Фаворит глянца и блеска: как британский фотограф Сесил Битон создал культ звезд

9 декабря в Эрмитаже открывается выставка легендарного британского фотографа Сесила Битона — портретиста королей, рок-музыкантов и художников, создавшего образ Одри Хепберн для фильма «Моя прекрасная леди». Основатель бюро PSCulture, архитектор экспозиции Юлия Наполова рассказывает, как сэр Сесил Битон стал создателем стратегий успеха

Сесил Битон — один из известнейших фотографов Британии, страстно желавший «сойти за своего» в высшем обществе, во многом сформировавший и обслуживающий культ звезд, «арбитр красоты» и придворный портретист Елизаветы II, куратор, писатель и продюсер  сегодня представлен в Эрмитаже. Масштаб и многогранность личности Битона поражают до сих пор, но что кажется особенно актуальным, так это его работа с известностью как с материалом, использование фотографии как нового медиа для создания звезд светской хроники, выстраивание маркетинговых стратегий и торговля популярностью. 

Мода на известность кажется постоянной, но используемые ресурсы качественно изменились с приходом фотографии, достигнув, кажется, своего апогея с появлением социальных сетей. Жажда чужого внимания, амбициозность и дерзость, публичность приватного родили новую профессию или род деятельности — быть знаменитостью. И Битон, хорошо изучивший социальные коды высшего света и обладавший идеальным вкусом, стал архитектором стратегий успеха своего времени.

Как стать знаменитым, если ты наследник престола или внушительного состояния, если твои таланты скромны или недооценены обществом? Оскар Уальд советовал «принять позу», Битон — придумать сногсшибательный наряд, сделать лучшую фотографию на свете и подогреть интерес прессы. Таков рецепт, испробованный Битоном на своих сестрах, Нэнси и Барбаре. Портрет первой в образе падающей звезды, обильно завернутой в целлофан — новый и модный материал 1929 года, — подсказал художественное решение экспозиции. Блеск, глянец, разнообразие фактур.

Но каждую самозванку ждет разоблачение, что в результате привело и к скандалу с сестрами Битона. Но если ты как Элиза Дуллитл, ведомая гениальным профессором, «проведешь» короля и сойдешь за свою на балу, то у тебя появится шанс выйти замуж за герцога или на худой конец получить цветочный магазин. Костюмы, стиль и образ Одри Хепбёрн в «Моей прекрасной леди» принесли ему «Оскар». Идеальная геометрия, четкость линий, сочетание пепельно-розового и черно-белых объемов — отличительные черты сцены скачек в Аскоте. 

Одобрение света и привилегия быть при дворе давали возможность быть ко двору и даже быть ему полезным. Так, он делает съемку Уоллис Симпсон, возлюбленной Эдуарда VIII (ради которой впоследствии он отречется от престола), в роскошном платье с лобстером от Эльзы Скиапарелли, создавая ей новый публичный образ. В это же время он начинает снимать юных принцесс Елизавету и Маргарет, а позже станет официальным придворным портретистом, во многом сформировавшим визуальный образ новой монархии. Коронационный портрет королевы Елизаветы, дополненный другими фотографиями Ее Величества, формирует центральный объем выставки. Напротив королевы — звезды, герои эпохи, те, кому завидуют и подражают, те, кто создает «дух эпохи». Эти два самых плодовитых периода творчества Битона собраны в центральную инсталляцию с занавесом из стекляруса. Блеск преломляющихся граней призван произвести ошеломляющий эффект на зрителя, когда он входит в зал; таков наш реверанс Битону — поклоннику глянца и блеска.

Фото на обложке Василия Буланова, предоставлено бюро PSCulture