Сдали бутылки: как работает приложение для инвестиций в вино Vindome

Фото Giorgio Perottino / Getty Images
Фото Giorgio Perottino / Getty Images
Рынок элитных вин оказался устойчивым к коронавирусу. Forbes разбирался, почему сооснователь и управляющий партнер инвестфонда Massa Innovations Виктория Палатник решила запустить приложение Vindome в России именно сейчас

Vindome — приложение, которое позволяет частным инвесторам вкладывать деньги в вина. В России существует запрет на перепродажу алкогольных напитков (будучи подакцизным товаром, они не могут быть предметом торга между физическими лицами. — Forbes), но инвесторы могут покупать, хранить и продавать вина в рамках платформы. Прежде инвестировать в вина можно было только через брокеров, Vindome делает порог входа более доступным.

Выпускница Европейской школы бизнеса в Лондоне и обладатель степени магистра делового администрирования в Оксфордском университете, Виктория Палатник более 15 лет занимается инвестициями. В портфеле инвестфонда Massa Innovations, соучредителем которого она является, более 50 компаний в разных сферах экономики: IT, образования и игорный бизнеса. Например, Massa Innovations — инвестор платформы по организации мероприятий Bizzabo; социальной сети для выпускников отдельно взятых учебных заведений Graduway; онлайн-сервиса My Heritage, участники которого могут создавать семейные сайты и профили, создавать и вести свое генеалогическое древо и общаться с членами семьи; а также сервиса подписки на доставку бьюти-боксов Ipsy.

Лучшая книга про похмелье: как подобрать лекарство от болезни, в которой виноваты мы сами

Виктория Палатник
Виктория Палатник

«Я человек из банковского мира, — рассказывает Палатник. — Идея винного проекта Vindome зародилась пару лет назад. Все началось с разговоров с партнерами-банкирами, предлагающими своим состоятельным клиентам разного рода инвестиции, в недвижимость, в золото, в вино, и негоциантами (посредники между производителем вина и его покупателем. — Forbes) из Бордо». По словам Палатник, и те, и другие часто сетовали на многочисленных перекупщиков, которые взвинчивают цены на вино, пока оно доходит от шато до конечного клиента. «К тому же я сама интересуюсь вином. Так постепенно родилась идея проекта: сделать торговую платформу, на которой обычный человек среднего класса, не обладающий какими то выдающимися знаниями о вине, но имеющий на старте €150, мог бы начать инвестировать». Первоначально в проект Палатник вложила €1 млн собственных средств, а в октябре 2020 года еще около €1,5 млн добавил фонд Massa Innovations. 

Сервис был запущен полгода назад в Италии, Великобритании, Швейцарии, Голландии, Германии, Австрии и сейчас доступен в 173 государствах. На прошлой неделе Vindome начал работу и в России.

Как это работает

Начинающему инвестору нужно скачать приложение Vindome на смартфон, пройти регистрацию и сделать покупку. Минимальная сумма (новая коллекция для начинающих) — €150 за один ящик на шесть бутылок вина. Максимальная (платиновая коллекция) — €9300 из 14 ящиков, указано в приложении. «Если человек мало разбирается в вине, наши эксперты предложат ему несколько марок вина и их описание. Тех, которые, на наш взгляд, могут стать перспективными с точки зрения инвестиций. Или же он сам волен выбрать приглянувшиеся марки. Но гарантий роста мы, конечно, не даем», — говорит Палатник. В среднем клиенты в Европе готовы разово инвестировать около €600, отмечает она.

«Все вина покупаются напрямую в шато через их официального представителя, в уважаемых винных домах эта система существует с 1600-х годов», — рассказывает Палатник. У ее компании есть договоренности с представителями крупнейших винных домов, включая Chateau Cos d'Estournel, Chateau Pontet Canet и Chateau Lynch Bages во Франции, Rocca di Frassinello Baffonero в Италии. По словам Палатник, именно на алкоголь из этих стран приходится более 65% коллекционных вин. 

На винных дрожжах: как заработать на вине в 2021 году

Хранится товар на арендованных складах во Франции и Италии. Расходы на хранение и страховку пользователь приложения оплачивает отдельно. Вино может храниться краткосрочный период (1-3 года) или долгосрочно (3-5 лет) с возможностью продления. Клиент компании в режиме реального времени отслеживает рост стоимости своей коллекции и, если пожелает, может воспользоваться функцией «быстрой продажи» на торгах. С каждой транзакции (покупки или продажи) Vindome получает 4% от суммы сделки. С ноября приложение скачали уже более 60 000 раз, оборот уже в первые месяцы работы превысил €130 000, у приложения 2000 активных пользователей. В 2021 году ожидаемый доход составит €9,6 млн при прогнозируемом количестве в 13 000 зарегистрированных пользователей, говорит Палатник.

Пить или хранить

В основном клиенты закупают вино не для того чтобы его пить, а для того, чтобы хранить, говорит Палатник. По желанию коллекция может быть доставлена клиенту для его личных нужд. Желающих, правда, немного — не более 2-3% покупателей коллекционных вин. В этом случае приложение рассчитает по алгоритмам стоимость доставки. Организует доставку партнер Vindome, но пока она возможна только за рубеж. 

В России практически не развит рынок инвестиций в вино. Одна из причин — запрет на перепродажу алкоголя без лицензии. «Из-за этого в стране отсутствует вторичный оборот алкоголя. Но мы ведем переговоры с крупным российским дистрибутором, так что вскоре доставка товара станет возможна и в Россию», — обещает Палатник.

Дешевле, чем у брокеров

Онлайн-платформа берет на себя роль негоцианта, поясняет управляющий партнер агентства Double Magnum Игорь Сердюк: «Выкупает вино, хранит его и — чего негоцианты пока не делают — позволяет торговать им в приложении». По его словам, аналогов в России пока не было, тем более, частные лица не имеют свободного входа на винные фьючерсы En Primeur или на крупнейшую лондонскую винную биржу Liv-ex. 

С клиентами биржи работает винный брокер, говорит Палатник, но всегда есть минимальные пороги входа, которые, как правило, начинаются от $10 000, так что предложение Vindome в разы дешевле. В паевых фондах «вход» еще выше, например, в Wine Investment Fund нужно вложить как минимум 10 000 фунтов стерлингов (около $13 904), а в The Wine Investors — €25 000, рассказывает она.

Надежный фундамент: почему шато стали символом элитарного виноделия

Росли даже в пандемию

Коллекционные вина — один из немногих рынков, который сохранил рост и в «пандемийном» 2020 году, отмечается в сообщении лондонской международной винной биржи Liv-ex.

В отличие от финансовых бирж, все индексы Liv-ex сохраняли в 2020 году стабильный рост, а отдельные наиболее прибыльные инвестиционные вина показали рост цен на 20% или даже больше, говорится в сообщении. В основном это объясняется увеличением ликвидности, поскольку в этом году все больше продавцов во всем мире предпочли торговать на Liv-ex, что повысило эффективность транзакций, и повышением стоимости ставок и предложений.

Общее предложение на Liv-ex выросло на 54% несмотря на COVID-19: с 33 млн фунтов стерлингов (около $45,8 млн) в 2019 году до 83 млн фунтов стерлингов (около $115,4 млн) в 2020-м.

Миллиарды в вино

Эксперты консалтинговой компании Bain & Co. и итальянской ассоциации производителей предметов роскоши Fondazione Altagamma в конце прошлого года оценивали размер категории «Коллекционных вин и других алкогольных напитков» в €68 млрд. «Но в эту категорию входят не только напитки, которые хранят, но и те, которые выпивают», — указывает внешний эксперт Bain & Co. по товарам класса «Люкс» Ирина Куликова.

Палатник говорит, что в b2b отчетах, которые Liv-ex продает компаниям, мировой рынок коллекционных вин часто оценивается в $4-6 млрд. По ее словам, Vindome, основываясь на цифрах из более чем 20 различных источников, оценивает оборот этого рынка в 2020 году в $5,1 млрд.

Индекс вина за последние 10 лет вырос на 127%, отмечается в рейтинге The Luxury Investment Index 2020 года международной консалтинговой компании Knight Frank. В прошлом году активы категории вино выросли на 13%, и занимают вторую строчку после элитных женских сумок, прибавивших 17%. «Рынок вина устоял, остался стабильным, цены не снижались. Инвесторы готовы вкладывать средства», — говорит Майлз Дэвис из компании Wine Owners (собирает данные для индекса высококачественных вин Knight Frank Fine Wine Icons Index. — Forbes).

Власть тьмы: как экономика сервиса меняет производство вина

По его словам, старые винтажные супертосканские вина продолжают набирать обороты: инвестиции в них за год выросли на 18%. Также покупатели все чаще (+14%) приобретают винтажные вина из Шампани, а инвестиции в бургундские вина выросли на 11,5%, отмечает Дэвис. Вино Château Pontet Canet 2019 года, которое продавалось на Liv-ex в мае 2020 года по €58 за бутылку, за три месяца подорожало почти на 30% — до €76, за тот же период цена Château Petit Mouton 2019 года выросла с €138 до €180 за бутылку, говорит Палатник.

По словам Девиса, климатические изменения влияют на виноградарство и виноделие гораздо сильнее, чем финансовый кризис и пандемия. «Глобальное потепление сказывается на производстве классических вин. Например, в Бургундии виноград «пино-нуар» крайне чувствителен к высоким температурам. Один производитель сказал, что 2019 год станет поворотным для виноделов. Из-за повышения температуры появится так называемая новая Бургундия. Может быть, сейчас самое подходящее время для того, чтобы запастись более доступными классическими винами 2014 и 2016 годов, вкус которых будет сложно воссоздать в будущем», — говорит Девис.

История пузыря

Первыми «инвестиционными» напитками стали вина Grand Cru из Бордо, рассказывает Владислав Волков, директор по развитию компании «Винотерра», крупного дистрибутора премиальных вин. Ажиотаж вокруг этого связан с именем американского винного критика Роберта Паркера, который, начиная с 1982 года, был известен как предсказатель будущего качества вина, а значит, успешного роста цен на определенные урожаи и вина. В те годы его авторитет был ограничен печатным изданием The Wine Advocate, которое в основном читали виноторговцы и коллекционеры, но с распространением интернета и появлением в нем Паркера аудитория критика увеличилась в разы, соответственно возросло и его влияние, продолжает Волков. Именно Паркер предсказал выдающиеся урожаи 2000, 2003 и 2005 годов, соответственно выросло число и высоко оцененных вин Бордо.

На мощной волне интереса к дорогим винам среди инвесторов стали появляться инвестиционные фонды, это случилось в начале третьего тысячелетия, когда винами Grand Cru из Бордо заинтересовались в Юго-Восточной Азии, добавляет Сердюк.

По Grand Cru в Азии сходили с ума, говорит Волков, они считались «предметом роскоши и престижа». Новоявленные китайские миллионеры, пусть и слабо разбирались в винах, но видели в них такой же атрибут своего богатства, как роскошные особняки и редкие автомобили.

Заклятие «Массандры»: какие проблемы придется решать новым хозяевам крупнейшего винзавода Крыма

Высокие отзывы и оценки Паркера, который провозгласил 2009 год одним из лучших для урожая вина за всю историю, еще больше подогрели и без того высокий интерес к Grand Cru. Этим не преминули воспользоваться производители и негоцианты, «играющие на первой руке» (цене из шато), говорит Волков. Уже первая фьючерсная цена en-primeur в июне 2010 года на вина побила все рекорды, а жаждущие инвесторы и покупатели на ажиотаже подняли эту цену еще дальше, в заоблачную высь. 

Например, Lafite Rothschild 2008 года стоило €2000 евро за ящик из 12 бутылок, а 2009 года — €15 000, говорит Волков.

«Многим тогда казалось, что росту цен нет предела, и никто не думал о том, что для определения реальной рыночной стоимости требуется хотя бы два-три года с момента релиза, за которые цена фиксируется в определенном диапазоне, спускаясь вниз или поднимаясь вверх» — напоминает эксперт.

И тут производителям Grand Cru снова повезло — 2010 год был объявлен не только не хуже предшественника, но даже лучше для долгой коллекционной жизни. Инвесторы и покупатели, не успев оценить успешность предыдущих сделок, ринулись в бой за новые вина, высокие цены их не смущали.

Об этом помнит предприниматель и владелец бутика Hedonism Wines Евгений Чичваркин: «В 2009-2010 годах большое число ленивых инвесторов решили поиграть в бордо как в коммодитис (Commodity — биржевой товар. — Forbes), и в какой-то момент они подняли цены на бордо в 2-2,5 раза».

«Президентская баррель»: 228 литров пино нуар выставлено на аукцион в поддержку клиники Бона

В 2012 году ситуация прояснилась: оказалось, что цены на вина перегреты, и даже ажиотажный спрос со стороны азиатских стран не может их поддерживать. К тому же Китай принял закон, запрещающий подарки государственным служащим и заставил азиатских клиентов отказываться от вин, ускорив тем самым падение спроса и цен на вторичном рынке. В результате все игроки, которые инвестировали в вина 2009 и 2010 года, понесли серьезные потери.

«Все винные фонды и огромное количество частных инвесторов сели мимо таза, — рассказывает Чичваркин. — До сих пор у людей хранится «борда» 2009-2010 года, и они ждут и надеются когда-нибудь зафиксировать прибыль».

Последующие урожаи, объявленные выдающимися, уже не давали таких скачков в цене, отмечает Волков, этому способствовал урок 2009 и 2010 годов, а также циркулирующие слухи, что винные критики могут манипулировать рейтингами вин. Рынок успокоился.

И с удовольствием выпить

«Проект Vindome интересный и ассортимент платформы выглядит логичным. По сути, россиянин, живущий вдалеке от центров виноторговой активности, получает возможность поучаствовать в инвестициях в вино», — говорит Волков. Но, по его мнению, у проекта есть несколько ограничений. Во-первых, поскольку площадка Vindome закрытая, то вино может быть куплено и продано только там [за рубежом], а это ограничивает сокращает спрос и предложение. Во-вторых, отсутствие у простых потребителей профессиональных знаний о вине и экспертизы увеличивает риск неправильных инвестиций. В-третьих, из-за небольшого объема покупки (вина на платформе продают от одного ящика) при желании клиента забрать вино его физическая покупка и доставка в Россию может стать весьма накладной.

Но все же главный плюс инвестиций в вино, по мнению Волкова, что этот рынок слабо коррелирует с финансовыми, а значит, ценность вина невозможно потерять полностью. «В долгосрочной перспективе fine wines (премиальные вина) почти всегда вырастают в цене по объективным причинам», — говорит эксперт. 

Сладость для поколения Х: почему в России до сих пор любят хванчкару и киндзмараули

Популярность инвестиций в вино растет, отмечает и Чичваркин. Однако, по его мнению, чтобы «не нарваться на ошибки, нужно быть достаточно глубоко погруженным в тему, в этом нельзя научиться разбираться нахрапом». «Это не казино, где существует вероятность выпадения каких-то цифр. Это емкий и по количеству знаний, и по количеству инвестиций рынок, не быстрый и очень олдускульный, как классическое искусство. Рентабельность у хорошего инвестора в год может быть 20-25%», — заключает Чичваркин.

Если же вино из-за высокой цены покупки не приносит прибыли, его можно с удовольствием выпить, говорит Волков, конечно, при  условии, что приобретаемый напиток от производителя мирового уровня, куплен у надежного поставщика и хранился в надлежащих условиях.

В подготовке материала принимала участие Анастасия Ляликова

Дополнительные материалы

Налей одним нажатием: 12 лучших приложений для любителей вина