Пятая волна феминизма: станет ли коронавирус катастрофой для борьбы за права женщин

Фото Getty Images
Фото Getty Images
Есть мнение, что коронавирус, вызванные им изоляция и кризис в экономике сильнее всего ударят именно по женщинам. Перечеркнет ли коронакризис достижения феминизма последних лет — или, напротив, станет толчком к новой волне борьбы за женские права?

Параллельно с пандемией COVID-19 во всем мире развивается еще одна эпидемия — домашнего насилия: во Франции, например, число случаев за время карантина выросло на 30%, в Великобритании — на 20%. И последствия этой эпидемии сказываются практически исключительно на женщинах, ведь именно они составляют около 95% жертв бытового насилия. Женщины, в основном, заняты в сфере услуг, там работает 58% из них — а во время коронакризиса эта индустрия пострадала, пожалуй, серьезнее всего. Наконец, именно на мам и жен во время самоизоляции легла двойная, а то и тройная нагрузка: поддерживать быт, обеспечивать дистанционную учебу детям, да еще и как-то успевать самой работать удаленно. И это не говоря о том, что большая часть медработников тоже женщины, и сейчас они находятся на передовой сражения с коронавирусом. Эта война — женская, и пока именно женщины несут основные потери, как и положено на войне. Удастся ли нам отвоевать не только победу над вирусом, но и новые права?

Эпидемия насилия

Действия государств, связанные с ростом домашнего насилия, сильно отличаются от страны к стране. Международная организация ЮНИСЕФ выделяет пять основных сценариев:

1. Распространение информации о том, куда обратиться за помощью, и организация дополнительных горячих линий для пострадавших.

2. Финансирование приютов, открытие новых убежищ для жертв домашнего насилия. В Канаде, например, на это выделили $50 млн, а во Франции на €1,1 млн оплатят пострадавшим 20 000 ночей в отелях, где можно будет спрятаться от абьюзеров.

3. Создание точек, где жертвам насилия будет оказана помощь. Не всегда пострадавшая может обратиться по телефону на горячую линию поддержки или в полицию — просто потому, что она находится в самоизоляции с агрессором, он все время рядом и контролирует ее действия. Попросить о помощи в таком случае можно только во время коротких выходов на улицу. Поэтому во Франции стали открывать мобильные центры поддержки прямо в супермаркетах. Также в нескольких странах, включая Францию, Испанию и Италию, можно спастись от абьюзера, произнеся кодовое слово в аптеке — после этого фармацевт вызовет полицию.

4. Действия, направленные на уменьшение риска для жертвы насилия. Одна из основных мер — ограничение продаж алкоголя, ведь состояние опьянения увеличивает вероятность агрессии. Запретили торговать алкоголем в Гренландии, Южной Африке, а в штате Пенсильвания в США закрыли все магазины, продающие напитки крепче пива.

5. Изменение семейного законодательства. В Австралии, например, экстренно ввели новые нормативные акты, которые помогут оперативнее реагировать на жалобы пострадавших и лучше их защищать. В числе прочего власти разрешили выписывать охранные ордера онлайн, ввели систему электронной слежки за агрессором и почти в два раза увеличили штраф за нарушение охранного ордера.

А что в России?

Несмотря на то что девять НКО — «Зона права», Консорциум женских неправительственных объединений, центр «Насилию.нет», центр «Сестры», Центр против насилия в отношении женщин «АННА», проект «Правовая инициатива», женский кризисный центр «Китеж», сеть взаимопомощи «ТыНеОдна» и РОО «Кризисный центр для женщин» — обратились к премьер-министру с просьбой принять экстренные меры по борьбе с домашним насилием при карантине, результат оказался прямо противоположным: Совет Федерации отложил рассмотрение закона о профилактике семейно-бытового насилия.

«Не думаю, что будет какой-то всплеск насилия домашнего, ведь семьи, наоборот, вместе переживают этот трудный период», — прокомментировала это решение председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко. В то время как только за март число обращений женщин на всероссийский телефон доверия выросло на 24%, а в кризисный центр «Китеж» в Москве стали обращаться на 15% чаще. После этого заявления Матвиенко авторы законопроекта о домашнем насилии попросили хотя бы создать убежища для жертв домашнего насилия на время карантина — например, в пустующих отелях, — и не наказывать пострадавших за нарушение норм самоизоляции. Вице-премьер Татьяна Голикова, к которой было обращено письмо, на момент написания статьи никак не прокомментировала обращение депутатов.

Так что жертвам домашнего насилия на карантине остается рассчитывать только на помощь НКО. В частности, «Зона права» открыла дополнительную горячую линию для пострадавших, а «Правовая инициатива» выпустила подробную инструкцию по тому, что делать в случае нападения агрессора. 

В целом, с точки зрения борьбы с домашним насилием, карантин — это большой шаг назад: вместо того, чтобы создавать дополнительные убежища, власти закрывают существующие из-за пандемии, а благотворительные организации, на которых держится помощь пострадавшим — например, «Насилию.нет», — оказываются на грани закрытия из-за экономического кризиса. Директор центра «Насилию.нет» Анна Ривина считает, что коронавирус показал истинное отношение властей к женщинам и их безопасности: охранные ордера, за которые годами борются правозащитницы, ввести «слишком сложно», зато электронные пропуска на самоизоляции смогли сделать за пару недель. 

Пока в других странах принимают экстренные меры по защите жертв домашнего насилия, в России нашли очередной повод отложить рассмотрение закона. И если даже в такой сложной ситуации он не был принят, трудно рассчитывать, что ситуация с насилием над женщинами в России улучшится в ближайшие годы. Скорее, она ухудшится — из-за затянувшегося карантина,  экономического кризиса, неизменно ведущего к росту безработицы, алкоголизма и агрессии.

Женщина на работе и дома

Бедность — преимущественно женская проблема, даже в благополучные времена. До сих пор женщины зарабатывают примерно на 35% меньше мужчин на аналогичных позициях, а неоплачиваемым трудом — таким как ведение быта и выращивание детей — занято на 700 млн больше женщин, чем мужчин. В среднем женщины тратят на «вторую смену» дома 3,5–4 часа в день, мужчины — всего 1,5–2 часа. Эта разница в 10–15 часов в неделю, которые женщины могли бы потратить на учебу, саморазвитие, построение карьеры и зарабатывание денег.

Как уже упоминалось, более половины женщин заняты в сфере услуг. Из-за карантина эта отрасль просела в разных странах в 1,5–2 раза — это значит, что огромное количество женщин уже столкнулось или столкнется с безработицей. В России, например, число одиноких матерей, которым негде жить и нечем оплачивать аренду из-за потери работы, уже выросло на 40%. Как эта ситуация может сказаться на правах женщин?

Бедность и безработица ставят женщин в более зависимое, уязвимое положение. Отсюда рост домашнего насилия, причем не только физического и сексуального, но и психологического. Женщины могут оказаться и под репродуктивным давлением. Во время карантина — из-за того, что люди оказываются заперты в одном пространстве со своими партнерами, а доступ к контрацептивам затруднен, — растет риск незапланированных беременностей. При этом аборты во многих странах, в том числе и в России, из-за пандемии отнесли к несрочным операциям, которые можно и отложить, — значит, вырастет и число нежеланных детей. Это только усилит зависимость женщин от партнеров и их вероятность оказаться в бедности.

О том, как будут развиваться дальнейшие события, у экспертов есть два прогноза. Первый, пессимистичный: мужчины, вынужденные во время карантина разделять с женщинами домашние дела — например, потому что они потеряли работу или перешли на удаленку, — постараются «сбросить» с себя вторую смену, как только позволят обстоятельства. У женщин же появятся новые обязательства — третья смена, связанная с домашним обучением детей. В итоге женщины будут так истощены, что многие из них решат уйти с рынка труда в принципе, — и это будет большой потерей для феминизма.

Есть и второй, оптимистичный, прогноз. Исследователи из США и Германии предполагают, что гибкие графики работы, которые многие компании впервые ввели именно во время карантина, позволят большему количеству женщин совмещать домашние дела и полноценную работу и после окончания коронакризиса. Одновременно мужчины, проводя больше времени с семьей в рамках самоизоляции, будут постепенно брать на себя часть «женских» дел, и это, возможно, позволит более равномерно распределить вторую смену между членами семьи. Исследование, проведенное в Испании в 2019 году, показало: всего две недели обязательного декрета для отцов значительно усилило положение их партнерш на рынке труда — а карантин в большинстве стран продлится намного дольше двух недель. В результате у нас есть шанс увидеть сдвиг социальных норм и выравнивание гендерных ролей — как на работе, так и в семье.

Женщины на передовой

В США женщины составляют 91% медсестер, 74% всех работников здравоохранения и 62% фармацевтов. В России женщины — это более 70% врачей и 95% среднего медицинского персонала. Пол, который некоторые все еще уничижительно называет «слабым», сейчас несет на своих плечах основной груз борьбы с коронавирусом. Некоторые надеются, что это изменит отношение к женщинам в обществе в целом, даже когда пандемия останется позади.

Вот, например, британское издание глянцевого журнала Grazia вместо звезд и моделей поместило на обложку нового номера женщин-медиков — чтобы показать уважение к их труду и привлечь внимание читательниц к тому, что герои нового времени — именно женщины. Врачи признают, что медсестры — главные героини борьбы с пандемией. Наконец, сами медсестры стали громче заявлять о своих правах: 20 апреля Ассоциация медсестер штата Нью-Йорк подала аж три судебных иска — работницы пожаловались на нехватку защитных средств, недостаточное обучение при перепрофилировании на работу с Covid-19 и небезопасные условия работы для медсестер из групп риска.

Врач-гематолог Елена Мисюрина — ее ранее осудили за смерть пациента, но потом приговор отменили, — рассказывает, что в России отношение к медикам тоже меняется. По словам врача, люди перестали воспринимать их как обслуживающий персонал, вернулось уважение к профессии. Правда, она не уверена, сохранится ли такое же отношение к докторам после окончания эпидемии.

Пятая волна?

Коронакризис — серьезное испытание для феминизма. С одной стороны, многие женщины рискуют потерять работу, столкнуться с бедностью, физическим, сексуальным насилием. С другой — карантинный образ жизни ломает все привычные гендерные роли, и именно женщины — врачи, медсестры и даже кассиры в супермаркетах — могут в это время стать главными добытчиками в некоторых семьях. А еще от женщин, которые составляют основную массу медицинского персонала, сегодня зависит, какими мы выйдем из этой пандемии.

Поэтому сейчас самое время пересмотреть свое положение в обществе — и начать бороться за свои права, если вы этого еще не делали. Бороться с несправедливым разделением бытовых забот, с разницей в зарплатах, с беззащитностью женщин перед лицом домашнего насилия. Есть два выхода: выйти из эпидемии победительницами над вирусом, но проигравшими патриархату, или отказаться возвращаться к докарантинному укладу жизни в принципе. И, если достаточное количество женщин выберет последнее, возможно, мы вскоре увидим пятую волну феминизма — хочется надеяться, что она принесет окончательную победу равноправия в посткарантинном мире.