«Мы можем войти в порочный круг»: о чем говорили на форуме «Россия зовет!»
![Фото Сергея Гунеева / POOL / ТАСС](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2023/12/TASS-65535806-kopia-6571f89a7a171.jpg)
В четверг, 7 декабря, состоялся первый день инвестфорума ВТБ «Россия зовет!». Несмотря на тему форума — «Жизнь без глобализации: объединяя суверенные экономики», на пленарной сессии, в которой приняли участие глава ЦБ Эльвира Набиуллина, министр финансов Антон Силуанов, миллиардер Владимир Потанин, основными темами были внутрироссийские вопросы — риски, с которыми сталкивается российская экономика, запросы бизнеса на стабильное регулирование и контуры нового фондового рынка.
Эльвира Набиуллина, председатель Банка России
О жесткой денежно-кредитной политике
«Сейчас, когда говорят, что у нас жесткая ДКП, мы действительно охлаждаем избыточный спрос — избыточный по сравнению с тем, что на настоящий момент может переварить экономика. Иначе этот спрос уходит в цены, а не в физический рост товаров и услуг».
О льготных программах
«Я хотела бы предостеречь нас от слишком широкого применения льготных программ. Потому что чем больше льготных программ, тем мы вынуждены поддерживать более высокую ставку для всех остальных. И те, кто получает более дешевые кредиты, избранные — за эти кредиты платят все остальные. И мы можем войти в порочный круг, когда есть искушение на высокую ключевую ставку отреагировать расширением льготных программ. Они расширяются, мы еще повышаем ставку, чтобы этот элемент нивелировать, еще расширяются льготные программы. Мне кажется, это путь в тупик и нам, конечно, не к этому надо идти».
О валютных ограничениях
«Моя позиция — ограничений валютных должно быть по минимуму, поскольку они создают дополнительные издержки для бизнеса. Кроме того, бизнес у нас креативный, находит способы, как обойти. Если Россия кого-то зовет, а я так понимаю, что Россия зовет, судя по этому форуму, для иностранных инвесторов должны быть очень понятные, прозрачные правила, как можно инвестировать и как потом можно заработанное в стране вывести. Я большой противник постоянного манипулирования с валютными ограничениями — как только вы начинаете их менять туда-сюда, бизнес оправданно ждет, что завтра они могут быть более жесткими и давайте-ка я заранее чуть-чуть выведу».
Антон Силуанов, министр финансов
Об искусстве бюджетирования
«Чуть мы перегнем с расходами, чуть больше дадим разбаланс бюджета — это скажется как раз на действиях Центрального банка. Никому не хочется иметь высокие ставки. А что такое высокая ставка? Это, по сути, тот же самый налог. Поэтому бюджет и денежно-кредитная политика должны быть скоординированы. Такого не может быть, чтобы бюджет был разбалансированный, и при этом денежно-кредитная политика была мягкая. Мы развиваем новые, по сути дела, секторы: беспилотники, станкостроение, микроэлектроника — все, что раньше завозилось извне. На все это требуются бюджетные деньги. А где их брать? В том числе через доходную часть и очень аккуратно — через заимствования. Поэтому нахождение баланса между тем, сколько может бизнес заплатить и сколько можно потратить на новые задачи, — это как раз искусство бюджетирования».
О том, какой бюджет «нам не нужен»
«Денег много не бывает. Бюджет с таким ростом по сравнению с текущим годом — примерно на 5 трлн рублей расходов больше. Вы говорите: давай больше заимствований. Это значит, что мы должны больше выходить на рынок, размещать свои бумаги. А ВТБ не покупает, между прочим, наши облигации… Чем больше мы выходим — ВТБ говорит: «Давай доходности повышай, тогда купим!» А если ставки доходности будут повышаться, то Центральный банк будет держать более высокие ставки. Здесь все связано, это законы экономики. Поэтому когда нам говорят: побольше расходов, побольше дефицит, — бюджет будет работать не на созидание, а может работать на разрушение. Нам такой бюджет не нужен».
Максим Решетников, глава Минэкономразвития
О гибкости рынка труда
«Мы говорим, что рынок труда — основной ограничитель. Но давайте посмотрим — с уровнем безработицы примерно 3% растем уже год. Мы недооцениваем гибкость рынка труда так же, как до этого недооценивали гибкость нашей экономики. Скорее всего, через год, когда придут данные, мы увидим, что у нас вырос фонд отработанного времени. Поэтому отчасти рост зарплат объясняется этим».
О кредитном и бюджетном импульсе
«Рост кредитования плюс 21% — это много или мало? С нашей точки зрения, большой прирост кредитования — это замещение западного финансирования, да, мы получаем более дорогое российское, но оно не идет на расширение спроса, мы по факту замещаем. Кроме того, у нас увеличилась потребность в оборотном капитале. Поэтому такой прирост кредита не выглядит сейчас чем-то запредельным. Хотя действительно есть проблема ипотеки. Бюджетный импульс — он в этом году будет меньше, по всем параметрам меньше. Инфляция, конечно, выше таргетов, но базовая инфляция — она 5,5%. Она растет, но не столь критично».
Владимир Потанин, гендиректор «Норникеля»
О том, какой должна быть налоговая политика
«Налоговая политика, на мой взгляд, может быть существенным стимулом. Сейчас на первое место выходит качество планирования. Бизнесмена, который лишен возможности планировать, можно сравнить с военным, которому не отдали приказ. Он деградирует. И чтобы этого не происходило, нужен определенный период стабильности на 5-7 лет, прежде всего в налоговой области. В идеальном мире хорошо бы было за счет невысокой налоговой базы и роста инвестиций расширять налоговую базу. Но если текущие обстоятельства этого не позволяют, то лучше повышать налоговую базу по очень простым правилам — облагать налогом на прибыль, а не оборотными налогами, сделать это прозрачно и открыто, лет на 5-7, чтобы бизнесмены могли составлять финансовые модели и не вносить на ходу ненужных изменений».
Юрий Максимов, сооснователь Positive Technologies
О фондовом рынке, «который задумывался природой»
«То, что произошло у нас в области фондового, инвестиционного рынка, — это такой тектонический сдвиг, который только на первый взгляд кажется негативным. На самом деле, мы гораздо ближе стали к фондовому рынку, который задумывался природой. Потом уже захватили власть финансисты, которые, по сути, начали использовать его для получения прибыли без обязательного развития бизнеса. Но в целом идея совладения, помощи в развитии бизнеса — она в основе. Сейчас мы, по сути, сделали вот этот сhange. Раньше у нас были большие фонды, преимущественно американские, которые давали хорошую, качественную оценку. Они ушли. Конечно, среди «физиков» нет понятного алгоритма, как оценивать [компанию]. Эту проблему нам надо решить в первую очередь».