«Первые несколько лет это не приносит прибыли»: как устроен фестиваль Chess & Jazz
![Фото DR](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2023/07/1-447-copy-64be45ea8f148.jpg)
Фестиваль шахмат и джаза Chess & Jazz пройдет в этом году четвертый раз. На главной сцене фестиваля в саду «Эрмитаж» — MIR Supreme Stage — в последние июльские выходные выступят Therr Maitz x LAB с Антоном Беляевым, L'One, Владимир Пресняков, Zoloto, Andro, Антоха МС, Эрика Лундмоен, Mirele, BLIZKEY и «БАЗАР». О том, как сочетать импровизацию и логику и работать в условиях закрытых границ, рассказывает Ник Бабин, директор фестиваля Chess & Jazz.
— Как вы пришли в фестивальный бизнес? «Шахматы и джаз» — не первый ваш проект. Какой опыт, какие находки или ошибки прошлых лет вам помогли в настоящем?
— Все начиналось с любви к музыке. Я закончил РАМ им. Гнесиных по специальности «менеджмент музыкальных индустрий». После окончания академии я познакомился с людьми, которые также разделяли мое увлечение, и начал работу над фестивалем Bosco Fresh Fest в качестве программного директора. Он стал для меня настоящей школой. Ведь нам приходилось чувствовать все тонкости на собственном опыте, не обходилось и без ошибок. Могу точно сказать, что фестиваль стал поворотным моментом в моей жизни. За что ему бесконечная благодарность. Но в какой-то момент пришло осознание, что я готов к собственному проекту.
— Ваш первый собственный фестиваль состоялся в 2018 году. Прошло пять лет, из которых последние три были достаточно тяжелыми. Как вам удалось сохранить фестиваль?
— Каждый год из этих пяти был непростым. Особенно тяжело далась пандемия, ведь фестивальная индустрия оказалась одной из самых пострадавших, ее закрывали первой и открывали последней при снятии ограничений.
Вообще фестивальный бизнес можно сравнить с виноделием. Первые несколько лет оно не приносит тебе прибыли, ведь бренд и аудитория только формируются. И вот только кажется, что можно немного выдохнуть, как вмешиваются другие внешние факторы. Но, наверное, ты просто не можешь не бороться за фестиваль.
— Вы как-то сказали, что идея фестиваля «Шахматы и джаз» — объединить логику и свободу. Гроссмейстеры действительно любят джаз? Или каждый здесь получает свое?
— Строгость шахмат и свобода и сумасшествие джаза — они кажутся противоположностями только на первый взгляд, потому что ни одна гениальная шахматная партия не обойдется без импровизации, а джаз — без правил. Эти два вида искусства доступны всем.
— Развивается ли как-то шахматная программа, есть ли там концепция?
— Наша задача представить гостям фестиваля шахматы как часть досуга, которая может войти в жизнь каждого. Атмосфера и неформальная обстановка этому всячески способствует. Думаю, что после фестиваля и ребенка отвести в шахматную секцию будет проще. Но у нас нет задачи научить кого-то играть, мы скорее вдохновляем людей. Наши партнеры и гроссмейстеры нам в этом помогают.
У нас есть разные шахматные активности: от неформального Chess Village, где мы немного хулиганим с шахматами, решаем различные задачи и играем сеанс с чемпионом мира Яном Непомнящим, до Chess Cup, нашего ежегодного шахматного турнира, принять участие в котором может абсолютно любой посетитель.
Каждый гость найдет формат себе по душе. В этом году в Chess Village развернется большой шахматный квест при поддержке нашего генерального партнера Mir Supreme, а самые опытные игроки смогут сразиться в турнире за звание сильнейшего игрока фестиваля.
— Формат «бутикового» фестиваля: что здесь важнее — доход или творческий результат?
— Для нас «бутиковый» фестиваль — это, прежде всего, подход к работе и конечный результат, атмосфера, которая царит на площадке, где каждый гость в центре внимания. Где качество преобладает над количеством в любых смыслах.
— Камерный формат не предполагает, что сборы от билетов окупят мероприятие. Как вы находите партнеров и спонсоров? Должен ли их продукт как-то соответствовать тематике, настроению фестиваля?
— Вместимость нашей площадки не позволяет и близко покрыть бюджет билетной выручкой. Без поддержки партнеров фестиваль был бы невозможен. Но при этом бренд должен быть встроен в контекст события.
Так сложилось, что с большинством брендов у нас выстраиваются долгосрочные отношения и мы работаем вместе не один сезон. 90% партнеров находим сами, когда понимаем, что идеально подходим друг другу, и часто приходим с уже готовой интеграцией. Однако бывали и такие случаи, когда нам приходилось отказывать в интеграции, так как для нас важно, чтобы партнер отвечал ценностям фестиваля и его аудитории. Имеет большое значение, когда партнеры нам доверяют и прислушиваются, именно тогда получается наилучший результат.
— Как вы справляетесь с тем, что международные контакты оборваны?
— Раньше 70% лайн-апа Chess & Jazz составляли иностранные артисты: от звезды джаза Грегори Портера до андеграундного Камаала Виллиамса. У нас были большие планы на иностранных участников, очень жаль, что пришлось убрать их в стол.
Но могу сказать, что, с точки зрения слушателя, в этом году у нас получилась весьма достойная программа, где каждый артист — это жемчужина. Одна из них — выступление на Mir Supreme Stage Антона Беляева, который представит нашумевший проект LAB именно для Chess & Jazz в сопровождении оркестра, хора и специальных гостей.
В целом музыкальная сцена значительно поредела. Отсутствие иностранных артистов, а также артистов, которые уехали из страны или которым запретили выступать, конечно же, создает серьезный вызов при создании музыкальной программы. Но фестиваль Chess & Jazz — это больше, чем музыкальная программа и шахматы. Это, прежде всего, атмосфера и гости, которые приходят к нам. Без них ничего бы не было.