К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

«Жить ей оставалось недолго»: история маньяка в викторианском Лондоне

Девушки на улицах викторианского Лондона в бедном районе (Фото DR)
Девушки на улицах викторианского Лондона в бедном районе (Фото DR)
В 1890-е годы в Лондоне орудовал маньяк, отравлявший женщин. И хотя у него была особая примета, на которую указывали свидетели, он долго оставался на свободе. Ведь его жертвами в основном становились проститутки, смерти которых никто не спешил расследовать. С разрешения издательства «Бомбора» публикуем отрывок из книги «Доктор Яд»

Поведение доктора Крима, героя документальной книги «Доктор Яд», всем казалось странным: он с ненавистью говорил о женщинах, был одержим ядами, охотно показывал всем порнографические фотографии. Тот факт, что никто изначально не заподозрил его в совершении серии страшных преступлений, свидетельствует о безусловном доверии людей к врачам, а также несостоятельности методов ведения расследований. Доктора Крима неоднократно арестовывали и допрашивали, но потом снова отпускали на свободу. А иногда расследования даже не начинались. В этом отрывке жертва перед смертью успевает сообщить, что ее отравили, но ее слова списывают на алкоголизм.

Крики пронзили ночную тишину, пробравшись в сны Люси Роуз и заставив ее проснуться. Они доносились сверху — из комнаты Матильды Кловер. Роуз, горничная, вызвала хозяйку Эмму Филлипс из ее комнаты, и вместе они помчались наверх. Кловер лежала поперек кровати, корчась, крича и, как позже выразилась Роуз, «вся дергаясь». Ее карие глаза «ужасно вращались», а длинные темно-каштановые волосы превратились в спутанное нечто. Ее тело напрягалось и тряслось в ужасающих судорогах.

«Меня отравил Фред, — выдохнула Кловер после того, как один из приступов утих. — Он дал мне какие-то таблетки». Мужчина сказал, что, приняв четыре таблетки перед сном, никто не подхватит «эту болезнь» — намек, без сомнения, на венерическое заболевание. 

 

Роуз оставалась у постели Кловер, всеми силами пытаясь ее успокоить. Судороги накатывали волнами, затихая, пока следующий припадок с новой силой не охватывал ее тело. «В моменты облегчения, — сказала Роуз, — она была совершенно спокойной и собранной». У Кловер был двухлетний сын. «Принеси моего ребенка, — стала умолять она Роуз в какой-то момент. — Кажется, я умираю».

Хозяйка дома, Эмма Филлипс, отправилась за доктором. Она отперла входную дверь дома 27 на Ламбет-роуд, укрылась от проливного дождя под зонтом и поспешила по темным, странно изогнутым улицам. Когда она постучала в дверь врача Роберта Грэма, была половина пятого. Ей сказали, что Грэма не было дома — он ухаживал за пациентом. Вернувшись два часа спустя, Филлипс все же застала врача, уже собравшегося отправиться к роженице.

«Вам придется найти другого врача, — сказал он. — Я слишком занят». Ассистент врача, Фрэнсис Коппин, согласился прийти на дом к Кловер — на тот момент было уже около семи утра, а значит, Кловер корчилась от боли уже более трех часов.

Коппина провели в спальню. «У нее был учащенный пульс, она вся обливалась потом и дрожала», — вспоминал он. Он пробыл там около 10 минут, и этого хватило, чтобы стать свидетелем одной из конвульсий — сильного «содрогания тела». Он пообещал прислать лекарство, чтобы остановить частую рвоту, и ушел.

«Я пришел к выводу, что она страдала от эпилептических припадков из-за алкогольного отравления», — объяснил позже Коппин. Более дюжины лет работы фельдшером в Ламбете наглядно показали ему, «как употребляют алкоголь в различных его формах». «Я не сомневался, что эта женщина страдала от чрезмерного употребления спиртного».

 

Он был уверен в своих выводах, но они оказались неверными. Жить ей оставалось недолго: конвульсии и мучения продолжались еще два часа, после чего, в 9:15 утра 21 октября 1891 года, Матильда Кловер скончалась.

***

Доктор Грэм прибыл в полдень. Он лечил Кловер от симптомов алкоголизма, и в том месяце они не единожды встречались. Матильде было всего 27, но ее «ни в коем случае нельзя назвать сильной женщиной», отметил однажды Грэм, «и ее образ жизни не способствовал здоровью». Он поспешил к вернувшемуся Коппину и Филлипс, хозяйке дома. Коппин описал припадок Кловер во время краткого осмотра и озвучил предположение относительно причины смерти — алкогольное отравление. По заверениям Филлипс, Кловер была пьяна, когда ложилась спать, а Роуз рассказала, что Кловер упомянула какие-то таблетки, но ей, похоже, никто не поверил.

Доктор Грэм нашел перо и составил свидетельство о смерти. «Я посещал Матильду Кловер во время ее последней болезни, — написал он. Это, конечно, было неправдой. — Насколько мне известно и насколько я верю, — добавил он, — причиной ее смерти стали, в первую очередь, белая горячка и, во-вторых, обморок». Потеря сознания и сердечная недостаточность —  это симптомы алкогольной абстиненции, хотя врачу и сказали, что Кловер много пила в ночь смерти. Выводы, основанные на информации из вторых уст, оказались неверными. Возможность обнаружить и остановить убийцу была упущена.

Ее короткая жизнь и мучительная смерть вскоре забылись. Позже одна лондонская газета назвала ее «жалким уличным изгоем, чья жизнь ни для кого не представляла особой ценности»

«Мне не сказали, — позже протестовал доктор Грэм, — что эта последняя болезнь началась с криков, сильной агонии, спазмов, столбнячных судорог». Последние являются характерными признаками отравления стрихнином, и даже растущий легион поклонников Шерлока Холмса смог бы распознать их благодаря медицинскому опыту Артура Конан Дойла. Во втором романе про Холмса «Знак четырех» находят тело с конечностями, которые «вывернуты и скручены самым невероятным образом», а лицо «было искажено гримасой», и доктор Ватсон сообщает Холмсу, что жертву отравили «мощным растительным алкалоидом, каким-то веществом, похожим на стрихнин».

Доктор Грэм коротко поговорил с Люси Роуз, но не придал большого значения тому, что молодой горничной рассказала находящаяся на смертном одре девушка, а именно упоминанию о мужчине, распространяющем отравленные таблетки. Если бы он спросил, Роуз сказала бы ему еще кое-что важное: она подозревала, что человек, которого Кловер называла Фредом, посещал их дом всего за несколько часов до того, как проявились первые симптомы.

Кловер привела его в середине вечера — так Роуз сказала полиции несколько месяцев спустя. Горничная впустила их в дом, благодаря чему получила возможность рассмотреть мужчину в свете масляной лампы. Он был чуть старше 40, высокого роста, с широкими плечами и густыми усами, а также носил цилиндр и пальто с накидкой. Кловер оставила его в комнатах, которые снимала наверху, а сама вышла, чтобы купить две бутылки эля, вероятно, в пабе «Мейсонз Армз», находившемся в том же доме. Мужчина ушел незадолго до того, как часы пробили 10. Роуз слышала, как Кловер пожелала ему спокойной ночи.

Хотя Роуз никогда не видела этого человека прежде, в его визите не было ничего странного. «Кловер, — призналась она, — часто приводила к себе мужчин». Пристрастившись к алкоголю и изо всех сил стараясь в одиночку растить ребенка, она зарабатывала на жизнь проституцией. Пусть чрезмерное употребление алкоголя состарило и огрубило ее черты, а оспа изуродовала лицо, Кловер знала, как себя подать. Когда она сидела перед фотографом, шляпа с плоскими полями, как обеденная тарелка, балансировала на ее заколотых волосах, а модный жакет с высоким воротником, рукавами из кашемира и облегающим лифом подчеркивал ее фигуру в форме песочных часов. Ростом она была всего 155 сантиметров. Филлипс знала, как ее квартиросъемщица зарабатывает на арендную плату, но считала, что не должна лезть не в свое дело. «Раньше она принимала джентльменов», — сказала она, а затем заявила, что ей не доводилось хоть раз с ними сталкиваться.

Роуз нечасто виделась с мужчинами, которых Кловер приводила домой, но, как она позже призналась, она многое знала о ее последнем мужчине. Кловер рассказывала, что Фред купил ей пару дорогих ботинок и предложил платить ей 2,5 фунта в неделю, чтобы она не ходила зимой по улицам. Ранее в тот же день, ухаживая за ребенком Кловер, Роуз увидела в ее комнате открытое письмо, в котором говорилось о встрече в Кентерберийском мюзик-холле. Оно было подписано: «С уважением, Фред». Кловер, должно быть, взяла его с собой, отправившись на встречу, — когда Роуз обыскала комнату после смерти соседки, письмо исчезло.

Две другие проститутки из Ламбета также знали мужчину в цилиндре и пальто. Элизабет Мастерс и Элизабет Мэй жили за углом от Кловер в Ориент-Билдингс, многоквартирном доме на Геркулес-роуд. За несколько дней до смерти Кловер Мастерс встретилась с ним на Ладгейт-Серкус, оживленном перекрестке недалеко от собора Святого Павла. Он купил ей бокал вина в пабе «Король Луд», из которого открывался вид на кольцевую развязку, и она отвела его обратно в Ламбет, в свою трехкомнатную квартиру. После этого они отправились в мюзик-холл Чаринг-Кросс, расположенный в нескольких минутах ходьбы от отеля на Вестминстер-Бридж-роуд, где Мастерс договорилась встретиться со своей подругой Элизабет Мэй. «Я заметила, что он странно на меня смотрит, — сказала Мастерс. — У него было косоглазие».

Несколько дней спустя этот человек отправил Мастерс письмо, в котором просил о новой встрече. Когда наступил назначенный день, Мастерс и Мэй устроились у своих окон на втором этаже и принялись смотреть на Геркулес-роуд, ожидая его прибытия. Мимо прошла женщина, которую они видели по соседству, с корзиной в руках и в белом фартуке поверх серого платья — Матильда Кловер. Скорее всего, она шла с рынка. Мастерс и Мэй видели, как она обернулась и улыбнулась мужчине в цилиндре, шедшему позади нее — тому самому, с которым они договорились встретиться. Мастерс и Мэй схватили свои шляпки и последовали за парой в переулок. Кловер вошла в дом 27 по Ламбет-роуд, и мужчина проследовал за ней.

 

***

Кловер похоронили 27 октября, через шесть дней после ее внезапной смерти. Приходской совет оплатил похороны на кладбище Тутинг, в 10 километрах к юго-западу от Ламбета. На крышке ее гроба была металлическая табличка с надписью «М. Кловер, 27 лет»; вместе с 14 другими гробами ее закопали в «Могиле № 2215H». Ее короткая жизнь и мучительная смерть вскоре забылись. Позже одна лондонская газета назвала ее «жалким уличным изгоем, чья жизнь ни для кого не представляла особой ценности». Свидетельство доктора Грэма о том, что смерть Кловер наступила из-за сердечной недостаточности, а не из-за преступления, избавила от необходимости уведомлять местного коронера или полицию о ее кончине. Расследование не проводили. Люси Роуз не сразу рассказала полиции о последнем посетителе Кловер, а Элизабет Мастерс и Элизабет Мэй, услышав разговоры о смерти Кловер вскоре после их невинной слежки, больше не думали о человеке, который бросил их и последовал за умершей женщиной в ее квартиру. 

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media Asia Pte. Limited. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2023
16+