Двигатель арт-рынка: Forbes Club обсудил взаимодействие бизнеса и художников

В дискуссии приняли участие основатель Мультимедиа Арт Музея Ольга Свиблова, художник Яков Хомич, меценат Андрей Щербинин и директор по маркетингу ОТП Банка Екатерина Кобленц. Модерировал дискуссию директор по развитию Forbes Russia, президент Forbes Club Дмитрий Озман.

Искусство как экосистема

Разговор начался с базового вопроса о том, какое место частные игроки занимают в культуре сегодня. Однако в ходе дискуссии стало ясно, что такая постановка проблемы требует уточнения. 

Екатерина Кобленц предложила смотреть шире: искусство не существует в изоляции, а формируется в среде, где взаимодействуют художники, институции, бизнес и аудитория. В такой логике частные игроки оказываются не внешними по отношению к искусству участниками, а его неотъемлемой частью. 

Художник Яков Хомич поддержал эту мысль, отметив, что художественное высказывание не замыкается на авторе. «Творец дает импульс, дальше — уже взаимодействие с коллекционерами, зрителем», — подчеркнул он. 

Ольга Свиблова предложила рассматривать искусство как полноценную экосистему, в центре которой всегда находится художник, а ближайшей фигурой становится коллекционер. Именно он не только поддерживает автора финансово, но и формирует контекст. По ее мнению, чтобы стать великим коллекционером, не нужны большие деньги. Нужен глаз, чтобы разглядеть ценность там, где она еще не очевидна.

От коллекционера к соавтору

Отдельное внимание в дискуссии было уделено соотношению понятий «коллекционер» и «меценат». Андрей Щербинин отметил, что в реальности эти роли редко существуют отдельно. 

По его словам, «в большинстве случаев человек, который коллекционирует, в конечном счете станет меценатом», так как желание делиться собранным, показывать коллекцию широкой аудитории и передавать работы в музеи становится естественным продолжением личного интереса. Именно так формируются выставочные фонды, большая часть которых пополняется благодаря частным собраниям. 

Ольга Свиблова привела исторические примеры, напомнив о важной роли частных коллекционеров в сохранении культурного наследия — от Сергея Щукина и Ивана Морозова до Георгия Костаки, сыгравшего ключевую роль в сохранении русского авангарда.

Границы влияния

Вопрос о границе между поддержкой и влиянием оказался одним из ключевых. Может ли меценат «создать» художника и где проходит грань допустимого? 

Хомич отметил, что влияние неизбежно: в истории искусства немало примеров, когда именно поддержка со стороны мецената позволяла художнику реализоваться. Однако речь идет скорее о создании условий, чем о прямом управлении. 

Екатерина Кобленц предложила различать роли: если меценат может напрямую влиять на появление искусства, то бренд чаще выступает в роли «усилителя» — помогает уже состоявшимся художникам расширить аудиторию, выйти на новые площадки и рынки.

Зачем искусство бизнесу

Отдельный блок дискуссии был посвящен прагматическому вопросу — зачем бизнесу участие в культуре. 

По словам Екатерины Кобленц, речь не идет о «долженствовании», это всегда выбор компании. При этом взаимодействие с искусством может решать сразу несколько задач: от формирования лояльности клиентов до работы с внутренней средой. 

Она привела пример интеграции искусства в корпоративное пространство: такие проекты не всегда напрямую связаны с коммерческими результатами, но влияют на атмосферу внутри компании: «Люди, которые приходят и делают продукты для клиентов, становятся вовлеченнее и просто счастливее». Таким образом, искусство становится не только инструментом внешних коммуникаций, но и частью внутренней культуры бизнеса.

Частные инициативы как драйвер

История проекта Андрея Щербинина по возвращению наследия художника XIX века Константина Кузнецова стала иллюстрацией того, как частная инициатива может перерасти в масштабный культурный проект. 

По его словам, все началось со случайной находки — внимание привлекла русская фамилия художника во Франции, поэтому решили посмотреть работы. Но со временем это превратилось в системную работу: исследование архивов, создание фонда, формирование коллекции (сегодня она насчитывает более 400 работ) и сотрудничество с Третьяковской галереей и другими музейными институциями. При этом, отметил он, подобные проекты остаются редкостью — во многом потому, что требуют сочетания экспертизы, ресурсов и удачи найти «настоящий алмаз». 

В финале встречи участники сошлись в том, что современное искусство невозможно без частного участия — будь то коллекционеры, меценаты или компании. При этом ключевым становится не столько формат участия, сколько способность видеть, поддерживать и развивать ценность, которая еще только формируется.