Сколько стоит одно домогательство: почему «дело Вайнштейна» закончилось мировым соглашением

Дмитрий Казаков Forbes Contributor
Фото Carlo Allegri / REUTERS
Голливудский продюсер Харви Вайнштейн договорился о соглашении с женщинами, обвинившими его в домогательствах. Он выплатит $44 миллиона долларов. Если бы события развивались в России, подобного бы не произошло, уверяет управляющий партнер адвокатского бюро «Казаков и Партнеры» Дмитрий Казаков

Вайнштейн-гейт подходит к кульминации: на днях американский кинопродюсер и бывшие члены совета директоров его компании договорились о мировом соглашении с женщинами, которые обвиняли Вайнштейна в сексуальных домогательствах. Сумма сделки — примерно $44 млн.

Это не отменяет уголовного дела против Вайнштейна, где две женщины обвиняют его в изнасилованиях. $44 миллиона касаются всего-навсего 15 гражданских исков, где жертвы обвиняют Вайнштейна в домогательствах (тот самый «харассмент»). Мировое соглашение позволит Вайнштейну обойтись без публичного урегулирования каждого иска и признания вины по каждому из них. Грубо говоря, общественность так и не узнает, имели ли место все эти домогательства на самом деле. При этом $30 миллионов уйдут пулу истцов, который включает не только предполагаемых жертв, но и кредиторов бывшей студии Вайнштейна Weinstein Company и некоторых бывших сотрудников. Оставшиеся $14 миллионов пойдут на оплату судебных издержек Weinstein Company.

В целом, можно сказать, что Вайнштейн легко отделался, ведь это менее половины суммы, которую он обсуждал в прошлом году с фондом жертв его домогательств (тогда речь шла о $90 миллионах). Плюс, как пишет The New York Times, всю сумму в $44 миллиона покроет страховка.

Сколько стоит одно домогательство?

Но как вообще пришли к этой сумме? Значит ли это, что одно домогательство обошлось Вайнштейну в $2 миллиона долларов? На это точного ответа дать невозможно: смысл соглашения и заключается в том, чтобы мы не узнали всех деталей.

Обычно общая цифра формируется из оценки «предложения» пострадавших, количества и качества обоснований под каждое требование. Изначально сумма требования в качестве компенсации за харассмент может зависеть как от степени обоснованности, так и от банальной наглости. Аргументом может послужить как утраченная работа (пришлось уволиться, испорченная репутация и т.д.), так и грамотно подобранные медицинские документы, например. То есть, изначально цифра почти произвольная. Потом ее оценивают адвокаты, учитывая: место рассмотрения, набор доказательств, аналогичные прецеденты. Формируется вывод об обоснованности суммы. Дальше — обычные переговоры по сумме, как при заключении хозяйственного договора. Удается прийти к «общему знаменателю» — заключается соглашение. Нет — суд этот «знаменатель» выведет. Адвокаты Вайнштейна проделали всю эту работу по каждому случаю. Общественности озвучена только общая сумма всех выплат.

Здесь необходимо отметить, что в США признаются харассментом не любые поступки сексуального характера на работе, флирт и пошлые шутки. Есть четкий свод правил, определяющих, что именно является сексуальным харассментом, а что — нет; эти правила еще в 1980 году составила американская Комиссия по равным возможностям трудоустройства (EEOC). Согласно указанным правилам, харассментом считаются различные нежелательные действия сексуального характера, достаточно значительные и, как правило, неоднократные. Хотя харассментом считают и некоторые тяжелые разовые поступки. Кроме того, в США сексуальный харассмент на рабочем месте становится чем-то противозаконным только в тот момент, когда начинает влиять на условия труда человека.

Как правило, сексуальный харассмент на рабочем месте в США рассматривают как гражданское правонарушение, ответственность за которое в том числе несет работодатель.
Таким образом, ключевое значение в новости имеет момент, что иски пострадавшими от Вайнштейна женщинами подавались против него и его компании. То есть, они согласно американской правовой системе, относятся к категории дел, которые могут быть урегулированы путем заключения мирового соглашения. Не стоит при этом забывать, что фактически
владельцем компании Weinstein & Co является сам Харви Вайнштейн, который таким образом избежал вероятных дорогостоящих судебных процессов с, так сказать, возможной перспективой получения отрицательных судебных решений в отношении компании и взыскания значительных сумм компенсаций и судебных расходов, которые практически наверняка превысили бы указанные расходы Ванштейна.

Впрочем, некоторые виды харассмента все-таки могут считаться уголовными преступлениями, например, на почве ненависти, или если речь идет о преследовании, серьезных угрозах, физическом и сексуальном насилии. В США понятие «харассмент» принято трактовать достаточно широко, в него могут включать и «сексуальное насилие», и насильственные действия сексуального характера, и изнасилование.

Именно поэтому прокуратурой продолжается расследование в отношении обвинений Вайнштейна в изнасилованиях, в результате которого прокуратура должна собрать необходимые доказательства и представить их в судебном заседании в случае направления дела в суд.

Подобная ситуация не могла бы случиться в России

В Российском законодательстве юридического понятия «харассмент» нет, как нет и понятия «домогательства». В уголовном Кодексе РФ половые преступления объединены в группу преступлений, объектом которых выступают половая свобода и половая неприкосновенность личности. Нормы, устанавливающие ответственность за эти преступления, объединены в главе 18 Уголовного кодекса Российской Федерации. Сейчас уголовное законодательство России предусматривает ответственность за 5 половых преступлений: изнасилование (ст. 131 УК РФ); насильственные действия сексуального характера (ст. 132 УК РФ); понуждение к действиям сексуального характера (ст. 133 УК РФ); половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста (ст. 134 УК РФ); развратные действия (ст. 135 УК РФ).

При этом уголовные дела об изнасилованиях или насильственных действиях сексуального характера являются делами частно-публичного обвинения, то есть возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, но прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат. Возмещение же ущерба и морального вреда, нанесенного преступлением, возможно по решению суда только после вынесения обвинительного приговора. Что, однако, не исключает вероятности самостоятельного возмещения ущерба обвиняемым потерпевшему ради смягчения наказания.

Таким образом, подобная ситуация не могла бы случиться в России, так как условный «Ванштейн» неминуемо находился бы в статусе обвиняемого по уголовному делу или делам, и ради прекращения уголовного дела не мог бы заключить мировое соглашение с предполагаемыми потерпевшими в официальном порядке. Скорее он бы заключил соглашение с потерпевшими в секретном порядке с целью предотвращения подачи заявления о возбуждении уголовного дела.

В заключение можно упомянуть, что в недавнем времени некоторые российские политики были обвинены в харассменте, однако проведенная правоохранительными органами проверка не нашла оснований для возбуждения уголовных дел. Также в российских средствах массовой информации отсутствуют какие-либо официальные подтверждения о возмещении ущерба пострадавшим. Что позволяет говорить о том, что проблема существует в России, но способы и пути возмещения потерпевшим в абсолютном большинстве случаев тщательно скрываются.

Новости партнеров