на этом «мировом» собрании элиты. Однако нужно честно признать, что в этот раз, как и во все последние годы, наша страна была далеко не в центре внимания. Вот почему небольшая перепалка на одной из панелей между министром экономики Максимом Орешкиным и основателем фонда Hermitage Capital Уильямом Браудером о будущем России стала информационным поводом для многих российских и зарубежных средств информации и побудила поднять тему привлекательности нашей страны для зарубежных инвесторов.

На самом деле это была искусственно созданная «новость», и метод для этого использован не новый. Господин Браудер пользуется им при любом удобном случае, выступая на каждой доступной ему площадке с напоминанием о том, что его фирма был одним из крупнейших игроков на фондовом рынке России, а также о том, почему ей пришлось уйти из нашей страны, и о страшной трагедии Магнитского. Это большая и больная тема, которая заслуживает особого внимания, но сегодня я бы хотел поговорить о более общей проблеме: о пресловутом инвестиционном климате в России, разговоры о котором в последнее время сводятся в большинстве своем к нашему продвижению в списке Doing Business.

Безусловно, конфликт Орешкина с Браудером не добавил нам дополнительных баллов в этом деле. Однако нужно четко понимать, что работая в России, господин Браудер занимался «активизмом». Так называется метод работы на фондовом рынке, когда инвестор старается разными путями воздействовать на компанию, акциями которой он владеет, и таким образом извлекать из этого выгоду. Многие даже называют этот путь своеобразным рейдерством. Это легально, но нужно честно сказать, что подобные вложения имеют мало общего с инвестиционным климатом и улучшением имиджа страны. Полагаю, что сейчас России нужны преимущественно не такие инвесторы. А какие?

Прежде чем ответить на этот вопрос, давайте перенесемся на другую панель Давосского форума, «Keeping Russia competitive» — Сохранение конкурентоспособности России. На ней присутствовали не только Максим Орешкин и Кирилл Дмитриев, генеральный директор Российского фонда прямых инвестиций, которые были и на предыдущей встрече, но и Рустам Минниханов, президент Республики Татарстан, и Борис Титов, уполномоченный при президенте России по защите прав предпринимателей. Здесь разговор был более предметным. Из него следовало, что все у нас нормально, мы идем больше на Восток, успешно привлекая инвестиции из Китая, Кореи, Саудовской Аравии и т. д., хотя и из Европы и Америки к нам тоже приходят деньги, но их не так много. «Камаз» дружит с Mercedes-Benz и надеется, что дальше все будет еще лучше.

Позитивную картину случайно «уронил» Титов, который хотел показать, как хорошо живется в России иностранцам, но получилось немного не о том: он сказал, что за 7 лет работы института омбудсмена в России к нему с жалобами обратилось 70 000 бизнесменов... и только 16 из них иностранцы. Полагаю, что это и есть одна из самых точных характеристик инвестиционного климата в стране.

Правда, все эти болячки мы хорошо знаем и понимаем, что с ними нужно активно бороться. Это значительная часть большого пазла привлекательности нашей страны для зарубежного инвестора. И здесь следует четко понимать следующее: почему, например, условный мистер Джонсон должен привести свои миллионы именно в Россию, а не, скажем, на Украину, в Польшу, Румынию, Китай или Вьетнам? Вот вопрос, ответ на который нужно скрупулезно искать. Именно здесь очень важно, чтобы наш фокус не был сбит и мы видели всю картину глобальных возможностей и свое место в ней.

Есть и другая, и не менее важная, составляющая проблемы: какие инвестиции нужны сегодня для России в первую очередь, а без каких мы можем и обойтись. Как это ни странно, ответ на вопрос лежит буквально на поверхности: для этого достаточно внимательно посмотреть на список миллиардеров в России и, скажем, в США. Так вот, у нас в стране в первой двадцатке самых богатых бизнесменов мы видим нефть, газ, черную и цветную металлургию, уголь, минеральные удобрения — то, на чем заработали и продолжают зарабатывают свои деньги эти уважаемые люди. А вот в американском списке такого засилья «сырьевых» миллиардеров вы не найдете. Здесь лидируют бизнесмены, связанные с деятельностью таких компаний, как Amazon, Microsoft, Oracle, Facebook, Alphabet (Google), и другие. Вывод простой: нам нужно как можно больше инвестиций в современные технологии. В противном случае мы можем так и остаться сырьевой страной, а это совсем не гарантирует народам России будущего процветания.

Давайте быть честными: инвестиционный климат в России в ближайшее время коренным образом не изменится. Впереди большая и длинная дорога. И санкции, вероятнее всего, скоро не снимут, и господин Браудер и в следующем году, и через год будет задавать такие же каверзные вопросы. Вот почему не следует ждать потока «длинных» денег в Россию. Но делая ставку исключительно на импортозамещение, мы можем дойти до того, что вскоре будем не только покупать чужие айфоны, но и наши ракеты совсем перестанут летать, так что придется пользоваться носителями Илона Маска. Это можно предотвратить только одним путем: «затаскивать» к нам высокотехнологичные вложения любыми способами, создавать для них такие тепличные условия, которых нет в других местах.

Это касается не только иностранцев, но и отечественного бизнеса. Инвестиции в высокотехнологичные компании и исследования должны стать выгодным бизнесом в России, таким же, как добыча и переработка сырьевых ресурсов, а лучше даже еще выгоднее. Деловая игра «жизнь без энергоресурсов» должна ежегодно проводиться в правительстве, и по ее результатам следует двигать людей по карьерной лестнице: кого вверх, кого вниз, а кому и просто указывать на дверь.

И последнее наблюдение: в процессе подготовки этой колонки мне попалось на глаза очень яркое интервью на Петербургском международном экономическом форуме в 2016 году одного из министров российского правительства. В нем говорилось о больших планах по повышению уровня инвестиционной привлекательности нашей страны. Имя министра — Михаил Абызов.

Новости партнеров