Число налоговых должников среди крупного бизнеса выросло в полтора раза
Как росли долги
Среди крупного бизнеса с годовой выручкой от 2 млрд рублей число налоговых должников за последний год выросло почти в полтора раза (на 47%), превысив 156 000 компаний, говорится в исследовании «Актион Бухгалтерии» (входит в группу «Актион»), с которым ознакомился Forbes. Аналитики собрали данные по всем компаниям, кроме ИП и самозанятых, в любом статусе, включая ликвидацию, за 2025 и 2026 годы (по состоянию на 10 февраля) с долгами более 10 000 рублей. Отсечение по размеру недоимки было сделано, чтобы исключить мелкие долги, которые могут появиться, например, из-за начисления пени или спорных ситуаций. По оценке «Актион Бухгалтерии», среди крупных компаний примерно у трети налоговая задолженность не превышает 100 000 рублей.
В целом число организаций с налоговыми долгами выросло на 12% (на 48 000): в 2025 году недоимки были у 391 825 компаний, в 2026-м — уже у 439 952 предприятий. При этом среди компаний с нулевой выручкой количество должников снизилось на 2,1% (на 5666).
По отраслям больше всего должников в самых массовых сферах — торговле и строительстве, но прирост меньше среднего (+8–10%). Заметное увеличение показателя — свыше 25% — зафиксировано в здравоохранении, автопроизводстве, гостиничном бизнесе и кинопроизводстве. В Москве численно должников больше (в 2026 году зафиксировано 112 553 таких компании), чем в других регионах, но динамика их прироста ниже среднего — 7%.
Также аналитики отметили, что «проблема налоговых долгов смещается от «нулевок» к реально работающему бизнесу»: чем крупнее компании, тем сильнее рост, показало исследование. Так, число микропредприятий-должников (с прибылью 60–120 млн рублей) увеличилось за последний год только на 7,8%, малых (выручка от 120 млн до 800 млн рублей) — на 18,9%, средних (от 800 млн до 2 млрд рублей) — на 35,5%. Причем среди организаций на упрощенной системе налогообложения (УСН), которые стали плательщиками НДС с 2026 года (выручка от 20 млн рублей до 60 млн), численность должников стала больше на 10,7%. Среди тех, кто все еще не платит НДС (до 20 млн рублей выручка), количество компаний с недоимками выросло на 6,5%. То есть сокращение показателя произошло только среди бизнеса без доходов.
Действительно, повышение налогового бремени в первую очередь оказывает влияние именно на действующий бизнес, говорит генеральный директор Blcons Group Audit Department, руководитель рабочей группы по налоговым рискам ТПП Мария Стригалева. На любые изменения налогового бремени действующему бизнесу нужно время, а «нулевые» организации с такими проблемами не сталкиваются.
Долги в сегменте от 2 млрд рублей редко бывают случайными, например из-за технической ошибки на 15 000 рублей, отмечает глава юридической компании «Архитектура права» Андрей Зуйков. Зачастую в этой категории долги измеряются миллионами рублей. Как правило, это следствие камеральных или выездных налоговых проверок, доначислений по следам дробления бизнеса, оспаривания работы с контрагентами (разрывы по НДС) или резких кассовых разрывов, когда компания не смогла единовременно выплатить, к примеру, авансовые платежи по налогу на прибыль, перечисляет эксперт.
Рост неплатежей связан с напряженным финансовым состоянием бизнеса, говорит старший менеджер группы разрешения налоговых споров Kept Наталья Файзрахманова. Компании, в том числе крупные, работают в режиме жесткой экономии из-за недостатка оборотных средств, дорогого заемного финансирования, общей неблагоприятной ситуации в экономике. Все это выливается в том числе и в рост налоговой задолженности, рассуждает эксперт.
В 2025–2026 годах заметно выросла фискальная нагрузка на бизнес. Налог на прибыль в 2025 году увеличился с 20 до 25%, НДС с 2026 года — с 20 до 22%. У значительной доли малого бизнеса появилась обязанность платить НДС на УСН. В то же время снижается рост ВВП страны: за два месяца текущего года показатель сократился на 1,8%. В то же время ключевая ставка ЦБ долгое время остается высокой, отмечает ведущий эксперт «Актион Бухгалтерии» Ольга Смирнова. У компаний может не хватать денег на налоги или бизнес сознательно направляет их на зарплату и поставщикам, создавая временную недоимку, допускает она.
На рост долгов среди реального бизнеса также может влиять улучшение механизмов контроля налоговых органов, добавляет Смирнова. Федеральная налоговая служба (ФНС) в 2025 году усовершенствовала предпроверочный анализ — теперь в нем учитывают больше признаков взаимозависимости (общие IP-адреса, пересекающийся персонал, близкое местонахождение и т.д.), что позволяет точнее вычислить выгодоприобретателя. «Увидев доказательства, компания понимает: при выездной проверке будут крупные доначисления и уголовное дело. Выход — сдать уточненные декларации и признать долг», — объясняет эксперт. Однако зачастую денег на уплату не хватает — так и образуется задолженность.
Сокращение же числа «нулевок» с долгами можно объяснить чисткой реестра — ФНС исключает недействующие компании, а также должников, если признает недоимку безнадежной, продолжает Смирнова. Также, вероятно, собственники стали активнее ликвидировать такие компании, в том числе потому, что сейчас действует упрощенный порядок прекращения деятельности для малых и средних предприятий (МСП), добавила она. Также это связано с изменениями в налоговом законодательстве о страховых взносах для таких «нулевых» компаний, добавил управляющий партнер юридической фирмы «Дубинин & партнеры», член Ассоциации юристов России Олег Дубинин. Бенефициары считают расходы на обязательные страховые взносы руководителям и необходимую отчетность невыгодными.
Кроме того, одновременно вводить «нулевки» для уклонения от налогов стало гораздо рискованнее, отметил член совета московского регионального отделения «Деловой России» Андрей Глушкин. «Теневые схемы дробления и «рисования» выручки через подставные компании уходят в прошлое не потому, что бизнес стал честнее, а потому, что инфраструктура контроля стала существенно лучше», — пояснил он.
С 2023 года вступили в силу законодательные нововведения, упрощающие и повышающие качество исполнения налогоплательщиками своих обязательств, — в том числе Единый налоговый счет (ЕНС), указал представитель ФНС в ответ на запрос Forbes. Были исключены случаи «технической задолженности», снизилась в 32,5 раза сумма ошибочных платежей за счет повышения качества взаимодействия. «Значительный эффект от внедрения ЕНС виден в снижении в 2 раза общего количества должников. При этом поступления в бюджет от процессных мер взыскания за 2025 год составили 1,4 трлн рублей, что на 1 трлн рублей (в 3,5 раза) выше чем до внедрения ЕНС (за 2022 год)», — отмечают в ФНС. Представитель ведомства также обратил внимание, что по итогам 2025 года значение DTI (debt-to-income, показатель, отражающий соотношение имеющихся долгов к получаемым доходам) по налоговым платежам составляет 5,6%, что ниже среднегодового значения за последние пять лет, которое составляет 5,8% (за 2020–2024 годы).
Тревожный сигнал
В среднесрочной перспективе налоговые долги могут продолжать расти, считает Ольга Смирнова. Курс на обеление экономики сохраняется, а инструментов для выявления недоимок становится больше. В свою очередь, смещение налоговых долгов к реальным компаниям может в дальнейшем привести к банкротствам, остановке производств, рассуждает она.
«Кризис в экономике набирает обороты и уже дошел до крупного бизнеса, который имеет гораздо большую финансовую устойчивость, нежели МСП», — говорит ведущий научный сотрудник Института Гайдара Илья Соколов. По вовлеченности крупного бизнеса можно судить о масштабах надвигающегося экономического спада, считает он.
Смещение проблемы к реальному бизнесу — это сигнал о финансовом стрессе действующих компаний, согласен Андрей Глушкин. Тревожно выглядят отрасли с высоким приростом должников — здравоохранение, автопроизводство, гостиничный бизнес, отмечает он. Особенно чувствуются финансовые сложности в некоторых отраслях экономики, таких как стройка и торговля, говорит банкротный и корпоративный юрист, управляющий партнер юридического бюро «Князев, Сиволоцкая и партнеры» Евгения Сиволоцкая. «Кассовые разрывы ведут к невозможности своевременно платить по своим обязательствам, в том числе и по налоговым», — говорит она.
Сложно сказать, сколько времени может понадобиться бизнесу, как малому, так и крупному, чтобы перестроиться под новую налоговую нагрузку, рассуждает Мария Стригалева. В этом вопросе многое будет многое зависеть и от государственной политики и мер поддержки.
Курс на повышение собираемости налогов уже задан и последовательно реализуется, констатирует партнер департамента налогов и права компании ДРТ Татьяна Кофанова. Поэтому налоговые долги, если они есть, «без внимания не останутся». В то же время Налоговый кодекс предоставляет и цивилизованные способы урегулирования: отсрочку, рассрочку, инвестиционный налоговый кредит. «В текущих условиях следует ожидать роста спроса именно на эти инструменты как на альтернативу жесткому принудительному взысканию», — прогнозирует эксперт.
С 2026 года условия предоставления отсрочки и рассрочки уплаты налогов и сборов были изменены, и предполагается, что больше налогоплательщиков смогут воспользоваться этими мерами в случае затруднений с оплатой налогов, обращает внимание Мария Стригалева. Но если доступ к кредитным продуктам будет по-прежнему затруднен, сложности с платежами будут накапливаться, считает она.