«Прошу, позаботься о маме». Чему учит опыт будийского монаха в общении с родителями

Фото Getty Images
Мы уделяем мало времени любимым людям из-за своей вечной занятости. Это касается даже просветленных будийских монахов. Есть ли простое решение у этой проблемы, Гемин Суним, чье имя переводится как «стихийная мудрость», рассказывает в своей книге «Любовь к несовершенству: Принять себя и других со всеми недостатками»

«Ошибки, о которых мы жалеем, конфликты, предубеждения, чувство вины, страхи и нелюбовь — причина всех наших бед зачастую кроется в неприятии себя. Как найти баланс и начать спокойно относиться к своим и чужим несовершенствам?» — задается вопросом буддийский монах Гемин Суним, чья книга выходит в «Альпина Паблишер» в сентябре. С разрешения издательства ForbesWoman публикует отрывок об отношении к родителям.

Каждый человек на этом свете — чей-то любимый ребенок, и буддийский монах в том числе. Даже несмотря на то, что монахи покидают родной дом и посвящают свою жизнь поискам духовного просветления, большинство из них не разрывают связей с родителями.

Маудгальяяна, один из главных учеников Будды Шакьямуни, был любящим сыном. Согласно буддийским источникам, он спустился в ад, чтобы спасти мать.

Кьон Хо, великий корейский мастер дзен XIX столетия, также оставался достойным сыном своей матери даже после того, как стал монахом. Первое, что он сделал, достигнув просветления, — разыскал ее. Почти 20 лет Кьон Хо жил с матерью и заботился о ней. Следуя его примеру, многие современные монахи так или иначе заботятся о своих стареющих родителях.

Поступаю так и я: всякий раз, возвращаясь в Корею, я стараюсь пожить у родителей по меньшей мере неделю в надежде наверстать упущенное. Но я всегда испытываю грусть,
видя, как они постарели, особенно мама. У нее появилось немало седых волос, а зубов стало меньше. Она уже не так подвижна, как прежде. Сыну тяжко видеть, как стареет мать. И хотя мне известно, что в мире нет ничего постоянного, я не могу не желать, чтобы моя мама стала исключением.

Я очень на нее похож. Она интроверт, но при этом светлый и отзывчивый человек. Она любит музыку и искусство, а также книги — как и я. Она неизменно записывает все самые ценные и интересные мысли и делится ими с семьей и друзьями. Перед лицом невзгод мама проявляет терпение и силу духа. А еще часто делает что-то в помощь другим и гордится моими работами и выступлениями, так как они тоже помогают
людям.

Но недавно я узнал, что моя мать, которая, как мне казалось, всегда будет бодра и здорова, заболела. Похоже, она скрывала от меня свою болезнь, потому что не хотела, чтобы я тревожился. Сердце у меня упало, когда отец позвонил мне и сказал, что мать больна. Я бросил все дела и сел на самолет, чтобы увидеть ее. Несмотря на то что ее недуг не был неизлечим, я провел с ней целый месяц. Я сгорал от стыда при мысли о том, что, пока пытался помочь незнакомым людям, мои собственные родители были обделены вниманием.

Свои публичные выступления я обычно заканчиваю медитацией. Сначала я предлагаю людям адресовать любовь и теплые пожелания самим себе, направив свет в собственное сердце. После этого я прошу их взять за руки тех, кто сидит рядом, и закрыть глаза. Потом они представляют, что держат за руку человека, которого очень сильно любят, — например, мать. И после этого я прошу их послать любовь людям, которых они представили, и произнести такие слова: «Будь счастлив! Будь здоров! Будь безмятежен! Пусть ничто не причинит тебе вреда!»

Мы все вместе нараспев произносим эти слова, и многие из нас плачут. Несмотря на то что всегда желаем любимым людям счастья и здоровья, зачастую мы не говорим об этом вслух, предполагая, что близким наши чувства и так известны. Но когда повторяем мантру, нам становится жаль, что мы уделяем любимым людям так мало времени из-за своей вечной занятости. И вот, представляя, что держу за руку свою мать и, повторяя мантру вместе со всеми, я чувствовал именно это. Внезапно из самой глубины моего сердца вырвалось сентиментальное: «Мамочка, мама, я так сильно тебя люблю!»

Это вышло неосознанно — «мамочка», а не «мать». Но, несмотря на всю неловкость, я тут же отправил такое сообщение своей матери. Я тщетно силился вспомнить, когда в последний раз говорил ей эти слова. Позже я узнал, что, получив столь искреннее сообщение от взрослого сына, который уехал из дома в поисках просветления, моя мать долго плакала. А потом она решила выздороветь — не только ради себя самой, но и ради меня, своего ребенка.

Героиня известного корейского романа «Пожалуйста, позаботься о маме»* осознает, как сильно любит свою мать, только после того как та пропадает без вести. Писательница Шин Кун-Суук рассказывала в интервью,
что давно хотела написать эту книгу, но никак не могла довести ее до ума, пока не заменила в названии слово «мать» на «мама». Роман заканчивается тем, что дочь едет в Ватикан. Она склоняется перед Пьетой — статуей
Девы Марии, обнимающей мертвого Христа, — и молит: «Пожалуйста, пожалуйста, позаботься о маме».

Я пробыл со своей матерью месяц, после чего мне снова пришлось уехать из страны. Мое сердце было исполнено печали и угрызений совести. Вновь и вновь я ловил себя на том, что обращаюсь к Бодхисаттве Авалокитешваре — Воплощению сострадания, — прося о милости для моей мамы.

***

Я сердился на отца. «Отец, почему ты так долго откладывал поход к врачу? Почему не послушал меня?» Хотя мне и не нравилось говорить с отцом в таком тоне, я был раздражен. А произошло вот что. После осеннего ретрита в буддийском монастыре Бонгам я приехал погостить к родителям и увидел, что отец сильно исхудал. Я спросил его, что случилось. Он ответил, что ничего особенного не произошло, просто у него проблемы с пищеварением и он время от времени принимает какие-то лекарства. Услышав это, я забеспокоился, что у него может быть рак желудка, так как резкая потеря веса — первый симптом этой болезни. Мой дед скончался именно от нее.

Но, несмотря на мой совет, отец отказался делать гастроскопию. Утверждая, что с ним все в порядке, он попросил меня последить за собственным здоровьем.

«Я не так важен, но ты, сын мой, ведь ты приносишь людям столько пользы. Ты должен заботиться о себе, чтобы помогать им и дальше». Вернувшись к родителям той зимой, которая выдалась очень холодной, я узнал, что отец уже больше месяца простужен. На сей раз он сам признал, что с ним творится что-то неладное, и согласился сделать гастроскопию.

Сердце у меня упало. Почему ты не ценишь собственное тело? Почему постоянно говоришь, что ты не важен? Почему ты не думаешь о своих детях — о том, как сильно они волнуются за тебя? Я был огорчен.

По всей видимости, я не единственный, кому знакомы подобные переживания. Я заметил, что более сложные и противоречивые эмоции люди испытывают именно по отношению к отцу, а не к матери.

Особенно это касается взаимоотношений сыновей и отцов. И вот, на основании всего, что я узнал из своих бесед с людьми, я выделил пять типов отношений между отцами и детьми — хотя, разумеется, таковых намного больше. Читая, поразмыслите над тем, к какому типу можно отнести отношения в вашей семье.

Первый тип — патриархальные отношения. Отец скуп на эмоции, устанавливает строгие правила и нормы поведения. Зачастую манипулирует детьми посредством чувства вины и стыда. Детям кажется, что отец довлеет над ними — как гора, которую невозможно преодолеть. Даже во взрослом возрасте им некомфортно рядом с ним, так как все детство они его боялись и теперь не могут решиться поговорить с ним искренне.

Ко второму типу относятся дети, которые наблюдали, как их мать страдала из-за внебрачных связей отца или его безделья. Такие дети склонны сопереживать матери и гневаться на отца. Если в детстве у них не было возможности выразить свою злость, то впоследствии эти подавленные эмоции будут осложнять общение с родителем. Зачастую они вовсе избегают отца.

Третий тип — когда отец «сделал себя сам» и предъявляет завышенные требования к детям. Так как ему пришлось всего добиваться своим трудом, в его глазах недостаточно того, что дети просто стараются или хорошо учатся в школе. Отчаянно стремясь завоевать одобрение отца, такие дети во взрослом возрасте страдают тревожностью и не способны расслабиться. Они считают, что будут достойны любви только тогда, когда сделают что-то хорошо или добьются значительного успеха. Я часто встречаю молодых людей с великолепным образованием и хорошей работой, у которых при этом заниженная самооценка и явная склонность к трудоголизму; беседуя с ними, я узнаю, что у многих именно такой отец.

Четвертый тип — это дети, которые родились в обычной семье и впоследствии добились больших успехов в учебе или какой-то еще области. Таким детям кажется, что отец их в каком-то смысле ограничивает, и они внутренне обижаются на него за вмешательство в их жизнь. Они независимые и целеустремленные и считают, что им не нужен непрошеный совет отца, который и представления не имеет о том, какой жизнью они живут. Такие дети любят отца, но не обязательно к нему прислушиваются.

И наконец, пятый тип — это дети, которые очень рано лишились отца. В детстве им сильно его не хватало, и, повзрослев, они все еще остро ощущают его отсутствие. Обычно они помнят отца героем и испытывают симпатию к учителям или наставникам, которые чем-то на него похожи.

Мне хотелось понять, почему мой отец постоянно повторяет, что он не важен, и не дорожит своим здоровьем. Чтобы разобраться в этом, я решил вести себя так же, как поступаю при встрече с незнакомцем. Я постарался по-настоящему понять его. Я впервые посмотрел на него не как на своего отца, а как на отдельного человека. И увидел мальчика, чей отец — мой дед — почти не проявлял к нему внимания и не выражал чувств. Моему отцу до сих пор больно вспоминать о том, как во время войны в Корее дед ушел искать убежище, взяв с собой только старшего сына. Он же, младший сын, остался с матерью и сестрами. Редкие вкусные блюда, такие как, например, яичница, всегда доставались старшему сыну. Кроме того, мой дед, как, впрочем, и другие мужчины в то время, придерживался патриархальных взглядов, был довольно жестким и почти не показывал эмоций. Мой отец вырос в тени
своего отца и старшего брата и не имел возможности понять, насколько ценно его собственное существование. Даже сейчас, в том возрасте, когда он сам мог бы стать дедом, ему не хватает уверенности в себе, чтобы
считать себя значимым. Всю жизнь он ставил на первое место других людей. И при мысли об этом у меня вдруг защипало в глазах.

Сделав обследование, отец позвонил мне и сообщил, что ему повезло: это оказался не рак желудка. Он помолчал немного, а потом добавил: «Я люблю тебя, сын».

Отец впервые сказал мне эти слова. На сердце у меня стало тепло. И, зная, что он прочитает это, я хочу сказать ему: «Папа, я тоже тебя люблю. И искренне
благодарен, что ты вырастил сына с высокой самооценкой и позитивным мировосприятием. Мне повезло, что ты — мой отец».

Новости партнеров