За последние несколько дней произошло несколько атак на порт Усть-Луга. Одна из них произошла в ночь на воскресенье, 29 марта, сообщил в своем Telegram-канале губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко. «Есть повреждения в порту Усть-Луга. Без пострадавших», — написал он утром. Вечером того же дня он написал, что возгорание в Усть-Луге, возникшее в результате атаки БПЛА, локализовано, не уточнив размеры ущерба. С 22 марта Ленинградская область отражает беспрецедентные удары беспилотных летательных аппаратов, написал 27 марта Дрозденко.
23 марта Дрозденко сообщил, что в порту Приморска повреждена емкость с топливом, возникло возгорание. Вечером он написал, что в порту Приморска продолжается тушение емкостей с нефтепродуктами. В нем, по словам губернатора, было задействовано более 50 единиц техники, отряды МЧС и Леноблпожспаса.
Усть-Луга ранее пострадала 25 марта. Тогда, по словам Дрозденко, в порту произошло возгорание. 26 марта там продолжилось «контролируемое выгорание нефтепродуктов в поврежденных емкостях», сообщила пресс-служба администрации региона.
Фьючерсы на нефть марки Brent выросли 27 марта до $111 за баррель, самого высокого уровня с июня 2022 года, а 30 марта поднялись выше $115.
Согласно агентству Bloomberg, на Усть-Лугу и Приморск в марте приходилось около 45% общего объема российского морского экспорта нефти и нефтепродуктов.
26 марта Reuters сообщил со ссылкой на неназванные источники, что порт Усть-Луга остановился после атаки дронов, и предположил, что ее последствия могут вынудить четыре крупных НПЗ в европейской части России снизить переработку нефти из-за сложностей с вывозом продукции. По данным Reuters, в Усть-Луге была повреждена железнодорожная эстакада для выгрузки нефтепродуктов из цистерн, и терминал прекратил прием бензина и мазута с НПЗ «Киришинефтеоргсинтез», «Ярославнефтеоргсинтез» («Славнефть-ЯНОС»), Московского и Рязанского НПЗ.
Суммарная переработка нефти на этих четырех НПЗ, по данным Reuters, составляет около 55 млн т в год. Из них на мазут приходится от 18 до 35% переработки, весь он идет на экспорт. Внутренний рынок, указывает Reuters, потребляет почти весь производимый четырьмя НПЗ бензин и около двух третей выпускаемого дизеля.
Невозможность вывезти мазут грозит НПЗ остановкой работы. Если снизить его выпуск за счет сокращения переработки, то пропорционально упадет и производство бензина, что нежелательно в период сезонного роста спроса, отмечают источники Reuters. Сроки восстановления приема нефтепродуктов на терминале в Усть-Луге неизвестны, сейчас НПЗ рассматривают комплекс антикризисных мер, намереваясь максимально перенаправить мазут на производство битума и на ТЭЦ, отмечает агентство.
Российские производители нефти предупредили покупателей, что могут объявить форс-мажор в отношении поставок из Усть-Луги и Приморска, сообщил вечером 27 марта Reuters со ссылкой на два неназванных источника в отрасли. Один из собеседников агентства рассказал, что отгрузка нефти с терминала в Усть-Луге может возобновиться не раньше середины апреля.
Усть-Луга — один из основных российских узлов для экспортной перевалки топлива. К экспортному терминалу подведена вторая Балтийская трубопроводная система (БТС-2) мощностью 50 млн т нефти в год. Там же находится терминал «Усть-Луга ойл», который перегружает нефтепродукты и газоконденсат с железнодорожного транспорта на танкеры мощностью в 30 млн т нефтепродуктов в год, в том числе 19 млн т мазута и газойля, а также 11 млн т в год бензинов и нафты. В Усть-Луге расположен принадлежащий «Новатэку» комплекс по перевалке газового конденсата мощностью 3 млн т в год и комплекс гидрокрекинга мощностью 1 млн т в год, позволяющий перерабатывать мазут в бензин.
Приморск — конечная точка магистрального нефтепровода Балтийская трубопроводная система-1 (БТС-1) и двух магистральных нефтепродуктопроводов. Мощность порта по отгрузке нефти составляет 60 млн т в год, нефтепродуктов — 25 млн т год. На территории порта расположены две крупные нефтебазы.
Судя по сообщениям Reuters, говорит эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович, в результате атак на Усть-Лугу повреждены железнодорожный терминал и часть ее инфраструктуры. Официальных данных о нанесенном ущербе нет, отмечает он. Но напоминает, что для доставки нефти и нефтепродуктов в Устье-Луге используется не только железная дорога — в порт заходит нефтепровод БТС-2. Таким образом, говорит эксперт, повреждения железнодорожной сети вряд ли приведут к полной остановке экспорта из порта.
Что именно пострадало в Приморске, тоже неизвестно, говорит Митрахович. Но предыдущие попытки дронов атаковать инфраструктуру этого порта полностью не остановили его работу. «Трудно сказать, сколько времени уйдет на восстановление, но опыт показывает, что, скорее всего, речь идет о днях», — считает эксперт.
В среднем российские предприятия и портовые мощности, пострадавшие от атак, возвращаются к работе достаточно оперативно, а высокие цены на нефть и на сжиженный природный газ снижают чувствительность ударов для нефтегазового комплекса, говорит независимый аналитик Максим Шапошников.
Иного мнения придерживается главный директор по энергетическому направлению исследовательского центра «Институт энергетики и финансов» (ИЭФ) Алексей Громов. Точных оценок возможного ущерба нет ни у кого, говорит он, но обращает внимание на заявление главы «Транснефти» о необходимости перенастройки системы экспортных поставок российской нефти с Балтики.
Через Усть-Лугу и Приморск проходило 1,6-1,7 млн баррелей нефти в сутки, или около 40% всего морского нефтяного экспорта России, напоминает Громов. Если повреждения удастся оперативно устранить, например в течение пяти-семи дней, то колебания российского нефтяного экспорта будут незначительными, если же процесс затянется, есть риск серьезного сокращения его объемов, полагает Громов.
Николай Токарев, президент «Транснефти», которой принадлежат экспортные терминалы в обоих портах, сказал 26 марта, что компания предпринимает усилия для сохранения экспортных потоков после атак на российские порты на Балтике. По его словам, компания рассматривает возможности перенаправить «серьезные» объемы экспортной продукции, но не указал ни какие, ни куда именно.
Forbes направил запрос о комментарии в «Транснефть», но ответа на момент выхода материала не получил.