Бабушкина шкатулка для внука. Почему мужчины стали носить украшения

Фото Taylor Hill / FilmMagic / Getty Images
Натали Портман и Тимоти Шаламе Фото Taylor Hill / FilmMagic / Getty Images
Исследователь моды Тим Ильясов объясняет, почему в мужском модном гардеробе могут поселиться бриллиантовые броши, но запонки и зажимы для галстука — вряд ли

Отказ от традиционных аксессуаров

В последние годы продавцы аксессуаров и украшений упорно пытались сформировать искусственный «мужской» тренд, но он — словно в противовес — совершенно отказывался приживаться, и за последние десять лет мужской гардероб только и делал, что лишался украшений. Из обихода полностью ушли зажимы для галстуков, все реже можно встретить запонки, а многоярусные браслеты вперемешку с часами носят либо денди-стилисты в неаполитанском, слегка разнузданном мачо-стиле, либо цепляющиеся за свою ушедшую эпоху повзрослевшие хипстеры. Базовый, ежедневный «взрослый» гардероб становится  все лаконичнее, и, откровенно говоря, предпосылок для торможения этой тенденции не наблюдается.

Но то базовый, рутинный. Модный же образ, стиль прогрессивного молодого человека, родившегося в конце прошлого-начале этого тысячелетия (читай, «зумера»), напротив, украшения интегрирует, причем нарочито ненормативные. Аксессуары, еще недавно считавшиеся «нормальными» и приличными — вроде тех же запонок, — кажутся современному моднику архаичными рудиментами стиля.

Три-четыре года назад молодые модники начали носить золотые цепи в духе героев хип-хопа и братков из «девяностых» прямо поверх водолазок, джемперов или худи, а в 2020-м с его стертыми гендерными границами цепи без стеснения заменяются жемчужными бусами, на лацканах появляются массивные винтажные броши. Эти украшения даже не пытаются прикинуться «мужскими» и уж точно не вписываются в нормативный комплект-оптимум из запонок или зажима для галстука. 

Сокровища из бабушкиной шкатулки 

Образ Тимоти Шаламе — пожалуй, единственный, привлекший активное внимание модных обозревателей среди всех мужских выходов на «Оскаре» (Билли Портер в платье не в счет), не нормативен по всем фронтам: бомбер на красной ковровой дорожке, да еще и из синтетики (переработанной, кстати) и в противовес ему — винтажные бриллианты Cartier. Юный Шаламе носит титул иконы мужского стиля совершенно заслуженно, его образ на красной дорожке ярко иллюстрирует сразу несколько крупнейших глобальных трендов:

  • Манифестация образа. Когда молодые люди из поколения Z бунтуют с помощью внешнего вида — чаще всего, против «нормальности» и нормативности.
  • Стилизация по принципу антагонизма, подразумевающая противопоставление элементов образа друг другу. Спортивный минимализм костюма противопоставляется буржуазной роскоши ювелирной броши, нейлон — бриллиантам.
  • Апроприация бабушкиного гардероба. Видя реальную конкуренцию в представителях поколения «дедов» (беби-бумеров и миллениалов), отрезавших социальные лифты, чтобы никогда не покинуть своих вершин, «зумеры» изъяли их гардеробы и переосмыслили в духе метамодерна. Шелковые платки, жемчуга, кардиганы, твидовые пиджаки теперь носят не только девушки, но и парни, причем в максимально анти-буржуазном прочтении. Жемчуг замешивается с пластиковыми цепями и носится поверх объемной куртки, а вечерняя брошь — на мужском костюме в спортивном стиле. 

Важно отметить, что Тимоти — лишь вершина этого стилистического айсберга. Певец Гарри Стайлз попадает в подборки самых стильных мужчин с жемчужным ожерельем на шее. Бусы болтаются и на шее канадского певца Шона Мендеса, при этом в целом его образ остается брутальным. Впрочем, все эти новые герои в бусах — не первопроходцы. В 1999-м Джастин Тимберлейк уже миксовал цепи, браслеты и бусы с суровыми кожаными куртками, хотя «бабушкиными» те украшения, все ж не были. 

Заимствование ценностей из бабушкиной шкатулки в качестве бунта поколения — лишь одно из прочтений неоднозначного модного явления. В глубине этого тренда можно рассмотреть и более сентиментальную историю. Чтобы ее увидеть, нужно обратиться к ближайшему прошлому. В 2012-м одним из главных фильмов года стало  «Королевство полной луны» Уэса Андерсона , где молодой герой носит винтажную мамину брошь как сентиментальную ценность и украшение. Ему все равно, что она женская, важен лишь  образ и связанные с нею воспоминания. Нынешним героям моды чуть за двадцать, они ровесники мальчика из «Королевства полной луны», и им точно так же все равно, сочетается ли аксессуар с другими вещами, какова его гендерная идентификация и вписывается ли он в норму — украшение ценно своим образом или заявлением, которое можно в него вложить. 

Бриллианты и брутальность

Чтобы стать героем актуальной моды не обязательно быть двадцатилетним. Еще одну бриллиантовую брошь, но уже на лацкане классического смокинга, на «Оскаре» носил Антонио Бандерас. Вот уж кто не заигрывает с быстрыми трендами и безупречен в своей весьма канонической мужественности. Тем не менее на нем тоже сверкала «женская» брошь. Особенно великолепно она выглядела на снимках, где Бандерас приобнял свою возлюбленную Николь Кемпел: брошь на лацкане смокинга Антонио визуально перекликалась с колье на шее Кемпел и парный образ получился очень гармоничным. Всем селебрити стоит взять на заметку это замечательное решение для парных выходов. Выглядел ли Бандерос менее брутальным и мужественным, надев брошь? Ничуть. Выглядел ли он более открытым, прогрессивным, современным и модным? Несомненно. 

Фото Jeff Kravitz / FilmMagic / Getty Images
Фото Jeff Kravitz / FilmMagic / Getty Images / Фото Jeff Kravitz / FilmMagic / Getty Images

Одна ночь «Оскара», конечно, не указывает на то, что все мужчины резко начнут носить броши и жемчуга. Впрочем, автор этих строк имеет огромную коллекцию брошей и без украшения на лацкане пиджака на публике не появляется (#лацкандня), но то мой индивидуальный стиль и проявление дендизма. Общие же тенденции базового мужского стиля тяготеют скорее к униформизации и отказу от лишних украшений. Но образы молодых модников, тик-токеров, инстаграмеров, звезд, респектабельных щеголей и прогрессивных потребителей люкса однозначно будут дополняться яркими украшениями еще несколько лет. 

Мужчины не менее падки на блестящие цацки (история от французских аристократов до индийских махарадж это доказывает), чем женщины, но из-за социального неприятия, бриллианты, манящие с витрин, покупались для жен и спутниц. Кажется, теперь драматичные ювелирные украшения получили частичную индульгенцию и в мужском гардеробе. Надолго ли?