Любовь Франкенштейна: каким получился фильм Мэгги Джилленхол «Невеста!»

Карьера Мэгги Джилленхол насчитывает почти 30 лет, за которые она успела превратиться из королевы американского независимого кино — этот статус она получила благодаря ролям в «Секретарше», «Адаптации» и «Воспитательнице» — в одну из самых многообещающих постановщиц современности.

В 2021 году Джилленхол представила свой режиссерский дебют «Незнакомая дочь» по одноименному роману Элены Ферранте. Психологическая драма о материнстве была удостоена приза за лучший сценарий на Венецианском кинофестивале и трех номинаций на «Оскар». Небольшой независимый фильм купил Netflix, а Джилленхол стала неожиданно привлекательной для крупных студий. Ее новый проект разительно отличается от первого фильма. Вместо камерной драмы — амбициозный студийный проект Warner Bros. с производственным бюджетом то ли $80 млн (по оценке Deadline), то ли $90 млн (данные Variety).

«Невеста!» (Bride!) вдохновлена фильмом 1935 года «Невеста Франкенштейна» Джеймса Уэйла, в котором монстр уговаривает своего создателя сотворить ему спутницу жизни. Джилленхол берет эту идею и развивает ее в фильм, где центральным персонажем становится героиня, у которой в оригинальной картине 15 минут экранного времени и ни одной реплики.

По сюжету, недовольная своей судьбой, «живущая» в загробном мире Мэри Шелли вселяется в грустную американку Айду (обеих играет Джесси Бакли), которая вдруг начинает говорить с британским акцентом, странно себя вести и обвинять местного мафиози (Златко Бурич) в преступных делах. Во время припадка она случайно падает с лестницы и умирает. В то же время в Чикаго приезжает созданный Франкенштейном монстр, или просто Фрэнк (Кристиан Бэйл). Он находит знаменитого доктора Корнелию Эфрониус (Аннетт Беннинг) и просит ее создать ему невесту. На местном кладбище они выкапывают труп Айды, оживляют его и рассказывают девушке, что она невеста Фрэнка.

Джилленхол разворачивается на весь многомиллионный бюджет. Уже с первых кадров фильма после пролога виден масштаб: детально проработанные интерьеры и декорации, не уступающие недавнему «Франкенштейну» Гильермо дель Торо, яркие костюмы, грандиозные сложно поставленные сцены и даже музыкальные номера. При этом режиссер не пытается воссоздать 1930-е в Америке. Весь фильм выглядит скорее как фантазия, в которой отдельные приметы эпохи встречаются с современностью, и невеста с Фрэнком идут, например, в почти современный клуб, где играет экспериментальная электроника в исполнении Fever Ray.  

Особенно хорошо Джилленхол удаются музыкальные номера: движение камеры, свет, танец — режиссер вкладывает в них всю гремучую энергию фильма. Отдельным лейтмотивом идут музыкальные вставки из многочисленных черно-белых фильмов, которые с восторгом смотрит ярый синефил Фрэнк, влюбленный в «вечно улыбающегося» актера Ронни Рида (Джейк Джилленхол) — в образе грациозной звезды во фраке видится намек на Фреда Астера. Увлечение Фрэнка становится возможностью для самой Джилленхол отдать дань киноискусству. 

Вдобавок к яркому визуалу режиссер собрала такой же каст. Джилленхол не только заручилась поддержкой своего брата Джейка и звездного дуэта Бакли-Бэйл, но и пригласила в фильм своего мужа Питера Сарсгаарда и Пенелопу Крус, которые играют детективов, идущих по следу парочки монстров. Этого было бы достаточно для отличного кино — если бы всем этим замечательным актерам было что играть. У пятикратной номинантки на «Оскар» Аннетт Бенинг просто нет экранного времени, чтобы развить своего персонажа, а роль Крус сводится к тому, что она не просто детектив, но женщина. Сарсгаард же за неимением лучшего ест в каждой сцене. 

Еще до выхода «Невесты!» в СМИ начали появляться сообщения, что зрители на тестовых показах (обычная практика в Голливуде, когда картину показывают тестовым группам, чтобы понять реакцию публики) были шокированы количеством насилия в фильме. Позже Джилленхол отметила, что ей пришлось вырезать некоторые сцены, чтобы сделать картину «более доступной для широкой аудитории». Мы уже не узнаем, какой была первоначальная версия фильма, но кинотеатральная получилась сдержанной и совсем не шокирующей, особенно для хоррора — а именно так позиционируют «Невесту!».

Также, по словам Джилленхол, она хотела заявить о гневе, который женщины постоянно подавляют в себе. В какой-то степени гораздо яснее эту идею выразил ее дебют. В «Невесте!» же она так и не получает развития, а сама героиня не раскрывается и не находит себя, продолжая «любить Фрэнка» во что бы то ни стало. Поэтому из гневного феминистского посыла рождается всего лишь одна мысль — о том, что женщины могут быть детективами, профессорами и даже монстрами. А такого для современного кино маловато.

В паре главных героев Бэйл идеально выполняет поддерживающую функцию. Его персонаж одинокий, вежливый и в общем-то незлобивый, и его единственный грех — удержание невесты в тисках любовного союза. Самой же Джесси Бакли есть где развернуться с необычной героиней и ее альтер эго, и здесь актриса настолько захватывает экран, что, кажется, не поддается никакому контролю: в игре Бакли, которая в 2026 году стала оскаровской лауреаткой с фильмом «Гамнет», нарочитая театральность ходит в опасной близости с фальшью. С одной стороны, того требует само настроение и стиль фильма; с другой, даже в этой гипертрофированной реальности актриса умудряется переборщить с драмой.

«Невеста!» столкнулась со стандартной проблемой — фильм стал пленником своих амбиций, а еще сырого сценария, в который набросали идей, но не довели их до ума. Если учесть, что сценарий к фильму тоже писала Джилленхол, то постановщица в этот раз получилась из нее лучше, чем сценаристка.