В кругу недругов: как живет экономика Калининграда внутри закрытых европейских границ

Полет из Москвы в Калининград занимает два часа сорок минут, почти на час больше, чем до 2022 года, — новый маршрут пролегает над Балтикой в обход Литвы. 

С 2019 года калининградский аэропорт Храброво носит имя императрицы Елизаветы Петровны, присоединившей в 1758 году Восточную Пруссию к Российской империи на недолгие четыре года. В 1945 году часть Восточной Пруссии вошла в состав РСФСР, весной 1946-го была образована Кёнигсбергская область, летом того же года ее столицу переименовали в Калининград, соответственно, область стала Калининградской. Всесоюзный староста Михаил Калинин при жизни к Восточной Пруссии никакого отношения не имел, местные жители главный город области, бывший Кёнигсберг, в разговоре привычно сокращают до «Кёниг», туристы приезжают сюда посмотреть на Европу, а видят в основном остатки немецкого прошлого и советское архитектурное наследие. Эта дихотомия, в которой живет регион уже не одно десятилетие, буквально выписана на стенде музея Кафедрального собора: «Пережив травмы прошлого столетия, Калининград продолжает искать свою идентичность». Ключевое слово здесь «продолжает».

Пограничные качели 

В СССР Калининградская область была одной из самых милитаризированных в стране, чтобы попасть на ее территорию, даже советским гражданам требовалось специальное разрешение. Зато после распада Союза она стала самым открытым регионом России. В область хлынули иностранные туристы, включая депортированных немцев и их потомков. Начался культурный и деловой обмен. Калининградцы неожиданно почувствовали себя европейцами: от областной столицы до Польши всего 35 км, до границы Германии — 550 км. Для поездки в супермаркет в районе Гданьска некоторое время не требовалась даже шенгенская виза — Польша ввела для жителей области режим Местного приграничного сообщения (МПП). 

В регионе выросло поколение, которое ни разу не побывало в Москве, Санкт-Петербурге, да просто в основной России, — поездки в Европу были проще и куда дешевле. «Помню, я из Варшавы на Канарские острова туда-обратно летал за $70 — в Европе авиакомпании иногда давали огромные скидки», — вспоминает калининградец Александр Вавилов. 

В 1996 году на всей территории региона заработал особый таможенный режим с беспошлинным ввозом любого сырья или продукции. Минимум переработки в области позволял, по сути, импортные товары вывозить потом в другие регионы России. «Завозить сюда было дешево. И не только из соседних стран — снабжение подсаживалось на шедший через нас гигантский импортный транзитный поток. Например, поставки из Юго-Восточной Азии через Балтику, — рассказывает Forbes президент Союза «Калининградская торгово-промышленная палата» Феликс Лапин. — Иностранным специалистам, в том числе для настройки оборудования и обучения персонала, к нам было легко добираться. В результате здесь очень быстро появились не только сборочные, но и полноценные производства под собственными брендами — электроника, мебель и так далее». 

Льготный таможенный режим притягивал в регион все больше и больше инвесторов. В 1996 году здесь открылся завод «Автотор», наладивший сборку Kia, Hyundai, Chevrolet и BMW. Сегодня «Автотор» переключился на китайские бренды, общий объем инвестиций компании в области за все время присутствия превысил 70 млрд рублей. 

В 2002 году в регионе открыла производство ГК «Содружество», ставшая одним из крупнейших переработчиков семян масличных культур в Европе. Группа построила завод в городе Светлом прямо на берегу соединяющего Калининград с Балтийским морем незамерзающего канала, оборудовала свой порт. Соя на собственных судах завозилась из Латинской Америки, перерабатывалась в масло, оно тут же отгружалось в соседнюю Европу. Всю эту замечательную цепочку сломали санкции. 

Соседняя Польша просто закрыла границу, а Литва не только запретила пролет российских самолетов над своей территорией, но жестко ограничила и сухопутный транзит. 

«Раньше через Литву из Калининградской области за день выходило порядка 1000 фур, а теперь около семидесяти. Закрыли погранпереходы, оставили только один, — рассказывает Forbes председатель совета директоров группы компаний «За Родину» Сергей Лютаревич. — И перевозить что к нам, что от нас через Литву можно лишь крайне ограниченный набор грузов, исключая «продукцию двойного назначения». Аналогично ограничена перевозка через Литву грузов и по железной дороге. Затруднено и перемещение граждан. Поезда Калининград — Москва ходят до сих пор, но билеты на них можно купить только в кассе. Остановок для высадки и посадки в Литве нет, тем не менее для поездки необходим загранпаспорт. Был момент, когда Литва даже ограничивала число пассажиров поезда до 300 человек. Чтобы проехать в Россию и обратно на собственном автомобиле, необходима литовская транзитная виза, а ее выдают лишь постоянным жителям области, имеющим недвижимость или родственников в другом регионе России.

Единственным свободным видом транспорта, помимо воздушного, остается морской — паромами из портов Санкт-Петербурга и Ленобласти. «Лукойл-Калининградморнефть» ведет добычу нефти на суше и балтийском шельфе, добытое раньше отправляли на российские НПЗ поездами, сегодня же, как продукцию «двойного назначения», — только паромами. Соответственно, и горючее в Калининградскую область теперь доставляется только морем, что сказывается на цене. Литр бензина на калининградских АЗС стоил в конце января 2026 года на пять рублей дороже, чем в Москве.

«Раньше загрузил машину, и товар через трое суток уже в московском магазине, — рассказывает Сергей Лютаревич. — А сейчас с учетом хорошего планирования уходит 20–25 суток. Раньше доставка банки наших шпрот в Москву стоила один рубль, а теперь — четыре рубля». 

Латвийские шпроты и честный янтарь

Почти все сохранившиеся с советских времен предприятия области когда-то создавались на базе брошенных немецких верфей, заводов, мастерских. Рыболовецкий колхоз «За Родину» открыли в 1947 году на месте немецкой рыбацкой деревни. Сегодня ГК «За Родину» — один из крупнейших в России производителей рыбных консервов и лидер в сегменте шпрот: предприятие выпускает 45 млн банок этой продукции в год. 

Логистика подорожала и усложнилась, но, по словам Сергея Лютаревича, с 2022 года оборот предприятия вырос в два раза, достигнув в 2024 году 8 млрд рублей. Консервы выпускают в том числе и на оборудовании двух латвийских заводов, которые, как признается Лютаревич, достались ему «с огромным дисконтом». Латвийские предприниматели, ориентируясь на российский рынок, вложили в заводы €15 млн. Но из-за запрета на ввоз в РФ латвийской продукции продали предприятия в разы дешевле Лютаревичу в надежде, что через него консервы из Латвии свободно пойдут на российский рынок. «А мы по ночам вырезали оборудование и через Литву вывозили к себе, 47 фур вывезли, — рассказывает Лютаревич. — И заодно шесть рыболовных судов у них купили. Перегнали к своим причалам, поменяв экипажи и названия».

Компания «Балткран» создана в 1945 году на базе немецких оружейных мастерских. «В 1990-е в области закрылось более 60 промышленных предприятий, а нам удалось сохраниться», — рассказывает Forbes собственник и президент «Балткрана» Олег Ермолаев. Предприятие производит краны, в частности, для работы при экстремально низких температурах. По словам Ермолаева, сегодня «Балткран» единственный, кто выпускает краны грузоподъемностью до 500 т. «Мы лидер отрасли в России по контейнерным кранам, — говорит он. — С одной стороны, мы пострадали от санкций в плане логистики, смены поставщиков, а с другой — с российского рынка ушли западные конкуренты». Благодаря росту заказов, в первую очередь от портов, в 2025 году оборот компании, по предварительной оценке Ермолаева, составит 1,7 млрд рублей, что на 49% больше, чем годом ранее. 

Председатель местной Ассоциации иностранных инвесторов, президент ГК «Продукты питания» Стефано Влахович открыл бизнес в Калининградской области в 1998 году. Сначала ввозил куриное мясо и добавлял переработку, что позволило избегать пошлин при вывозе и продаже в других регионах России. Первым продуктом, как рассказывает Влахович, было «мясо цыпленка со специями», даже без термической обработки. Сегодня его предприятие — крупнейший производитель замороженных полуфабрикатов в России, в первую очередь куриных наггетсов, которые поставляются в торговые сети и сетевые рестораны фастфуда. Оборот в 2025 году, по словам Влаховича, составит 13 млрд рублей, объем выпуска — 38 000 т разделанной курицы и 33 000 т полуфабрикатов. «Это для нас падение, — с сожалением говорит он. — Раньше выпускали больше 90 000 т». По его словам, если до санкций упаковка и этикетки поставлялись из Европы на автомобиле за полдня, то сегодня все привозится морем: из-за этого себестоимость отдельных позиций выпускаемого продукта выросла в два раза. При этом конкуренция с предприятиями в других регионах не позволяет поднять розничные цены больше чем на 15–20%. 

Янтарь — визитная карточка региона. На АО «Калининградский янтарный комбинат» приходится 95% добычи этой окаменевшей смолы. До недавнего времени серьезной проблемой региона была незаконная добыча янтаря. «Объем комбината — около 700 т в год, и крупная фракция, от пяти граммов, подходящая ювелирам, составляет примерно 100 т. Черные ныряльщики-копатели, по моим оценкам, добывали порядка 100 т, но это исключительно крупная фракция — мелкую они не брали, — рассказывает Forbes основатель крупнейшей в регионе ювелирной компании «Дарвин» Вячеслав Дарвин. — И получалось, что объемы комбината и черной добычи были соизмеримы». Сегодня же, по его словам, от черного рынка практически ничего не осталось. Если раньше за незаконную добычу янтаря полагалась лишь административная ответственность, то с 2020 года была введена и уголовная. Запреты, ограничения и рейды правоохранительных органов свое дело сделали, и нелегальный янтарь из продажи исчез. 

«Мастерские, покупающие добытый «вчерную» янтарь, имели возможность демпинговать, не давая развиваться цивилизованным ювелирам, — комментирует Вячеслав Дарвин. — Сейчас ситуация переломилась». В результате, по его наблюдениям, выросло качество изделий из янтаря. На работающих с янтарем калининградских ювелирах санкции и логистика впрямую не отразились: изделия легкие и не очень дорогие в доставке, а основной рынок сбыта — это страны Азии. 

На немецкой истории

Согласно предоставленным Forbes данным Министерства экономического развития, промышленности и торговли Калининградской области, предварительная оценка ВРП региона за 2025 год — 982,6 млрд рублей. Максимальный вклад в ВВП у промышленного производства — более 21%, на втором месте с 16,3% — «деятельность по операциям с недвижимым имуществом». На фоне пертурбаций в торгово-производственном бизнесе ситуация в строительной отрасли региона более или менее стабильная.

С 2008 года население области ежегодно росло, достигнув в 2024 году 1,034 млн. «Сюда активно переезжали из других регионов, переселялись из СНГ. Притягивал морской климат, близость к открытой тогда Европе, — рассказывает Forbes директор по строительству девелоперской компании «о2» Евгений Афанасьев. — В 2017–2019 годах область входила в лидеры по темпам жилого строительства. Недавно мы строили более 1 млн кв. м в год — для региона с миллионом жителей это очень хорошо». Сегодня популярность области у переселенцев упала, начался отток: в 2025 году население сократилось до 1,032 млн. Однако работы строителям добавил растущий туризм.

Конец января 2026 года, новогодние праздники давно позади. Ветрено и холодно, но на Курортном проспекте Зеленоградска все равно толпы туристов. Можно только представлять, что тут творится летом. «Если в 2012 году в округе работало всего 14 гостиниц и один санаторий — суммарно около 600 мест, то в 2025 году было уже 90 гостиниц, включая три пятизвездочных, суммарный номерной фонд в округе превысил 5000 мест», — рассказал Forbes заместитель главы Зеленоградского муниципального округа Георгий Попшой. 

По данным Министерства культуры и туризма Калининградской области, турпоток в регион вырос с 1,925 млн человек в 2021 году до 2,3 млн в 2025 году. «Общий объем трат по банковским картам, совершенный туристами в регионе за 2025 год, составил 29,8 млрд рублей. Важно учитывать, что эта сумма отражает только безналичные расчеты непосредственно на территории региона и не включает в себя, например онлайн-бронирования гостиниц, сделанные туристами из других регионов. Дополнительно туристы сняли 3,3 млрд рублей наличных», — пояснили Forbes в министерстве.

Генеральный директор Корпорации развития Калининградской области Дмитрий Лапицкий рассказывает, как вблизи поселка Покровское Зеленоградского муниципального округа будет создан круглогодичный курорт «Белая дюна»: «Площадь территории составит 479 га, протяженность пляжной зоны — 5 км, планируемый номерной фонд оценивается в 10 480 единиц. Ввод этого курорта должен дать увеличение турпотока на 1,4 млн человек ежегодно». Общий объем инвестиций, по словам Лапицкого, составит около 400,5 млрд рублей, из них 29,7 млрд рублей — государственное финансирование в обеспечивающую инфраструктуру, а остальные деньги частные.

Привлечение туристов строится на немецком историческом наследии. Так, например, калининградский предприниматель Николай Троневский в 2020 году купил здание блокгауза, построенное в 1851 году у Королевских ворот, отреставрировал и превратил его в музей. Собранная Троневским коллекция старинной немецкой посуды, этикеток, открыток иллюстрирует в нем пивную, ресторанную и туристическую историю Кёнигсберга. «На момент покупки это была заброшка, я отсюда лично наркоманов выгонял, — вспоминает Троневский. — Вложил в реставрацию 21,5 млн рублей, из них две трети — беспроцентный кредит, выданный на 15 лет». По его словам, в 2021–2025 годах в регионе действовала специальная программа восстановления старинных зданий: собственнику объекта выдавался не грант, а беспроцентный кредит. «По этой программе было выдано 4 млрд рублей на 18 объектов, из них, считая мой музей, введено в эксплуатацию четыре. Остальные еще просто не успели — там объекты покрупнее, замки, бывшие больницы. В них гостиницы планируются», — рассказывает предприниматель.

Уйти нельзя инвестировать

Экономист Наталья Зубаревич считает, что к весне 2025 года регион так и не вышел из спада, начавшегося в 2022 году. По данным регионального Минэкпрома, за первые девять месяцев 2025 года инвестиции в основной капитал составили 127,4 млрд рублей, или 110,5% к аналогичному периоду 2024 года. В этом объеме инвестиции в обрабатывающие производства — 21,8%, добычу полезных ископаемых — 21,6%, транспортировку и хранение — 21,5%.

По данным Росморпорта, за 11 месяцев 2025 года общий объем перевалки контейнеров в морском порту Калининград достиг почти 260 000 TEU, что на 12,6% выше аналогичного периода предыдущего года. 

Впрочем, почти все инвестиции последних лет можно считать внутренними, поступившими в экономику от компаний, которые давно работают в области. 

Отдельная категория инвесторов — резиденты Специального административного района (САР) на острове Октябрьский, созданного в 2018 году для репатриации российского бизнеса из иностранных офшоров. В марте 2025 года восемь резидентов САР (из 380, которые были в тот момент) взяли обязательство перевести на социальные нужды региона 3,4 млрд рублей в обмен на дополнительные налоговые льготы. Узнать, сколько налогов поступает в бюджет региона от резидентов САР, корреспонденту Forbes не удалось. Один из собеседников сказал, что в последние годы доход от САР стал составлять заметную долю в областном бюджете. «Сумму не афишируют, чтобы другие проблемные регионы не завидовали и не требовали перевести САР к ним», — объяснил он. 

Среди новых крупных инвесторов, пришедших в регион, местные эксперты вспомнили только компанию «Рэнера» (входит в «Росатом»), построившую в городе Немане фабрику по производству литийионных аккумуляторных батарей для электротранспорта. Правда, соглашение между госкорпорацией и регионом о будущем проекте подписали еще в 2021 году. Строительство фабрики начато осенью 2022 года, опытный запуск производства в стадии пусконаладки начался в декабре 2025 года. Как рассказали Forbes в «Рэнере», мощности предприятия позволяют выпускать 50 000 тяговых батарей для легкового электротранспорта ежегодно. 

Фактически в нынешних условиях из самого открытого и инвестиционно привлекательного региона Калининградская область превратилась в территорию, где выгода от открытия бизнеса далеко не очевидна, а вся экономика заточена просто под удержание достигнутых когда-то показателей. И область продолжает искать свою, на этот раз экономическую идентичность.

«На мой взгляд, инвестировать в Калининградскую область имеет смысл именно сейчас, — уверен Стефано Влахович. — Сегодня здесь можно приобрести активы с большим дисконтом. Санкции рано или поздно снимут, границы откроют. И инвестор снова получит бизнес в самом удобном месте — географию-то отменить нельзя».