К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

Программный директор «Кинотавра» Ситора Алиева: «Женщины доказали, что могут зарабатывать своими фильмами»

Фото Екатерины Чесноковой / РИА Новости
Программный директор главного фестиваля отечественного кино рассказала о феминизации мирового и российского кинематографа — с точки зрения сюжетов, бюджетов и фестивальных программ

Ситора Алиева — киноредактор и киновед. В 1999–2005 годах — директор кинофестиваля «Лики любви». В 2002–2005 годах — исполнительный директор «Кинотавра», в настоящее время — его программный директор. В разные годы входила в жюри кинофестивалей в Берлине, Венеции, Карловых Варах и других, член Европейской киноакадемии.

— В недавней дискуссии о женском кино в рамках ММКФ вас назвали человеком, который открыл для российского кино множество женщин-режиссеров. Связано ли это с тем, что ваш взгляд как программного директора «Кинотавра» обращен прежде всего на женщин в этой профессии?

— Наш (я имею в виду не только себя, но и отборочную комиссию «Кинотавра») взгляд прежде всего обращен на качество фильмов, их художественные достоинства. Гендерная принадлежность авторов становится актуальной в момент подготовки каталога и пресс-релиза. «Кинотавр» — единственная киноинституция в России, которая вот уже 16 лет проводит самые разные внутренние статистические исследования. Мы ежегодно анализируем возрастной состав авторов, их образование, профессиональный бэкграунд, а также все формы достижений: призы российских и международных фестивалей, премии профессиональных и зрительских сообществ, кассовый успех в прокате, зарубежные продажи, телевизионные и, что на сегодняшний момент более показательно, онлайн-рейтинги.

 

Женщины-режиссеры принимали участие в программах каждого «Кинотавра» начиная с 1991 года. Да, в то время их было мало. Тем не менее абсолютным лидером и по количеству представленных в Сочи фильмов, и по полученным за них призам (увы, кроме главного) до сих пор остается классик советского и постсоветского кино Кира Муратова. В девяностые и начале нулевых свои фильмы в Зимнем театре представляли Алла Сурикова и Светлана Дружинина, а режиссерские дебюты — Наталья Андрейченко, Рано Кубаева, Наталья Пьянкова, Наталья Погоничева. Призы за свои первые работы получали Лидия Боброва, Лариса Садилова, Екатерина Харламова, Гука Омарова. Получается, что с момента своего основания «Кинотавр» был единственной платформой для показа и успеха женского кино в нашей стране. Спасибо Ирине Ивановне Рубановой, программному директору «Кинотавра» в те годы.

Переломным с гендерной точки зрения стал 2006 год, когда главная награда фестиваля была присуждена фильму «Изображая жертву», первой продюсерской работе Натальи Мокрицкой, приз за лучший дебют получила «Связь» Авдотьи Смирновой, а главный приз короткометражного конкурса достался «Девочкам» Валерии Гай Германики (увы, но следующим победителем в этой конкурсной программе режиссер-женщина станет лишь в 2020 году — это Лана Влади с фильмом «Сера»).

После этого произошел настоящий прорыв. Уже в следующем, 2007 году ровно половину конкурсной программы — 7 фильмов из 14 — сняли женщины: Татьяна Воронецкая, Валерия Гай Германика, Марина Любакова, Анна Меликян, Кира Муратова, Светлана Проскурина, Марина Разбежкина. Этот факт резкой феминизации российского кинематографа отметило даже крупнейшее киноиздание мира The Hollywood Reporter, которое тогда впервые обратилось ко мне за комментариями. Конечно, тема гендерного неравенства в мировом кинематографе анализируется СМИ уже не один десяток лет. И наше кино далеко не в последних рядах феминизации.

«Кинотавры» 2006–2007 годов стали симптоматичными и изменили отношение к женщинам-режиссерам у всех экспертных групп, в первую очередь, конечно, у СМИ и медиа. Статьи о новом феномене отечественного кино, безусловно, были прочитаны в высоких кабинетах и повлияли на тех, в чьих руках находятся административные и финансовые ресурсы (Министерство культуры, телевидение, частные инвесторы). Интерес и внимание этих структур к женскому кино помогли Светлане Проскуриной, Анне Меликян, Оксане Карас и Наталии Мещаниновой снять свои фильмы, отмеченные главными призами «Кинотавра», а Анне Фенченко, Наталье Назаровой, Наташе Меркуловой, Элле Манжеевой, Анне Пармас и Анастасии Пальчиковой — получить призы за дебютные работы. Время показало, что первые награды не случайность, не лотерея: все эти авторы сейчас не только востребованны и успешны, но стали более ответственными — дискурс успеха не дает расслабиться.

— Мы с вами встречаемся после ММКФ, где в этом году было сразу несколько женских программ: «Кинорежиссерки нашего времени», «Женское кино Израиля», «Женское кино Китая». Как вы относитесь к таким программам, стимулируют ли они работу женщин-режиссеров? И планируете ли делать что-то подобное на «Кинотавре»?

 

— Для ковидного года, когда есть очевидные трудности и с передвижением по миру, и со съемочным процессом, ММКФ продемонстрировал отличный уровень программирования. Вполне закономерно, что женскому кинематографу посвящены сразу три секции, кроме того, женщинами было снято 60% короткометражного конкурса, четверть основной конкурсной программы, четверть программы документального кино. Женское кино выбирают для своих секций такие опытные кураторы-мужчины, как Андрей Плахов, Петр Шепотинник и Стас Тыркин.

Драма о кибербуллинге и комедия о вампирах: победители ММКФ-2021

Конечно же, разнообразные фестивальные тематические программы, круглые столы и дискуссии о феминизации кинематографа стимулируют женщин-режиссеров. Но это только часть глобальной картины, так как есть и конкурсные программы, и целые фестивали женского кино, например программа женского кино в Мар-дель-Плате, где я была однажды в жюри (позже эта секция, увы, исчезла), или Международный фестиваль женского кино в Кретее (Франция), которому уже больше сорока лет. Как правило, на круглых столах этих смотров поднимаются более важные индустриальные темы, нежели просто присутствие на фестивалях женского кино, а именно оплата женского труда в кино, квотирование, возможность работать с крупными бюджетами, причем как женщинам-режиссерам, так и женщинам-продюсерам. Ведь только после #MeToo и дела Харви Вайнштейна появилась возможность открыто говорить о том, как рушились карьеры женщин в киноиндустрии.

Единственный продюсер, которая, получив бюджет от Фонда кино, сумела собрать кассу в полмиллиарда и вернуть деньги фонду, — женщина

Впрочем, какую-то особую программу женского кино на «Кинотавре» мы никогда не планируем, она получается сама. В 2014 году из 14 картин конкурса женщинами было снято восемь, то есть больше половины. А если говорить о продюсерах, то с 2006 года женщины участвовали в создании примерно 45% от общего количества всех конкурсных фильмов (а их больше 200!) и продемонстрировали потрясающий профессионализм. Главные призы получили проекты Сабины Еремеевой, Юлии Мишкинене, Натальи Дрозд и, конечно, Натальи Мокрицкой — абсолютного лидера и по количеству проектов в нашем конкурсе, и по количеству наград. Она единственный продюсер, которая, получив бюджет от Фонда кино, сумела собрать кассу в полмиллиарда и вернуть деньги фонду. Но в этом году Наташа ушла из продюсирования, устав бороться и просить. Однако другие продолжают работать, а еще Елена Яцура, Елена Гликман, Екатерина Филиппова, Валентина Михалева, Елена Степанищева, Катерина Михайлова, Софико Кикнавелидзе, Татьяна Яковенко… Все эти продюсеры — участники и призеры крупнейших мировых смотров.

То есть можно говорить о женском буме в нашем кино. Что можно сказать о зарубежном опыте? 

 

— То, что женщин не очень-то допускают в большое кино, — это общемировая тенденция. При этом результаты прошедшего «Оскара» говорят сами за себя: победа в номинации «лучший фильм» и «лучший режиссер» у Хлои Чжао за «Землю кочевников», в номинации «лучший сценарий» — у Эмиральд Феннел за «Девушку, подающую надежды», в номинации «лучший иностранный фильм» два фильма из пяти сняты женщинами. Современная ситуация работает на женщин: их небольшие, лишенные пафосной постановочности авторские фильмы в условиях пандемии получили возможность пробиться наверх.

Номинантки: как «Оскар» превратился в триумф женского кино

Женское кино набирает силу и в арабском мире. Неудивительно, что тунисская лента «Человек, который продал свою кожу» попала в пятерку лучших неанглоязычных фильмов планеты. Но этот проект сначала был отмечен на питчинге в Эль-Гуне — крупнейшем региональном рынке проектов. А самым большим и амбициозным по количеству конкурсных программ и объему денежных призов фестивалем арабского мира был «Абу-Даби», с которым я сотрудничала восемь лет. Горжусь, что Россия получила там восемь призов во всех конкурсах: игровом, документальном и короткометражном. К сожалению, этот смотр больше не проводится, но он успел объединить кинематографии 23 стран Арабского мира. Он оказал огромное влияние на индустрию и женское присутствие в ней, дал мощнейший толчок к развитию женского кино. Именно в Абу-Даби проводились самые масштабные круглые столы и велись самые жаркие дискуссии. Сработал эффект пружины, и женщины теперь не только актрисы, но и режиссеры, продюсеры, операторы.

Не менее интересен опыт Китая. Я была членом жюри более 35 различных международных фестивалей, в том числе в Венеции, Берлине, Карловых Варах, Салониках и многих других, но «Пиньяо» меня потряс. Этот смотр создал главный режиссер Китая Цзя Чжанкэ, а программерами были Марко Мюллер и Алена Шумакова, много лет работавшие в Венеции. Они подобрали настоящее авторское кино.

Наше жюри судило национальную программу. Когда ты смотришь китайское кино, то понимаешь, насколько феминизм движет кинематографистами, насколько эта тема стимулирует их создателей. Даже мужчины-режиссеры снимают картины о современной женщине, о том, как она борется против чудовищного давления давних традиций и патриархата, хочет строить карьеру, а не быть частью домашнего интерьера. Моя коллега по жюри Вивиан Цюй — воплощение этих идей: в 2014-м она спродюсировала лауреата «Золотого медведя» «Черный уголь, тонкий лед», а в 2017-м дебютировала в Венеции как режиссер остросоциальной драмы «Ангелы носят белое». Я восхищаюсь ее бесстрашием, талантом, умом и красотой.

 

Самым невероятным с точки зрения работы с женским бэкграундом был мой опыт на фестивале в Рейкьявике, где Милошу Форману вручали приз за вклад в мировое кино, а я была в жюри международного конкурса. После официальной церемонии меня пригласили на закрытый ужин в честь Формана, где было только десять человек, то есть далеко не все жюри. Список составлял американский посол, и у меня, естественно, возник вопрос: я здесь, потому что их интересует современное российское кино? Ответ был супердипломатичным: да, конечно. Но еще они выяснили, что я родилась в Таджикистане еще в эпоху СССР и до семнадцати лет снималась там в кино. И сочли, что для них это будет уникальный шанс встретиться с таджикской актрисой, ставшей директором программ главного российского кинофестиваля. И разговор был действительно интересным. Этот вечер с гением мирового кино я никогда не забуду.

— В этом году на ММКФ было сразу несколько фильмов об отношениях матери и дочери: «Ася», «Голубой цветок», «Моя Зои». Фильм-победитель рассказывает о травле в интернете с женской точки зрения. В поле зрения кино попадают проблемы, которые раньше на экран выводить было не принято — недостаточно они были глобальны. Помимо семейной темы, какие еще тенденции вы подмечаете в кино, снятом женщинами-режиссерами по всему миру?

— Женщины-режиссеры расшифровывают самые разные темы и делали это всегда. Кэтрин Бигелоу, первая женщина, получившая премию «Оскар» за фильм «Повелитель бури», интересуется только глобальными проблемами и масштабными катастрофами. Клер Дени, которая давала мастер-класс на «Кинотавре», Агнешка Холланд, Лилиана Кавани, Шанталь Акерман, Андреа Арнольд — все они работают с жестким, остросоциальным, историческим и актуальном материалом. Даже снимая частную историю, женщины легко переходят от локального к глобальному, как это сделала француженка с сенегальскими корнями Мати Диоп в «Атлантике», получив Гран-при в Канне за этот фильм. А Пэтти Дженкинс доказала, что женщина может снимать и грандиозное авторское кино («Монстр»), и блокбастеры со спецэффектами («Чудо-женщина»).

Пандемия, без сомнения, повлияла и на то, как мы смотрим кино (последние два года наблюдается пик развития стриминговых сервисов), и на количество и бюджеты фильмов. Какие важнейшие изменения вы видите в индустрии в связи с этим долгосрочным кризисом? 

— Конечно, за время пандемии стриминги значительно увеличили количество подписчиков, но возникли они не вчера. На кабельном ТВ, а потом и на веб-платформах люди открыли для себя не просто очередные телешоу. Сериалы сегодня — это современное кино, они уже не терпят снисходительного отношения. Если взять статистику просмотров в возрастных группах от 18 до 54 лет, то на первом месте будет Netflix, на втором — YouTube, на третьем — Hulu и Prime Video. А эфирное телевидение смотрят люди, которым за 55, как в Америке, так и в России.

 

Стоит подчеркнуть, что среди тех, кто делает сериалы, тоже немало женщин — и режиссеров, и сценаристов, и шоураннеров. Если же говорить о влиянии пандемии на кинопроизводство, то одно из основных последствий — появление «маленьких» фильмов, когда моментально пишут сценарий и снимают полный метр, чтобы поддержать команду или не потерять деньги за оплаченную локацию. Такое происходит повсюду — в США, в Европе, в России.

Сериалы уже закрепились в программах фестивалей класса А, здесь тоже прослеживается тренд на репрезентацию женщин. Можно ли считать их дополнительной возможностью женщинам заявить о себе?

Лучшие силы мира кино ушли в стриминг. Причем не только такие громкие имена, как Мартин Скорсезе и Паоло Соррентино, но и остающиеся в тени этих крупных мастеров, как Сюзанна Бир, хотя у нее есть множество наград, включая «Оскар». В 2016-м она выпустила «Ночного администратора», удостоенного трех «Золотых глобусов», а в 2020-м — «Отыграть назад» для HBO. На весь мир прогремела в прошлом году «Неортодоксальная» режиссера и актрисы Марии Шрадер (и привлекла интерес и к автобиографической книге Деборы Фельдман, по которой снята).

— Сюда же относятся и сериалы «Дрянь», «Нормальные люди», «Утреннее шоу», «Большая маленькая ложь»…

— Вы имеете в виду второй сезон «Большой маленькой лжи»? Когда к актрисам Риз Уизерспун, Николь Кидман и Мерил Стрип присоединилась режиссер Андреа Арнольд? Меня восхищает Риз Уизерспун, которая является и сопродюсером этого сериала. Риз — умная и амбициозная, ей скучно быть просто голливудской звездой. У нее своя продюсерская компания и двадцать проектов на разных стадиях производства. При этом она остается прекрасной актрисой.

 

Постепенно женский взгляд появляется и в российских сериалах, взять хотя бы второй сезон «Обычной женщины», снятый Наталией Мещаниновой.

— Это убедительный пример того, как женщина сделала не просто хороший проект или сделала так же, как мужчина, — она сделала лучше, чем мужчина. Я знаю, что Боря (Борис Хлебников, снявший первый сезон. — Forbes Woman) на меня не обидится. Мне понравилось, как существующая в зоне абсолютного авторского артхауса Мещанинова демонстрирует крепкие навыки режиссера коммерческого кино. Ритм, эмоции, саспенс, безупречно работающие актеры — в сериале все это есть. Но не только Наталия занимается контентом для платформ. Отличные рейтинги у «Нежности» Анны Меликян.

Оксана Карас в интервью призналась, что женщин-режиссеров в России в создание дорогостоящего кино не допускают, деньги до сих пор распределяют продюсеры-мужчины, которые не доверяют женщинам. Насколько актуальна эта проблема, на ваш взгляд, и что с этим делать?

— Да, это актуальная проблема. Во всех экспертных группах, распределяющих бюджеты на кино, мужчин существенно больше. Это несправедливо, у нас нет недостатка в женщинах-профессионалах, способных анализировать процесс, тем более что мужчины охотно пользуются результатами женского экспертного труда. Двенадцать лет назад мы взяли в конкурс «Кинотавра» дебют Клима Шипенко «Непрощенные», и я выслушала немало оскорблений в свой адрес и адрес режиссера. А сегодня Клим — один из самых востребованных режиссеров, у него два «Золотых орла» за лучший фильм, он снял самый кассовый российский фильм в истории. Теперь с ним хотят сотрудничать продюсеры, которые не смогли разглядеть потенциал молодого режиссера в его дебютном фильме.

Другая проблема — уверенность в том, что женщины не справятся с масштабным бюджетом. Наоборот, они более ответственные и более целеустремленные. К тому же они более честны, а крупнейшие должники в кино — это мужчины. В двадцатке самых успешных в прокате фильмов «Кинотавра» семь, то есть треть, сняты женщинами и два — в первой тройке: малобюджетные семейные истории Нигины Сайфуллаевой и Анны Пармас собрали по 100 млн. Женщины доказали, что могут зарабатывать своими фильмами и грамотно работать с бюджетами.

 

Но деньги на кино дают в основном мужчины. Надеюсь, что российские обладательницы крупных состояний однажды тоже заинтересуются кинематографом, ведь в США женщины много лет активно инвестируют в кино, а богатейшие семьи мира, такие как Мердоки, поддерживают кинофестивали.

Около года назад мы с вами встречались в самый разгар пандемии, когда по всему миру отменялись фестивали, кино было поставлено на паузу, люди вынуждены были сидеть по домам. Тогда мы говорили о коллапсе в отечественной киноиндустрии, особенно в связи с ограничением мест в кинотеатрах. Как вы оцениваете ситуацию в отечественной киноиндустрии сегодня?

— С кинопроизводством сегодня не самая худшая ситуация. Большинство проектов завершены, немало запущено в работу. Показатели российских фильмов в прокате, конечно, существенно ниже, но это последствия пандемии. Доходы населения снизились, просмотр на большом экране стал роскошью, так как по цене одного билета в офлайн-кинотеатр можно купить месячную подписку в онлайн и смотреть множество фильмов всей семьей.

— Справляются ли кинотеатры финансово с ограничением по допустимому количеству зрителей? Ранее вы говорили о том, что это может привести к краху российского проката. 

— Кинотеатрам по-прежнему тяжелее всех. В США уже закрылись две сети, боюсь, что такая опасность сохраняется и у нас. Но, на мой взгляд, проблема не в количестве разрешенных мест, а в количестве зрителей, которые уже привыкли смотреть кино дома. Офлайн работает только семейное кино. «Миллиардерами» в этом году стали всего два фильма: «Последний богатырь: Корень зла» и «Конек-Горбунок». На детях у нас пока не экономят, а вот как вернуть в кинотеатры взрослого зрителя — вопрос.

 

— «Кинотавр» в этом году состоится в сентябре, какие особенности, новые программы, бизнес-площадки будут у фестиваля в этот посткарантинный (будем надеяться) период?

— Об это пока еще рано говорить. Темы бизнес-площадки — анализ и обсуждение текущей ситуации в киноиндустрии. Мы сможем их обозначить, когда закончится отбор в наши программы.

Ситуация с пандемией как-то влияет на авторское кино?

— Пандемия не отменила главного: большинство авторских и дебютных фильмов финансирует Министерство культуры — это единственная институция, системно поддерживавшая наше кино на протяжении десятилетий. Практически все фильмы-победители «Кинотавра» и подавляющее большинство фильмов-участников были сняты при поддержке Минульта, да и проведение самого фестиваля было бы невозможным без его помощи. Не могу не отметить, что сегодня министерство возглавляет Ольга Любимова — это тоже примета времени. Женщина, руководящая в пандемию всей культурой страны, продемонстрировала профессионализм, гибкость и открытость.

Вернемся к системе финансирования авторского кино. В последние годы ситуация изменилась: появился фонд «Кинопрайм», начали работать региональные фонды и кинокомиссии, даже в пандемию продолжает развиваться независимый сектор.

 

Поэтому фильмов у нас накопилось много: к снятым в 2020 году добавились еще и сделанные ранее. Все ждали мировых смотров с прессой и кинорынками, а они были либо отменены, либо перешли на гибридный формат. Международную премьеру в Роттердаме получила только лента Ренаты Литвиновой «Северный ветер», которая потом отлично прошла в российском прокате. Применительно к «Кинотавру» ситуация следующая: если в прошлом году мы не получили ряд фильмов, которые хотели, то в этом, наоборот, есть вероятность, что всем желающим места не хватит, у нас только 14 слотов.

— Если говорить о тенденциях в независимом авторском кино, что бы вы могли подметить? 

— Основная тенденция — подъем регионального кино. На «Кинотавре-2020» победил независимый фильм из Якутии «Пугало». В прокате он десятикратно окупил свой бюджет, в чем, безусловно, ключевые роли сыграли и наш фестиваль, и медиа. Сегодня режиссер Дмитрий Давыдов уже снял новый фильм и готовит два следующих.

Как сельский учитель Дмитрий Давыдов за 11 дней снял фильм «Пугало» и стал звездой кинофестивалей

Какие изменения произошли в тематике авторского кино за последний год? И как отличаются темы, интересные западным режиссерам и отечественным?

 

— Тематически начали доминировать семейные и личные драмы и мелодрамы; женских историй пока больше. И в этом мы не отличаемся от остального мира. Многие фильмы Берлина, в том числе победители «Неудачный трах, или Безумное порно» и «Случайность и догадка» — это примеры того, как стираются границы между интимным/локальным и общественным/ глобальным.

«Санденс», как и Берлин, тоже очень социально отзывчив, фильмы этих смотров постоянно осмысливают общество и человека в формате «здесь и сейчас», выделяют болевые точки. Фестиваль — детище Роберта Редфорда — отдает большее предпочтение арт-мейнстриму, чем экстремальному арту: программеры хотят, чтобы отобранные ими фильмы покупались. И это им удается — стриминги стоят за ними в очереди. Победитель этого года «Кода» Сиен Хедер (женщины!) — пронзительная, эмоциональная картина с огромным зрительским потенциалом.

Да, Apple купил картину «Кода» за рекордные $25 млн, что является самой дорогостоящей сделкой для Apple TV+.

— Это доказывает, насколько во всем мире сейчас ценится женский режиссерский взгляд. В короткометражном конкурсе Берлина победила Ольга Луковникова — уроженка Молдавии, живущая в Европе. Ее документальная лента «Дядя Тудор» — история глубокой травмы, пережитого в детстве инцеста.

У Хлои Чжао — главные награды Торонто и Венеции. Призы «Санденса-2020» достались Софии Алауи, Маймуне Дукуре, Ирине Цылик. Элизе Хиттман (ее фильм «Никогда, редко, иногда, всегда» также получил Гран-при в Берлине в 2020-м). Картина Деи Кулумбегашвили «Начало» получила четыре главных приза в Сан-Себастьяне, кроме того, лауреатами этого киносмотра стали фильмы «Последние дни весны» Изабель Ламберти, «Без отличительных черт» Фернанды Валадес и «Метаморфозы птиц» Катарины Вашконселуш.

 

На фестивале в Эль-Гуне главные награды у Ясмилы Жбанич и Каутер Бен Ханья. Фестиваль документального кино в Амстердаме (IDFA) наградил Фирузе Хосровани из Ирана за фильм «Радиография семьи» и Алину Горлову из Украины за лучший дебют «Этот дождь никогда не закончится».

Фонд Хуберта Балса под патронажем Международного Роттердамского кинофестиваля отобрал проект Томы Селивановой. На питчинге в Коттбусе победа досталась фильму продюсера Екатерины Филипповой и режиссера Тамары Дондурей. В Клуже приз Eurimages завоевали продюсер Анна Шалашина и режиссер Александра Лихачева.

Мы с вами обсудили только часть темы «женщины в кино». Это очень сложная, серьезная проблема, которая аккумулирует в себе отдельные комплексные исследования, не только гендерные, но и исторические, кинокритические, социологические, демографические и прочие аспекты.

Байопик о дочери Маркса и жрицы любви: 10 фильмов ММКФ о женщинах

Байопик о дочери Маркса и жрицы любви: 10 фильмов ММКФ о женщинах

Фотогалерея «Байопик о дочери Маркса и жрицы любви: 10 фильмов ММКФ о женщинах»
10 фото

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media LLC. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2022
16+