Искусственный интеллект против совхоза. Как Давид Ян и Павел Грудинин готовили чахохбили на «Кухне Forbes»

Секреты бизнеса и секреты правильного питания — в новом YouTube-шоу «Кухня Forbes» с Давидом Яном

Секретами бизнеса можно делиться не только на деловом ужине, но и во время его приготовления — это новое YouTube-шоу «Кухня Forbes» с Давидом Яном. Первым гостем стал предприниматель и политик Павел Грудинин. Бессменный глава «Совхоза имени Ленина» помог IT-магнату приготовить «здоровую» версию грузинского чахохбили. Ведущий и гость поспорили об искусственном интеллекте, правильном обращении с коровами и сексе с роботом.

ЧАХОХБИЛИ БЕЗ СОЛИ

Ингредиенты Средняя курица (около 800 г), помидоры (5-6 шт.), лук репчатый (4 шт.), лавровый лист, черный перец горошком, винный уксус (1 ст. л.), томатная паста (100-150 г), чеснок (5-6 зубчиков), петрушка (пучок), хмели-сунели 

Рецепт Курицу порубить на куски по 40-60 граммов. Помидоры и репчатый лук порезать и уложить на дно кастрюли, добавить черный перец горошком, винный уксус и томатную пасту. Сверху выложить курицу, приправленную хмели-сунели, залить двумя стаканами воды, добавить лавровый лист, чеснок и измельченный зеленый лук. Тушить на медленном огне 30 минут.

 

DR
DR

О совхозе

Давид Ян: Я слышал, вы прямо-таки живете одной, можно сказать, коммуной в одном доме?

Павел Грудинин: Нет, это не так. Нас 320 человек, в одном доме мы не поместимся. Поэтому все работники совхоза живут на территории поселка, в новых многоэтажных домах. Ну, я там живу. В этом ничего такого нет. Знаете, если вы будете жить вместе со своими сотрудниками — жизнь сотрудников гораздо лучше будет. Вот мои дети ходят в ту же школу, в которую ходят дети моих сотрудников. <…> Тогда у вас нет социального расслоения. Вы начинаете думать о том, куда ваш ребенок и дети ваших сотрудников ходят. <…> У нас типичное социалистическое предприятие. В капиталистическом обществе мы смогли сохранить основные принципы (социализма. — Forbes). Кстати, у нас также есть система поддержки пенсионеров, многодетных семей, беременных женщин и молодых мам, и она осталась еще со времен Советского Союза.

Давид Ян: А у вас есть такая функция — HR? Не совсем кадровое делопроизводство, а вот именно развитие персонала, когда занимаются коучингом, когда определяется...

Павел Грудинин: Слушайте, вы все такие заумные слова оставьте для Америки! И на самом деле у нас все проще. У нас есть замдиректора по кадрам, который работает с коллективом. Есть профсоюзная организация, которая, скажем так, работает с профсоюзами, с людьми, которые чем-то недовольны. Есть комиссия по трудовым спорам. Значит, есть старая, кстати, очень успешная система подготовки и развития кадров. Это люди, с которыми нужно работать, интересоваться их жизнью, делать так, чтобы их родственники были довольны в том числе. Вообще-то, мы неправильно готовим. Когда двое мужчин что-то готовят, здесь должно стоять мукузани (сухое красное грузинское вино. — Forbes). А у вас этого нет, и наше счастье будет неполным.

Давид Ян: И цинандали.

Об учебе и учителях

Давид Ян: Я по образованию физик-экспериментатор, у нас были теоретики и испытатели на физтехе. Для нас теоретики были такие полубоги, то есть это люди, которые могли понимать все пространство — тензоры и квантовая электродинамика у них укладывались в голове, и они решали уравнения Максвелла прямо на лету...

Павел Грудинин: Ботаники?

Давид Ян: У нас не было слова «ботаник» и не было слова «ботать». Это сейчас оно появилось на физтехе, и мне очень жаль. Оно пришло из других вузов. Я в первый раз услышал слова «ботать» и «ботаник» знаете когда? На втором курсе физтеха, когда я поехал в МГУ к нашим друзьям на физфак, и они говорят: «Вот ботаник». Я говорю: «А что такое ботаник?» У нас не было слова «ботаник», у нас было слово «секарь» или «секан» — от слова «просекать», «сечь». Секан — это аналог ботаника, только ботаник — это такое уничижительное слово, а у нас секан — высшая оценка одного студента другим. Вот у нас были такие секаны, и это было очень круто, конечно. Но я был экспериментатором. Как-то я сдавал теорию минимумов Ландау и так и не сдал. Но моя задача была экспериментировать, нарушать какие-то законы. Так что сегодня мы немножко нарушаем.

Павел Грудинин: Я вам сейчас одну американскую мудрость скажу. Самые умные люди идет в ученые. Люди, которые менее способные, все-таки идут в бизнес. А те, которые вообще ничего не умеют и не знают, те идут в политику.

Давид Ян: Я думал, в учителя.

Павел Грудинин: Нет, в политику.

Давид Ян: На самом деле, это очень обидно, что я сейчас насчет учителей сказал. Вот вы сейчас говорите про политиков, что такая штука есть. Надо сказать, я ее не знал, но я слышал аналогичную штуку — о том, что те ученые, которые не достигли ничего, идут учить других, да. Мы пытаемся эту штуку поменять.

Павел Грудинин: Пока вы не поменяете зарплату учителя, вы не поменяете отношение к учителям. Вы знаете, что в некоторых странах, в таких как, например, Финляндия, в учителя идут 10% лучших выпускников школ, а у нас — 10% худших? И это связано именно с тем, что у нас очень низкая зарплата у учителя. И это очень неблагодарная работа, и она не творческая, к сожалению, в последнее время.

DR
DR

О новых технологиях

Давид Ян: Скажите, а новые технологии как-то проникают в ваш совхоз?

Павел Грудинин: Больше скажу: они уничтожили доярок, у нас теперь роботы доят коров.

Давид Ян: Роботы доят коров?

Павел Грудинин: Конечно. Но, правда, скажите: вот корова, которую утром доярка погладила, и робот, который ее гладит. Что для коровы лучше?

Давид Ян: Конечно, доярка, которая погладила.

Павел Грудинин: Как лучше сексом заниматься — с искусственным партнером или с естественным?

Давид Ян: Очень сложный вопрос вы сейчас задаете, потому что...

Павел Грудинин: Нет, подождите! Вы — сторонник искусственного интеллекта?

Давид Ян: Я никогда не занимался сексом с искусственным партнером, но... Почему вы смеетесь? На самом деле у меня была, значит, такая возможность, но пока не случилось. Но совсем недавно я ездил на самоуправляемой машине. Это было очень интересно, надо сказать.

Павел Грудинин: То есть за рулем сидел приятный собеседник, который пах хорошими духами?

Давид Ян: Там никто не сидел.

Павел Грудинин: И вам это доставило удовольствие? Общение с водителем вам доставило удовольствие?

Давид Ян: Нет, общение с водителем, честно говоря, мне никогда не доставляет удовольствие.

Павел Грудинин: Потому что вы не того водителя избираете. 

Давид Ян: Вы будете смеяться, но я уже поспорил с несколькими людьми о том, что через пять лет в мире появится первая страна, которая назначит уголовную ответственность за жестокое обращение с искусственным интеллектом. И еще через 10 лет появится первая страна в мире, которая признает искусственный интеллект субъектом права, то есть искусственный интеллект будет нести ответственность.

Павел Грудинин: Что там — гильотина? Что в результате этой ответственности произойдет?

Давид Ян: Очень разные могут быть вещи. Как с человеком — если его наказывать, то ему необязательно сразу отрубать голову. То есть возможны и какие-то промежуточные...

Павел Грудинин: Считаю, в общем, что мы не туда идем, на самом деле.

Давид Ян: Да?

Павел Грудинин: Надо понять, что искусственный интеллект — это машина и к нему нужно относиться как к машине. А вы сейчас говорите, что к нему уже можно относиться....

Давид Ян: Мы сейчас строим дом, в котором будут движущиеся стены, и в нем будет много чего другого, но там будет жить искусственный интеллект «Морфеус», который мы с моими коллегами разрабатываем. Этот искусственный интеллект называется emotional AI — «эмоциональный искусственный интеллект». У него будут контуры, связанные с дофамином, эндорфином, серотонином, вазопрессином, то есть он будет испытывать эмпатию, будет страдать, будет радоваться, когда его погладят. Кстати говоря, этот искусственный интеллект не только будет управлять всем домом — электричеством, водой, входом, выходом, но он также будет каждый день читать на 60 языках все статьи в мире про свободу сознания и свободу воли.

Павел Грудинин: Японская игрушка Furby — слышали про такую?

Давид Ян: Конечно.

Павел Грудинин: Вы знаете, она быстро надоедает.

DR
DR

О бабушках

Давид Ян: Расскажите, Павел Николаевич, про совхозный агротуризм — что это такое?

Павел Грудинин: Это новое направление,  и оно из Европы, кстати, и в Америке тоже есть. 

Давид Ян: Совхозный туризм? В Америке?

Павел Грудинин: Ну, хорошо, сельскохозяйственный туризм. Дело в том, что все больше и больше людей живут в городах...

Давид Ян: Да, это правда.

Павел Грудинин: Раньше, например, вы ездили к бабушке в деревню, и там были куры, коровы.

Давид Ян: У меня бабушка в Китае жила. Вот мне не повело, у меня всего того, о чем вы рассказываете, не было — я об этом только мечтал.

Павел Грудинин: Пытаетесь это заменить искусственным интеллектом. Вы подумайте, прежде чем делать что-то такое!

Давид Ян: Хорошо.

Павел Грудинин: Понимаете, общение с бабушкой — это всегда самое интересное. И когда ты приезжал к бабушке в деревню, ты видел там не только бабушку, но и то, как она живет в сельской местности, все эти козы, овцы, куры и все остальное. Ты одновременно учился. А теперь городские жители, к сожалению, если не имеют бабушек в деревнях, то у них нет там живности, и мы решили это заменить. И кстати, многие страны мира пошли по этому же пути.

Съемки проекта «Кухня Forbes» проходили в бутике Bork