Показать образ будущего: как превратить учителя из транслятора в проводника

В нашей стране образовательные ориентиры несколько раз претерпевали серьезную трансформацию. Рассуждая, где и на кого учиться после окончания школы, подростки в разное время задавались разными вопросами: в советские годы — «кем стать?», в 1990-е и 2000-е, когда на первый план вышла проблема выживания, — «где больше платят?». Сегодня школьники зачастую занимают пассивную, отстраненную позицию и вопросы задают себе уже не они, а их родители, педагоги и работодатели. Основной из этих вопросов — «как заинтересовать ребенка учебой?».

Те, кто родился в советское и ранее постсоветское время, привыкли вести себя «как надо», чтобы получать одобрение общества и не выделяться. Многие действовали по инерции: «надо» получить диплом, найти хорошую работу, устроить личную жизнь. Вопрос «зачем?» исчезал под внешним давлением — социальным, семейным, экономическим. Мотивация к достижению жизненных целей базировалась на долге, а знания, полученные в школе и вузе, ценились лишь как подтверждение социального статуса.

Сегодняшние подростки — это поколение «хочу», а чаще — «не хочу». Они живут в мире информационных технологий, вариативности и свободного выбора. С раннего возраста они требуют ответа на вопрос «зачем?»: «зачем изучать сложные предметы, если нейросеть даст ответ за секунду?», «зачем годами штудировать медицину или инженерию, если можно за несколько недель освоить профессию блогера, коуча или нутрициолога?». В их случае проблема мотивации — признак не лени, а кризиса осмысленности. И бороться с ним — задача педагогов.

Проблема: знания, оторванные от жизни

Мир, общество и сами школьники нуждаются в педагогах, которые могут стать для подростков проводниками в мире неопределенного будущего, навигаторами, которые показывают, какие навыки — профессиональные и надпрофессиональные — будут востребованы завтра и как тот или иной урок поможет их сформировать.

Между тем педагогические вузы и колледжи по старинке продолжают готовить учителей-трансляторов, носителей теоретических знаний. И это притом что, согласно опросу, проведенному Ассоциацией студенческих олимпиад «Я — профессионал», в эти учебные заведения нередко идут те, кто как раз готов взять на себя роль проводника — кто хочет помогать детям (60%), влиять на будущее и воспитывать новое поколение (50%).

Получив педагогическое образование, вчерашние студенты могут преподавать свой предмет, но не умеют объяснять, как он пригодится в профессиональной жизни. У них нет представления о том, как устроена современная промышленность, наука и ИТ. Они не знают, в каких компаниях и на каких позициях их ученики смогут применять полученные знания через пять-десять лет.

По данным еще одного опроса «Я — профессионал», важный фактор выбора профессии сегодня — интерес к конкретным дисциплинам (55%). Это создает парадокс. С одной стороны, заинтересованность предметом (возможно, пробужденная педагогом) становится решающей, с другой — сам педагог зачастую не способен ответить на вопрос подростка «куда идти с моим интересом?». Учитель, не разбирающийся в современном мире профессий, может посоветовать школьнику вуз, но выстроить траекторию профессионального развития от любимого предмета к университету и работе мечты ему не под силу.

Все это ведет к потере мотивации: если подросток, живущий в мире мгновенного доступа к информации, не понимает, как использовать приобретенные знания, они для него теряют всякую ценность. Ситуацию усугубляет школа, которая измеряет успех формальными показателями (баллами, оценками, охватом программы), упуская из виду главный результат учебы — осознанный профессиональный выбор.

Решение: партнерство с бизнесом

Вкладывать знания в детей, надеясь, что те сами догадаются, где и как их применять, непродуктивно. Решение проблемы — не в увеличении нагрузки на учителей, а в изменении их роли: из трансляторов знаний они должны превратиться в проводников.

Однако педагог, находящийся в профессиональной изоляции, не может стать навигатором для учеников. Его необходимо включить в контекст современной экономики и профессионального мира — а для этого нужно трансформировать подход к подготовке и повышению квалификации учителей. Существенную роль в этом может сыграть бизнес.

Сегодня многие компании работают с молодежью — проводят конкурсы, олимпиады, летние школы, стажировки. Инвестиции в эти проекты огромны, а мотивы понятны: найти таланты, сформировать кадровый резерв, повысить лояльность бренду. Однако такие акции почти не достигают цели: разрозненные мероприятия нацелены лишь на узкий круг мотивированных школьников. Массовая аудитория в классах остается вне поля зрения бизнеса, поскольку ключевой агент влияния на подростков — педагог — не вовлечен в процесс ознакомления школьников с профессиями и не владеет актуальными знаниями об индустриях.

Между тем именно учителя должны стать главными союзниками работодателей: они видят учеников ежедневно, знают их сильные стороны и могут вовремя заметить зарождающийся интерес. Поэтому партнерство компаний со школами должно быть нацелено не только на поиск будущих сотрудников, но и на повышение профессиональной компетентности педагогов. Один учитель, прошедший стажировку на высокотехнологичном предприятии и вооруженный знаниями о реальных производственных задачах и новейших технологиях, сможет заразить энтузиазмом сотни подростков. Педагог, который своими глазами видел, как создают компьютерные программы или биоразлагаемый материал, общался с инженерами и учеными, обретает насмотренность и уверенность, позволяющие ему стать проводником в мир профессий — и превратить профориентацию из разового мероприятия в часть образовательного процесса.

Взаимодействие учителей с бизнесом — идея не новая. Во многих странах подобные программы уже стали элементом курсов повышения квалификации педагогов. В Канаде и Австралии, например, учителя на несколько недель погружаются в работу компаний — от высокотехнологичных стартапов до сельскохозяйственных холдингов. Педагоги не просто наблюдают — они реализуют проекты, чтобы набраться опыта и затем показывать ученикам связь между теорией и практикой. В Нидерландах действуют масштабные государственно-частные партнерства. Предприятия создают на своей базе учебные лаборатории для школьников, а учителя проходят там обязательные курсы повышения квалификации. В результате педагог получает возможность передавать ученикам не только знания, но и контакты, опыт и сведения о корпоративной культуре. В Южной Корее для учителей организуют встречи с карьерными консультантами из ведущих корпораций, экскурсии на производства и в исследовательские центры. Педагоги узнают, какие навыки и компетенции востребованы на рынке труда, и рассказывают об этом школьникам.

Современному подростку не нужна внешняя мотивация в виде кнута и пряника. Ему нужен понятный, осязаемый и захватывающий образ профессионального будущего. Если российские учителя получат необходимые ресурсы и станут для учеников проводниками в профессиональный мир, на вопрос «как заинтересовать ребенка учебой и мотивировать к осознанному выбору жизненного пути?» наконец найдется ответ.