Почему власти рассматривают сокращение расходов бюджета и к чему это может привести

Почему понадобилось сокращать расходы

В 2026 году властям придется пойти на урезание (секвестр) бюджетных расходов федерального бюджета — то, что такие обсуждения ведутся в правительстве, подтвердил Минфин 11 марта. Подробностей предстоящего секвестра ведомство не раскрыло, указав лишь, что урезание расходов не коснется социальных обязательств государства, статей, связанных с безопасностью, ведением «спецоперации»* и поддержкой семей ее участников. Однако, по данным собеседников Reuters и Forbes, речь идет о сокращении расходов 2026 года на 10%. 

Обсуждению секвестра предшествовало объявление о предстоящем ужесточении бюджетного правила — снижении базовой цены нефти — той цифры, которая фактически задает уровень бюджетных расходов из нефтегазовых доходов. Те доходы бюджета, которые складываются при цене нефти выше этой суммы, идут на пополнение Фонда национального благосостояния, если же цена фактически оказывается ниже базовой, то разница бюджету компенсируется из ФНБ. О планах ужесточить бюджетное правило глава Минфина Антон Силуанов объявил в конце февраля, на следующий день после закрытого совещания президента с членами правительства и ЦБ по вопросам финансирования дефицита бюджета. По итогам первых двух месяцев 2026-го показатель достиг уже порядка 3,4 трлн рублей, притом что на весь год дефицит был запланирован в размере 3,786 трлн рублей, или 1,6% ВВП.

Значительный дефицит в начале года Минфин объясняет опережающим финансированием расходов внутри года. В то же время в начале года российский бюджет столкнулся с большим недобором нефтегазовых доходов — за январь-февраль они составили 826 млрд рублей, примерно вдвое меньше, чем годом ранее. При базовой цене нефти марки Urals $59 за баррель средняя ее цена в январе, по данным Минэка, составила $40,95, в феврале — $44,59. На фоне недобора нефтегазовых доходов дефицит бюджета понадобилось финансировать из ФНБ, ликвидные активы которого к началу марта сократились до 4 трлн рублей. Когда Силуанов сообщал о планах по снижению цены отсечения, он констатировал, что доля нефтегазовых доходов снижается и в дальнейшем составит только 20%, при этом необходимо обеспечить сохранение ФНБ, чтобы снизить давление на валютный рынок. Ужесточение бюджетного правила необходимо потому, что «ликвидная часть ФНБ сейчас минимальна, и нужно думать уже не о дальнейшем расходовании этих средств, а о механизмах их нового накопления», отметил директор Центра региональной политики РАНХиГС Владимир Климанов. 

Действующая цена отсечения равна $59 за баррель нефти Urals, показатель снизили с 2026-го — до этого она составляла $60. По действующей версии бюджетного правила базовая цена должна была поэтапно снижаться — на $1 ежегодно, до $55 к 2030-му. Тогда Силуанов объяснил логику возвращением к бюджетным принципам 2017 года. Министр напомнил, что при подготовке бюджетного правила была заложена цена нефти $40 за баррель, которая должна была индексироваться каждый год на 2%, и тогда достигла бы $55 к 2030 году. 

Резкий рост нефтяных цен в связи с военным конфликтом на Ближнем Востоке (с его начала Brent подорожала более чем на треть, сократился и дисконт на российскую нефть) вряд ли скажется на решениях по поводу ужесточения бюджетного правила, считает директор центра исследований экономической политики МГУ Олег Буклемишев. «Скорее возобладает позиция не обращать на это временное явление внимания и воспринимать его как подарок судьбы», — говорит он.

Дефицит федерального бюджета действительно «начал вызывать серьезную тревогу», отмечает Владимир Климанов. Хотя его параметры пока не столь опасны, как, например, в 2009 году, когда дефицит достигал 6% ВВП, или в 2010-м, 2016-м и 2020 годах, когда он превышал 3%, тем не менее и сейчас он достаточно значительный. Более того, высокие показатели дефицита сохраняются уже на протяжении нескольких лет, а в дальнейшем также запланировано превышение расходов над доходами, добавил экономист.

Какие расходы могут урезать и на какую сумму

На 2026 год было запланировано 44,1 трлн расходов бюджета. Как отмечает директор по инвестициям «Астра УА» Дмитрий Полевой, расходы на оборону (около 13 трлн рублей), нацбезопасность и правоохрану (около 4 трлн рублей), социальную политику (около 7 трлн) и обслуживание госдолга (3,9 трлн) суммарно дают почти 28 трлн рублей «неснижаемых» расходов. Если к ним добавить объем публичных нормативных обязательств (денежные выплаты в размере 1,5 трлн рублей в открытой части) и суммарные межбюджетные трансферты из федерального бюджета (почти 9 трлн рублей), то сумма увеличится приблизительно до 38 трлн рублей, и оптимизировать останется лишь 6 трлн. «Иными словами, возможное сокращение может составить до 600 млрд рублей», — сказал Полевой.

В целом масштабы предстоящего сокращения будут зависеть от базовой цены, на которой остановятся власти. По словам главного экономиста «Т-Инвестиций» Софьи Донец, каждые $5 за баррель нефти приносят России около 700–800 млрд рублей. Так, если цену сократят с $59 до $55 за баррель, необходимо будет сэкономить примерно 600 млрд, если же стоимость опустится до $50, то доходная часть бюджета недосчитается уже свыше триллиона рублей, говорит эксперт. По ее мнению, суммы, превышающие триллион, будет очень сложно компенсировать.

В первую очередь сокращать будут расходы на различные «необязательные инвестиции», говорит Олег Буклемишев. Например, речь может идти о долгосрочных инфраструктурных программах или несоциальных национальных проектах, рассуждает главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах. «Какие-то проекты «уедут вправо» с неопределенными перспективами, то есть будут отложены на будущие годы», — говорит он. Сокращать в первую очередь будут то, что не реализовано. С учетом того, что защищенные статьи составляют примерно 70% от расходов, бюджетный эффект будет заключаться в чистом снижении расходов на 2–2,5%, оценивает Табах.

«На практике, вероятно, речь будет идти не столько об отмене проектов, сколько о заморозке или растягивании сроков реализации», — считает доцент департамента прикладной экономики факультета экономических наук НИУ ВШЭ Анна Федюнина. Это могут быть, например, дороги регионального значения, не входящие в федеральные коридоры, некритические или второстепенные объекты ЖКХ и т.д. Также направлением потенциальной оптимизации могли бы стать расходы на госуправление и госадминистрирование, говорит она. «Наконец, можно достаточно уверенно говорить, что сокращение может коснуться ряда второстепенных (за рамками ключевых обязательств) программ поддержки населения, бизнеса и научной сферы», — сказала экономист. Крайне важно пересмотреть эффективность и результативность отдельных программ — например, части льгот для бизнеса, которые не пользуются спросом, а также отдельные отраслевые меры поддержки, добавила Федюнина.

Снижение госрасходов уменьшает совокупный спрос, удар по нацпроектам тормозит инфраструктурное строительство — один из немногих устойчивых драйверов роста последних лет, отмечает руководитель исследовательского центра «Аналитика. Бизнес. Право», доцент ГАУГН (при РАН) Венера Шайдуллина. Ключевой вопрос при этом заключается в том, чтобы сокращение не привело к остановке экономики, подчеркивает Владимир Климанов. Одновременная жесткость денежно-кредитной и бюджетно-налоговой политики способна создать крайне негативные условия для экономического роста: он может не просто замедлиться, а уйти в отрицательную зону, предупреждает он. Именно поэтому сокращение бюджетных расходов целесообразно было бы сочетать с дальнейшим снижением ключевой ставки, считает Климанов.

* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 57 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.